Пыль в механизме, глава 8(1) / текст :: Clueless manapunk (название временное) :: разное :: Истории

разное текст story Clueless manapunk (название временное) 

Пыль в механизме, глава 8(1)

Предыдущая часть: http://joyreactor.cc/post/4239870
Первая часть: http://joyreactor.cc/post/4052961

Что я могу сказать. Идёт туго, неуверенно, и постоянно кажется, что делаешь что-то не то. Типичный первый раз.

Зиверт снова плавал густой, навязчивой темноте. На этот раз вместо блаженного отсутствия каких-либо ощущений, он чувствовал окружающую враждебность. Что-то скрытое, затаившееся, следило за ним с плохо скрываемой агрессией, но пока не хотело или не могло напасть. Чувство уязвимости давило, побуждало паниковать, бежать, не разбирая дороги, лишь бы двигаться, но Зиверт, стиснув зубы, бездействовал. Поддаться инстинктам означало бы ухудшить и без того шаткое положение.
Болезненное внимание не пропадало. Зиверт чувствовал себя беглым заключённым, выхваченным из темноты лучом прожектора. Он понятия не имел, что происходит вокруг, видят ли его, и мог только вжиматься в землю, надеясь на удачу.
Не имея другой возможности отвлечься, Зиверт сосредоточился на анализе последних событий. Что-то пыталось с ним связаться, это факт. Оно рылось в его голове, выуживало обрывки воспоминаний и строило из них картины в меру своего понимания. Но чего оно хотело? Зиверт вспомнил своё первое видение, в доме инквизитора. Тогда был отец, теперь попадается Йор. Тогда, во время разговора, Торрес что-то сделал с его головой. Он хотел помочь или наоборот? Какие у него цели? Ведь он явно что-то недоговаривал. Жители в деревне, тот странный парень, Дик, секретный комплекс… Всё это висело в пустоте, не складываясь в единую картину. Как будто мозаика, сложенная только по углам. Связь была, но терялась в темноте. Не хватало информации. Здесь Зиверт почувствовал глухое раздражение. Если бы его не выдёргивало из сознания с такой бесцеремонностью…
Неожиданно всё прекратилось. Пропал настойчивый луч, охотившийся за ним, исчезло ощущение присутствия. Зиверт открыл глаза. Он стоял в темноте. На этот раз именно стоял, а не висел, как в толще воды. Лицо Торреса выплыло из пустоты внезапно, как луна из-за тучи. Он приближался быстрым, решительным шагом, а лицо его выражало крайнюю степень недовольства. Прежде, чем Зиверт успел открыть рот, Торрес подошёл вплотную и резко ударил мага под дых.
“Идиот!”, успел услышать Зиверт, проваливаясь назад, через густую пелену тьмы…

… прямо к серой стене. Вновь включившееся сознание послало в мозг целую кучу сигналов, на мгновение сбив его с толку. Какое-то время разум крутил Зиверта, как детский кубик, пытаясь разобраться, какое положение в пространстве он занимает. Наконец, разобравшись с ощущениями, он превратил серую стену в бетонный пол, а инквизиторский удар во врезавшееся в живот плечо Милли. Зиверт заёрзал, пытаясь показать, что очнулся. В ответ Милли сбросила его с плеча и, прежде, чем он успел что-то сказать, зажала ему рот рукой.
Несколько долгих секунд Зиверт послушно молчал, прислушиваясь вместе с Милли к постепенно негромкому, но навязчивому скрежету. Он становился всё тише и дальше, пока, наконец, не затих. Милли медленно отняла руку и тщательно вытерла её о воротник дорожного плаща Зиверта.
— Ушли. — Сказала она шёпотом. — Но недалеко. Ждут.
— Кто? — Спросил Зиверт, тоже невольно переходя на шёпот. — И где мы?
— Да всё там же.

Когда Зиверт в очередной раз отключился, Милли успела только тяжело вздохнуть. В этот момент в коридоре зажёгся свет, хрипение старой сигнализации прекратилось, а створки в пустующих нишах распахнулись, открывая скрытые за ними тоннели, из которых посыпались автоматоны. Несмотря на довольно потрёпанный внешний вид, смотрелись они угрожающе, так что Милли предпочла закинуть валявшегося без сознания Зиверта на плечо и рвануть к выходу. Но он был далеко, а коридор был недостаточно широк, чтобы с магом на плечах играть с автоматонами в догонялки, поэтому Милли предпочла прятки и ввалилась в первую попавшуюся открытую подсобку.
— Так, — сказал Зиверт, переваривая новую информацию. — Автоматоны? Прямо посыпались?
— Ну… нет. — Призналась Милли. Она выглядела почти счастливой. Духи и заклинания не были её специальностью, а вот физическая угроза была. — Большинство створок заклинило, из некоторых так никого и не появилось, а некоторые выплюнули только ржавые запчасти. Но штуки четыре-пять вылезло.
— А что за тоннели? Большие?
— Да нет. Ну, может… А вон, сам посмотри.
Через щель в двери виднелась одна из стенных ниш. Её задняя стенка распалась на две половинки, открывая небольше отверстие, примерно метр на метр. Из него торчали две металлические конструкции. Зиверт озадаченно пялился на них, пока не понял, что это были ноги автоматона, застрявшего в тоннеле. Ноги и стальные створки периодически конвульсивно вздрагивали, но безнадёжно заклинивший старый механизм не поддавался. Он отполз от двери, сел на пол и задумался.
— Я не понимаю, — проговорил он спустя полминуты раздумий. — Этот комплекс такой древний, но всё ещё работает. Разваливается на части, но работает. Даже после мародёров, которые обычно даже гвозди выносят, здесь ещё есть рабочие системы. Да что там, рабочие автоматоны! И никто в столице об этом не знает.
— Думаешь, кто-то поддерживает его в рабочем состоянии? — Спросила Милли.
— Уверен. Вопрос в том, кто именно. Ты видела вокруг какие-нибудь признаки персонала? Или вообще людей?
Милли задумчиво потёрла нос.
— Нет. Кроме… жителей деревни. Если они вообще люди.
— Вот именно. Этим местом не пользовались, пока я… Кстати! — Зиверт вдруг вспомни, чем занимался до этого. — А дверь я открыл?
— Неа. — Вздохнула Милли. — Скелет там возился, стучал, но так ничего и не открыл. А потом ты обмяк и сполз на пол. Опять перенапрягся, что ли?
Маг разочарованно покачал головой. Жаль, конечно, что дверь так и не открылась, но…
— Нет. — Ответил он вслух. — То есть, возможно, но это не главная причина, тут есть что-то ещё. Любое крупное магическое усилие это всегда выход за пределы физического существования. И здесь, в этом месте, что-то прячется прямо за этими пределами. Говоря метафорически, как только я пытаюсь сунуть нос из норы, оно хватает меня и тащит. Только не спрашивай, зачем.
— Почему? Это же важный вопрос. Я думала, встречи со всякими там сущностями это обычное дело для магов.
— Абсолютно необычное. Не с такими, по крайней мере. — Отрезал Зиверт. — В брошюре “Итак, ты решил научиться колдовать” сказано, что в таких случаях надо убежать и позвать кого поумнее.
Они помолчали.
— А что, — спросила Милли, — есть такая брошюра?
— Нет. — Признался Зиверт. — Я её выдумал для эффектности. Но смысл протоколов безопасности примерно такой: если ты столкнулся с чем-то непонятным, не пытайся понять самостоятельно, а сообщи, куда следует, грамотные люди разберутся. Проблема в том, что в данном случае, самый грамотный человек здесь я. Ну, не считая инквизитора, с которым мы связаться не можем. Поэтому мне и разбираться.

— Вон он стоит. — Напряжённо прошептала Милли Зиверту, кравшемуся следом. Они довольно долго шли, пригнувшись, вдоль стены коридора в сторону выхода, пока не наткнулись на одного из автоматонов. Немного побродив туда-сюда, жужжа шестерёнками, конструкты выстроились вдоль стены и замерли. Формами они напоминали людей, но рост (или высота?) почти в три метра и оголённые, постоянно движущиеся шестерни и поршни, придавали им гротескный и жуткий вид. По сравнению с ними, патрульные автоматоны из Альтштадта выглядели довольно дружелюбно.
— Он включён? — Прошептал в ответ Зиверт. — И почему мы шепчем?
— Потому что не знаем, на что он среагирует. У тебя есть что-нибудь, что можно бросить?
Зиверт пошарил по карманам и огляделся по сторонам. Все кучи мусора, создававшие впечатление захламлёности коридора, при ближайшем рассмотрении оказались только пылью и грязью. Наконец, нашарив в пыли дужку от замка, Зиверт протянул её девушке, и приготовился следить за автоматоном. Дужка прочертила в воздухе серебрянную дугу, на что тот никак не отреагировал. Лишь когда металл звякнул о бетонный пол, автоматон резко, насколько ему позволяла конструкция, повернулся следом. Он вскинул массивную правую руку, но та издала лишь несколько сухих щелчков.
— Он вооружён. — Отметила Милли. — Но патроны, конечно, кончились.
— Отлично. — Приободрился Зиверт. — Тогда мы можем…
Автоматон, поняв, что его оружие бездействует, расправил плечи. Из его груди в сторону звука вырвался тяжёлый гарпун. Звеня присоединённой цепью, он высек искру из пола и замер. Автоматон немного подождал и принялся скрежетать барабаном в груди, сматывая цепь. Старый механизм звучал почти разочарованно. Гарпун, издавая ужасный скрежет, пополз обратно.
— … остаться здесь. — Закончил мысль Зиверт. — Что за психопат создавал этих чудовищ? С какой целью?
— В любом случае, выпускать он никого не собирается. — Заметила Милли. — Ещё идеи есть?
— Есть. — Немедленно откликнулся Зиверт. Милли посмотрела на него с сомнением.
— Что-то ты слишком быстро ответил. — Заявила она. — Не нравится мне это. Можешь, подумаешь ещё?

— Отличный план. — Сказала Милли, выслушав Зиверта. — Но у меня есть пара замечаний.
— Это же сарказм, да? — Подозрительно сощурился тот.
— Нет-нет, что ты. Залезть в технический тоннель, предназначенный для быстрой переброски автоматонов, что может пойти не так. Наверняка там хорошая вентиляция и удобные выходы.
— Тогда в чём дело? — Спросил Зиверт, демонстративно игнорируя язвительный тон.
— Как мы туда залезем? Ворота не закрылись только потому, что он... — Милли пнула торчавшего из стены автоматона. Тот вяло пошевелился. — … в них застрял.
— Нам не надо вытаскивать его целиком. — Объяснил Зиверт. — Только оторвать руку, тогда места хватит.
— Ты предлагаешь протискиваться мимо этой штуки? — Недоверчиво переспросила Милли. — Да ты видел, какие у них есть гарпуны! Мало ли, что ещё у них есть. Что если он тебя в бок пырнёт, пока ты там ворочаться будешь?
Зиверт задумался.
— Принято. — Кивнул он. — Руку и голову.
— При… Зиверт, ты… — Милли не нашла слов, и просто с тяжёлым вздохом махнула рукой. — Ты пытаешься теорию естественного отбора личным примером опровергнуть, что ли?
— Не нуди. — Поморщился Зиверт. — Если хочешь, давай вернёмся и попытаемся выяснить, с какой скоростью нужно бежать, чтобы автоматон нас не заметил.
— Твоя идея от этого умнее не становится. — Парировала Милли. — Рано или поздно эти авантюры кончатся тем, что кому-то из нас что-нибудь оторвёт.
— Хватит ворчать, просто отстрели ему голову.
— Да ну? — Сощурилась Милли. — А ну-ка скажи, на что реагируют автоматоны, которые разбрелись по коридору?
— На зву… А. Ну, значит, начнём с руки.

Разборка автоматона осложнялась тем, что нормальный нож остался лежать за дверью, примотанный к скелету учёного. Приходилось пользоваться крошечным перочинным ножиком, который Зиверт использовал, чтобы затачивать карандаш, и грубой физической силой. Милли отрывала бронзовые пластины, внахлёст покрывавшие плечевой сустав конструкта, и бросала их в угол. Они издавали громкий лязг, и поначалу после каждого броска Зиверт и Милли замирали и прислушивались, готовые броситься к подсобке. Но другие автоматоны никак не реагировали на разборку одного из своих товарищей. То ли не могли, то ли не считали важным. Неожиданно Милли остановилась.
— Зиверт, — позвала она, — ну-ка дай свет.
— О, извини, — спохватился маг. Шарик света незаметно растворился в воздухе, когда он отвлёкся и Милли, по плечи влезшая в тоннель, копалась в тени, куда не попадал свет из коридора.
— Тут всё равно не было ничего интересного. До сих пор. — Задумчиво сказала Милли, вытирая пальцы о штаны. Они были покрыты густой тёмной жидкостью.
Зиверт зажёг светлячка, который осветил полуразобранную руку. Почти все пластины были сняты, обнажая последний внутренний слой. Милли осторожно поддела пластину ножом. Та оторвалась с неприятным хлюпающим звуком, словно доска, поднятая из болота. Из-под неё засочилась густая коричневая жидкость, резко пахнущая гнилью и чем-то кислым. Тошнотворный, сладковато-кислый запах оставлял во рту отчётливый привкус железа. Зиверт почувствовал острое желание сплюнуть. Борясь с ним, он прижал ко рту рукав и наклонился поближе.
— Видел такое когда-нибудь? — Спросила Милли.
Зиверт только покачал головой. Он набрал воздуха для ответа, но поперхнулся.
Конструкт поднял голову и смотрел прямо на него. Лицо машины совершенно не напоминало человеческое. Одна полированная линза не могла отображать ничего даже отдалённо похожего на эмоции, однако Зиверт мог бы поклясться, что чувствует на себе внимательный взгляд, пробиравший до костей, сверливший заднюю стенку черепа. Он почувствовал, как немеет лицо, губы отказывались повиноваться. Он хотел подать Милли знак, но не смог.
Впрочем, она сама разобралась.
Ствол дробовика ткнулся в линзу, и в абсолютной тишине голова машины разлетелась на осколки и коричневую жижу. От толчка в плечо Зиверт отлетел в сторону и ошарашенно замотал головой, понимая, что оглох. Милли тем временем схватила руку конструкта и потянула на себя. Мышцы на её спине выгнулись так, что растянули старую форменную шинель — она вышла далеко за пределы прочности человеческого тела. В жуткой тишине бронзовая рука отрывалась медленно, с хрустом, от которого вибрировали зубы, пока, наконец, не отлетела в сторону, открывая проход в технический тоннель.
Зиверт влетел в него, едва успев пригнуться. Милли решила, что времени на церемонии нет, поэтому просто схватила мага за шкирку и запихнула в тоннель. Благо, места там хватило, хотя на секунду Зиверта укололо предчувствие, что он бы влез, даже если бы места не было вообще. За стеной пролегали направляющие, по которым, видимо, перемещались конструкты. Кое-как разогнувшись, Зиверт обнаружил прижатую к груди сумку, в которую он машинально вцепился мёртвой хвтакой. Кое-как закинув её за голову, чтобы не мешала дышать, он принялся осторожно двигаться дальше вдоль стены, чтобы освободить место…
Милли выстрелила в приближающегося автоматона, почти не надеясь на успех, и вогнала в стволы два новых патрона. Конструкт двигался по коридору, прикрыв уязвимую голову одной рукой, а другую, с пулемётом, вытянув вперёд. Если бы патроны в ней не закончились давным-давно, Милли была бы уже нашпигована свинцом. Без огнестрельного оружия конструкт мог полагаться только на мощь металлических конечностей, и на…
Гарпун вылетел неожиданно. Как бы Милли не готовилась к этому, ей едва хватило времени отпрыгнуть в сторону. Тяжёлый снаряд пролетел совсем рядом, гремя разматывающейся цепью. Воспользовавшись ситуацией, она схватила цепь левой рукой и рванула на себя что есть силы. Конечно, ей не хватило веса, и конструкт только слегка покачнулся, восстанавливая равновесие, но этого времени оказалось достаточно, чтобы свободной рукой выстрелить из дробовика дуплетом. Целиться так было невозможно, но крупная дробь зацепила голову автоматона, и он остановился метрах в пяти от девушки, словно налетел на стену. От удара линза пошла мелкими трещинами, но не разбилась. И в тот момент, когда Милли собралась нырнуть вслед за Зивертом в тоннель, на сцене появился новый участник.
За следующим автоматоном, топающим по коридору, возникла бесформенная тень. Сверкнули лезвия, и голова конструкта взлетела к потолку, описывая в воздухе плавную дугу. Тело, оставшееся без управления, сделало ещё несколько шагов и резко сложилось, как марионетка, которую перестали тянуть за ниточки. На секунду тень обрёла форму. Плащ, капюшон, — Милли готова была дать руку на отсечение, что это тот самый незнакомец, который подслушивал её разговор со старостой. Некоторое время он держал в руках отрубленную голову автоматона, а затем медленно, почти нежно убрал её под плащ.
И рванул вперёд.
Милли решила, что у неё нет ни единой причины выяснять, что ему было нужно. Она прыгнула в тоннель, как в воду, чудом не зацепившись ружьём, и принялась лихорадочно осматриваться. Внутри не было никаких кнопок или рычагов, только паутина механизма, управлявшего открытием. В отчаянии Милли нанесла ей несколько ударов под приближающийся дробный топот незнакомца. Двери, не привыкшие к такому обращению, оскорблённо вздрогнули и открылись шире. А потом, лязгнув, словно огромные челюсти, с силой схлопнулись обратно. После экспресс-разборки во входном отверстии осталось куда меньше автоматона, так что на этот раз створки закрылись намного плотнее, оставляя щель толщиной не больше пальца.
Только через несколько мучительно долгих секунд Милли позволила себе снова вдохнуть. Снаружи не доносилось никаких звуков, что, в общем, тревожило, но меньше, чем звуки боя или, скажем, звуки взламывания створок тоннеля.
— Ты в порядке? — Просипел Зиверт. Он тоже машинально задерживал дыхание. Милли прокрутила в голове несколько вариантов ответа, и остановилась на самом скучном. На сарказм у неё не оставалось сил.
— Более или менее. — Ответила она. — Помнишь того парня, за которым я гналась и который сбросил тебя в реку? Он здесь.
— Ты его видела? — Забеспокоился Зиверт. — Он всё это время шёл за нами? Зачем?
— Забыла поинтересоваться. — Огрызнулась Милли. Ладно, может быть чуть-чуть сил ещё осталось. — Он на моих глазах оторвал или отрезал голову автоматону собственными руками. Спросишь сам, когда он нас догонит.
Едва она успела закончить фразу, на неё действительно навалилась смертельная усталость. Тело как будто вспомнило о недавнем напряжении и запоздало запротестовало. Милли стиснула зубы, ощущая, как в спину и плечи втыкаются десятки яростно вращающихся ножей. Это было только начало. Она успела только перебросить ремень ружья через голову, чтобы оно не сползло с плеча, как её руки взорвались болью и беспомощно повисли вдоль тела.
— Ты только потерпи, пока мы не выберемся отсюда, — сочувственно сказал Зиверт, наблюдавший за ней. — Я что-нибудь придумаю, обещаю.
Милли, не ощущая в себе сил кивнуть, издала неразборчивое мычание. Маг попытался ободряюще похлопать её по плечу, но вовремя спохватился.
Они ползли вдоль стены довольно долго, но проползли всего пару ворот. Зиверт каждый раз останавливался и обшаривал их изнутри, пытаясь найти способ открыть хотя бы одну створку, но тщетно. Механизмы безнадёжно заклинило. Видимо, поэтому сюда даже не попытались послать автоматонов. Милли мало обращала внимания на окружение. Все её силы сейчас уходили на борьбу с чудовищной болью. Как только выдавалась свободная минута, она упиралась лбом в стену и висела так, пока Зиверт не звал её дальше. Несмотря на то, что они давно прошли заклинившую дверь в коридоре, вылезти из-за стены они не могли.
— Я начинаю сомневаться, что это была хорошая идея. — Зиверт выдавил нервный смешок. — Особенно если… Милли!
По верхнему рельсу над их головами с грохотом пронёсся контейнер. Зиверт едва успел пригнуться и дёрнуть спутницу за рукав. Та зашипела от боли. Контейнер остановился в нескольких метрах от них, несколько раз дёрнулся, и затих. Зиверт, переведя дух, поднялся.
— Всё же, эти рельсы ещё используются. Но что…
Он осёкся, почувствовав, как рот наполняется знакомым привкусом озона. Маг взглянул на Милли. Её полуприкрытые глаза светились так ярко, что стены технического тоннеля осветились мягким голубым светом. Зиверт нервно сглотнул.
— Я думаю… Я думаю, нам надо отойти подальше.
Контейнер начал наливаться светом и мелко дрожать. Ничего, кроме взрыва, за этим последовать не могло, а за стеной не было достаточно места, чтобы спрятаться. Зиверт сделал единственное, что имело смысл в такой ситуации — присел и прикрыл голову руками.

Подробнее
разное,текст,Истории,Clueless manapunk (название временное)
Еще на тему
Развернуть
я дождался
ToptbIGa ToptbIGa 28.04.202003:52 ответить ссылка 0.0
Сейчас закончу вычитывать и вторую часть выложу. Но сначала потяну время. Для драматического эффекта.
Следующая часть: http://joyreactor.cc/post/4334218
Bronski Bronski 30.04.202015:13 ответить ссылка 0.0
Только зарегистрированные и активированные пользователи могут добавлять комментарии.
Похожие темы

Похожие посты
Речь Саши Спилберг в Госдуме,News & Politics,новая газета,саша спилберг,влог,выступление,госдума,блогеры,соцсети,депутаты,вконтакте,В Госдуме начались парламентские слушания «О молодежной политике в РФ», на которые впервые позвали популярных видеоблогеров Youtube. О себе и своем понимании молодежной
подробнее»

политика цензура болтовня длиннопост

Речь Саши Спилберг в Госдуме,News & Politics,новая газета,саша спилберг,влог,выступление,госдума,блогеры,соцсети,депутаты,вконтакте,В Госдуме начались парламентские слушания «О молодежной политике в РФ», на которые впервые позвали популярных видеоблогеров Youtube. О себе и своем понимании молодежной
7. МЕДВЕДЬ И ЛИСА
Слезла с печи и стала за дверью караулить, не придет ли опять заяц. Глядь — а заяц опять пришел но старому следу и спрашивает лисинят: «Здравствуйте, лисинятки! Дома ли ваша матка?» — «Ев дома нету!» — «Жаль,—сказал заяц,— я бы ей наиырял по-своему!» Вдруг лиса как выскочит: «Здр
подробнее»

сказки Россия Истории

7. МЕДВЕДЬ И ЛИСА Слезла с печи и стала за дверью караулить, не придет ли опять заяц. Глядь — а заяц опять пришел но старому следу и спрашивает лисинят: «Здравствуйте, лисинятки! Дома ли ваша матка?» — «Ев дома нету!» — «Жаль,—сказал заяц,— я бы ей наиырял по-своему!» Вдруг лиса как выскочит: «Здр
ыль в механйИШ'