Clueless manapunk, глава 3(2) / текст :: Clueless manapunk (название временное) :: разное :: Истории

разное текст story Clueless manapunk (название временное) 

Clueless manapunk, глава 3(2)

Предыдущая часть: http://joyreactor.cc/post/4063364
Первая часть: http://joyreactor.cc/post/4052961

Попрощавшись с Торресом на этой оптимистичной ноте, Зиверт вышел на улицу. Там было было сыро и прохладно. Осень с каждым днём подступала плотнее. Остатки тумана оседали на одежде и волосах. Некромант поёжился. Его не покидало странное ощущение неправильности происходящего, но шум в голове мешал сосредоточиться. Ощущение было, как будто голова обита фанерой. Подробности разговора с инквизитором почему-то выпадали из памяти. Он пошёл по улице, пытаясь вспомнить, о чём вообще шла речь. Карта, камни. Какую-то дурацкую лекцию он прочитал. Или ему прочитали? Чей-то громкий крик ворвался в его сознание слишком поздно. Что-то крупное, явно массивнее человека пронеслось мимо, зацепило его плечо и махнуло с мостков в сторону реки. Зиверт успел только взмахнуть руками и полетел в воду.
— А, дьявол. — Произнёс знакомый голос, и над недоумённо отфыркивающимся Зивертом возник силуэт Милли, подсвеченный луной.
— Ты что, оглох? — Недовольно спросила она, свешиваясь с мостков и протягивая ему руку. — Я же орала во всю глотку. А теперь я его упустила.
— Кого? Кто это был? — Поинтересовался Зиверт, хватая сухую жилистую руку. Холодная вода слегка привела его в чувство.
— Хороший вопрос. Понятия не имею. Я гонюсь за ним от самого дома старосты.
— Зачем?
— Потому что он убегает. — Объяснила Милли. Она оглядела мокрого Зиверта с ног до головы. — С тобой всё в порядке? Выглядишь каким-то… пожёванным.
— Да нет, я… погоди-ка, — беспокойство наконец оформилось в мысль, — а почему так темно?
Милли удивлённо огляделась по сторонам и пожала плечами:
— Так ведь ночь.
— Ночь. — Эхом отозвался Зиверт. — И давно?
— С вечера. — Хмыкнула Милли. — С тобой точно всё в порядке?
— По-моему, нет, — вздохнул некромант, — но я никак не соображу, что именно.

Они двинулись к дому, в котором остановились. Зиверт описывал встречу с инквизитором, постоянно сбиваясь и обдумывая подробности, которые всё время норовили выпасть из памяти. Выстраивавшаяся цепочка событий казалась ему всё менее странной и более логичной с каждым словом. Милли сосредоточенно хмурилась.
— Не знаю, что и думать. — Сказала она. — Конечно, мы можем пойти и начать ему угрожать, но…
— Но что мы ему предъявим? — Подхватил Зиверт. — “Ты странный и подозрительный”? Это не преступление. Остаётся только быть настороже.
— Тоже мне, план. — Фыркнула Милли. — “Быть настороже”. Что это вообще должно означать?
— Это означает “предположим, в данный момент он не представляет для нас непосредственной угрозы”. — Отмахнулся Зиверт. — Лучше расскажи, за кем ты тут гонялась.

План Милли был прост и прямолинеен как всё простое и прямолинейное. Где живёт староста, она не знала, так что следовало у кого-то спросить. Бледные тени местных жителей не внушали ей никакого доверия, так что она направилась прямиком к единственному более или менее живому человеку — Францу, решив убить сразу двух зайцев и сэкономить время. Того, впрочем, на месте не оказалось. В сарае был грузовик, надраенный до такой степени, что светился в вечернем полумраке, инструменты, какие-то вещи, но никаких следов водителя. Милли обошла грузовик, попинала канистры, и вернулась к выходу, рассеянно покусывая воротник кителя. Окрестности выглядели печально и мрачно. Ни малейшего признака жизни.
“Тоска, — думала Милли, окидывая взглядом покосившиеся дома. — Поживёшь тут и в самом деле призраком станешь”. Какое-то движение неожиданно привлекло её внимание. Кто-то из местных жителей, почти незаметный в серых сумерках, равномерно взмахивал мотыгой, копаясь в земле возле одного из домов. Судя по всему он был тут уже давно, а значит, мог знать, куда ушёл Франц. Милли хрустнула шеей и подошла к прогнившему забору, окружавшему дом, незаметно сжимая, на всякий случай, рукоять траншейного ножа. Этот нож, сделанный из трёхгранного напильника с рукоятью в виде кастета, сам по себе выглядел как объявление войны. Его невозможно было принять за инструмент — это было оружие.
— Эй! — Окликнула она огородника. — Эй… э-э-э… человек!
Тот медленно разогнулся и посмотрел на девушку пустым и безжизненным взглядом, но не произнёс ни слова.
— Ты не видел здесь водителя, Франца? Ну, в рубахе такой, машину всё ремонтирует . — Милли помахала руками, изображая ремонт. Её собеседник кивнул. Все его движения были плавными и медлительными, словно им управлял не слишком уверенный в своих силах кукловод.
— Ага… ну, здорово, — нервно сказала Милли. — Так… ты знаешь, где он сейчас?
Огородник протянул руку и указал куда-то в сторону реки. По-прежнему молча.
— Хорошо. — Кивнула Милли, судорожно сглатывая и отступая на шаг. — Чудесно. Я… пожалуй, пойду. Не буду мешать. Большое спасибо.
Она развернулась и пошла в указанном направлении ощущая спиной его пустой взгляд. Через десяток метров она не выдержала и оглянулась. Огородник вернулся к работе, и ковырял землю мерными ударами мотыги. Чувствуя накатывающее раздражение, Милли пинком отправила в реку мелкий камушек и пошла дальше. Где-то впереди горел костёр — дым стелился над рекой, смешиваясь с вечерним туманом и щекотал ноздри. Постепенно становился различим треск сучьев в огне и запах еды. Милли неосознанно пошла быстрее. За обтянутыми какими-то тряпками кустами обнаружился небольшой лагерь. В середине горел костёр, над которым булькал котёл с похлёбкой. Человек, согнувшийся над ним, мешал в котле обгорелой веткой. Милли громко прокашлялась и произнесла:
— Вечер добрый!
Франц подпрыгнул и уронил ветку в котёл.
— О! — Воскликнул он. — Это… вы!
— Милли. — Подсказала девушка.
— Да-да, точно. Вы приходили с некромантом. Добрый вечер, Милли.
Он вытер руку о штаны и протянул её для рукопожатия.
— А я к вам с вопросом. — Сказала Милли, пожимая протянутую руку. — Вы не знакомы со старостой… или… в общем, есть в этой деревне какой-нибудь глава?
Франц слегка удивился.
— Конечно. Он предлагал мне остановиться у него в доме, но я отказался. Я думал, вы с ним виделись, раз этот важный мужик вас встретил.
— Инквизитор?
— Так он инквизитор? — Почему-то обрадовался Франц. — Я так и знал! Ну не может быть, чтобы Инквизиция не заинтересовалась тем, что тут происходит. Слава богам, значит, скоро нас отсюда вытащат.
Повисла короткая пауза. Милли не стала переубеждать водителя. Пусть хоть кто-то порадуется, решила она.
— Ну, в общем, дом старосты отсюда недалеко. Если смотреть отсюда, то в левой части деревни, почти посередине реки.
— Понятно. Ну что ж, спасибо.
— Вы уходите? — Вскинулся Франц. — Может, вы хотите что-нибудь съесть? Или выпить? Местные овощи просто отвратительны, но рыба вполне съедобная.
Милли почесала за ухом.
— А что, не откажусь. Всё лучше сухарей и тушёнки.



— Ты ещё и местную рыбу ела?! — Не выдержал Зиверт. Он оторвался от камина, где раздувал огонь под котелком с водой, и недоверчиво уставился на Милли.
— Я же сказала, не перебивай, — раздражённо махнула рукой та. — Ела, ну и что?
— Как что, вдруг река загрязнена? Тут трупы бродят по округе, если ты не заметила. Мало ли что в реке может плавать.
— Она же была живая, когда её поймали. К тому же, местные тоже едят речную рыбу.
— Ну и что, здоровыми выглядят? — Парировал Зиверт.
— Если ты от своей порции отказываешься, то так и скажи. — Пожала плечами Милли. Зиверт тут же пошёл на попятную.
— Ну, с другой стороны, потребность в витаминах и разнообразии пищи вынуждает… А ты давай дальше рассказывай.


Дом старосты не производил особого впечатления, поскольку почти не отличался от окружающих лачуг. Милли мысленно готовилась встретить там что угодно — от живого мертвеца в истлевшем доразломном генеральском мундире до копошащейся массы плоти, контролировавшей сознание селян. Реальность же оказалась оформлена в довольно занудного мужичка неопределённого возраста по имени Марк.
— Вы уж извините, — говорил он скрипучим голосом, приглаживая короткие волосы. — Сами понимаете, глушь, от тракта далеко. Народ тёмный. Хорошо если раз в год кто-нибудь проедет с новостями, а то забудем, как имперский герб выглядит.
— Понимаю, — отозвалась Милли, слегка ошарашенная заурядностью картины. — Так что, никаких загадок? Таинственные исчезновения, огни в небе, странные сны?
Марк сипло рассмеялся. Его волосы мгновенно рассыпались в разные стороны. Было заметно, что, не желая заморачиваться, он попросту периодически сбривал всю растительность на голове.
— Откуда? Нас тут осталось меньше сотни человек, и то просто потому что не успели уехать до осенних дождей. То, что тут мертвецы шатаются, так это обычное дело на полях сражений.
— Может, вы знаете, что за битва тут была?
— Откуда мне. Это было лет сто назад. Вроде бы даже какая-то техника осталась ржаветь. Всё, что могли растащили давно.


— Так значит, ничего интересного? — Спросил Зиверт, усиленно жуя. — А в какой момент появился этот твой беглец?
— В тот самый. Как рыба?
— Болотом отдаёт, а так ничего.


— Что ж, спасибо за помощь, Марк. — Сказала Милли, с лёгким разочарованием в голосе.
— Да чего там, — махнул рукой тот. — Какая от меня помощь.
— Ну, какая-никакая, а всё таки… — Милли осеклась и замолкла. — Вы не слышите?
Марк прислушался.
— Чего не слышу? — Спросил он.
— Чего-то… — Милли напряглась, чувствуя, как по затылку побежали мурашки. Что-то было не в порядке. В симфонию звуков вечерней деревни вмешивался диссонанс. Вроде неловкой паузы. Как будто кто-то сидел и изо всех сил старался не издавать звуков.
— У вас есть люк на крышу? — Спросила она наудачу.
— Есть, — слегка удивлённо ответил Марк. — Вот он. В углу приставная лестница.

Добравшись до люка, Милли откинула его и вылезла на крышу. Там всё было спокойно. Громко журчала река, ветер трепал мешковину, накинутую на какую-то бочку. Милли понадобилось несколько долгих секунд, чтобы сообразить, что это не бочка. Незнакомец, кем бы он ни был, сидел так неподвижно, что совершенно выпадал из пейзажа.
— Эй, — окликнула его девушка. — Эй, ты кто такой?
Она потянулась к спине незнакомца, когда тот неожиданно совершил великолепный прыжок вперёд, пролетев добрых шесть метров. Милли не сразу сообразила, что тоже летит. Её тело совершило аналогичный, хотя и менее впечатляющий прыжок, настроившись на погоню в обход разума.
— А ну стой! — Заорала она, едва коснувшись досок, бросаясь за незнакомцем.
Какое-то время дистанция сокращалась, но беглец продолжал медленно, но неуклонно набирать скорость.

— … а потом он врезался в тебя. — Заключила Милли. — Вообще, мне кажется, что я бы его не догнала в любом случае.
— Даже так?
— Угу. Не знаю, кто это был. Ни разглядеть, ни потрогать, ни унюхать не успела. Но носится он как мотоцикл.
Она зевнула и вытянула ноги. Зиверт рассеянно царапал доски рыбьей костью.
— Ничего не понимаю, — признался он наконец. — Надоела мне эта деревня до коликов.
— Согласна, — кивнула Милли. — Уходим?
— И немедленно. Прямо с утра. Всё нити тянутся на север, к полю боя. Значит, нам туда. Бегун этот, опять же… Раз он бегает и толкается, значит, не призрак.
— Значит, чтобы следить за нами, ему придётся идти пешком.
— Точно. Вот пусть и побегает. Всё, решено. Собери рюкзак полегче, бросим тут всё ненужное.
— Так точно, босс. — Шутливо отсалютовала Милли. — Прикажете захватить керосиновую лампу?
Зиверт смерил её мрачным взглядом.
— И питательные плитки.
— Они на вкус как опилки!
— Потому что они сделаны из опилок. Давай-давай, зря мы их брали, что ли.
Милли скорчила унылую мину. Даже во времена послеразломных войн, когда солдатам приходилось голодать в окопах по несколько дней, они предпочитали есть варёные сапоги — из настоящей кожи! — а плитки пускать на растопку. Горели плитки великолепно, долго и жарко, но пробовать их на зуб решались единицы. Пересобрав рюкзак, Милли оглянулась на Зиверта. Тот сидел у камина, завернувшись в походное одеяло, и курил трубку. Фыркнув себе под нос, она стянула одежду, свернула рубаху в подобие подушки и улеглась на своё одеяло. Маги. Вечно смотрят в пустоту с загадочным видом, как будто могут разглядеть там что-то, невидимое обывателям. Но стоит с ними поговорить, как выясняется, что всё, что они видят, это ещё больше непонятного.

На этот раз спалось тяжело, несмотря на успокаивающее журчание реки. Милли всю ночь ворочалась на жёстком полу, то сбивая одеяло в кучу, то пытаясь в полусне его расправить. Её преследовали смутные воспоминания о войне, о чём-то непонятном, но страшном. Наконец, она проснулась, и несколько мгновений лежала неподвижно, слушая треск поленьев в камине. Зиверт не спал.
— Что, разбудила тебя? — Спросила она.
— Только под утро, — отмахнулся Зиверт, копаясь в камине кочергой. — Кошмары снились?
— Да. Или нет… Сложно сказать. Что-то странное, как будто сон о другом сне. — Милли потёрла лоб. — Чёрт с ними. Чего во сне только не увидишь.
Позёвывая, она выбралась из-под наброшенного вместо одеяла кителя.
— Ты, что ли, меня накрыл?
— Угу. — Отозвался Зиверт. — Ты так дрыгалась, подумал, что ты мёрзнешь. Я тут пока наброса… — Он замер и к чему-то прислушался. — Это что?
— Где? — Поинтересовалась Милли, натягивая штаны.
— Как будто упало что-то. Хм. Показалось, наверное. Так вот, я набросал план.
Он ткнул пальцем в развёрнутую на обгорелом столе карту.
— Во-первых, хочу посмотреть на место, где два барьера сходятся. Если нам повезёт, там будут зомби, и мы заодно увидим, как они проходят наружу. Потом проверим вот эти точки, которые Торрес обозначил как камни. Интересно, что они делают посреди равнины. Ну и наконец…
— Погоди-ка. — Вскинулась Милли. — Теперь я тоже что-то слышала.
Они несколько секунд напряжённо молчали.
— Ветер, наверное, — пожал плечами Зиверт. — Так вот, о чём я? Да. Вот здесь на схеме обозначено что-то вроде насыпи. Там вполне может быть железная дорога. А она должна куда-то вести.
Резкий удар в стену заставил их подпрыгнуть.
— Ну нет, это уж точно не ветер. — Милли схватила карабин и подскочила к двери, распахнув её резким рывком. За дверью стоял один из местных жителей, тот самый, у которого Милли спрашивала дорогу.

Повисла долгая пауза.
— Э-э-э… — начал было Зиверт, но посетитель решительно шагнул через порог.
— Это ещё что за чёрт! — Милли едва успела отпрыгнуть с его пути. Крестьянин не обратил на это никакого внимания. Дойдя до середины комнаты, он резко остановился и замер. Милли, рванувшая следом, едва не врезалась в него.
— Да что за… Эй, мужик, ты здоров?
— Погоди, Милли. — Проговорил вдруг Зиверт. — Мне кажется, он тебя не слышит.
— И что нам теперь с ним делать? Накормить, напоить и спать уложить?
— Не знаю. Смотри, он двигается, как заводной. Попробуй ему подножку поставить.
Посетитель в это время медленно поворачивался на месте. Достигнув, видимо, требуемого угла, он двинулся вперёд, но запнулся о подставленный Милли сапог и упал. Впрочем, это ничуть его не обеспокоило. Он просто продолжил дёргать ногами, словно продолжая идти вперёд, несмотря на то, что лежал на полу. Несмотря на комичность, картина была жуткая. Лицо незнакомца застыло, словно маска, а движения были дёрганными, отрывистыми и неуклюжими. Наконец, он замер на месте.
— Какого… — Начала было Милли.
— Ты не можешь закрывать на это глаза. — Вдруг произнёс посетитель. Слова срывались с его губ, словно камни, нелепо и неуверенно.
— С кем он говорит? — Прошептала Милли.
— Не знаю, — ответил Зиверт, тоже почему-то шёпотом.
Человек на полу рывком повернул голову почти на сто восемьдеят градусов. Послышался отвратительный хруст. Один из его зрачков расширился почти до размеров радужки, другой остался сжат, словно в спазме. Милли и Зиверт, несмотря на отвращение, не могли оторвать взгляды от этого странного зрелища.
— Не думай, что это нравится. — Прохрипел лежащий. — Это произошло не по моей воле. Я… мы… такая же жертва.
Внезапно Милли подскочила к двери и прислушалась. Потом нетерпеливо замахала Зиверту. Опасливо покосившись на странного гостя, тот подошёл к двери и тоже прислушался.
— Я ничего...
Милли схватила его рот ладонью, призывая молчать и слушать. Он прислушался.
— У тебя остаётся на так много времени. — Голос исходил из перекошенных губ гостя, но не только. Где-то вдалеке те же слова произносила толпа людей, синхронно, в один голос. Зиверт посмотрел на Милли и она убрала руку от его рта.
— Что это? — Прошептал он.
— Понятия не имею. — Горячо прошептала она в ответ. — Ничего хорошего. Предлагаю отсюда убираться и как можно скорее, а потом гадать.
Внезапно их гость перестал дёргаться и замер.
— Я где-то ошибся. — Прохрипел он. Его глаза забегали по комнате.— Нас слушают.
Больше не таясь, Милли пинком выбила дверь. Хлипкую деревянную конструкцию вынесло вместе с рамой.
— Бежим! — Рявкнула она. Зиверт одним прыжком пересёк комнату, швырнул ей рюкзак и схватил свою сумку. Они вылетели на улицу и понеслись, рассекая вечный утренний туман. Солнце ещё не взошло и в темноте послышася шорох ног, многократно усиленный синхронностью действий. Они шли так же неуклюже, как тот странный посетитель, но в их движении слышалась какая-то нечеловеческая слаженность. Зиверт быстро начал отставать от несущейся во весь опор Милли. Она заметила это, чуть замедлилась, схватила его за руку и снова увеличила скорость. Теперь Зиверт летел над досками моста, едва касаяcь их ногами. Они вылетели к северному берегу, так никого и не встретив, но шаги явно приближались.
— Стой, — выдохнул Зиверт. — Милли, стой! Я попробую… сделать транспорт.
Не говоря ни слова, она остановилась, отпустила его руку и упала на колено, уже сжимая карабин руках. Не тратя времени на то, чтобы перевести дыхание, Зиверт простёр руки над землёй. Лошадь. Здесь должна быть лошадь. Хотя бы одного черепа хватит. Он что-то нащупал и быстро начал перебирать Струны.
— Зиверт, быстрее! — Голос Милли донёсся откуда-то издалека. Послышался выстрел.
“Кости, мышцы. Они сами знают, что делать, мне нужно только им помочь. Хотя бы на несколько минут”.
Милли обернулась, чтобы ещё что-то крикнуть, но слова застряли у неё в горле. Перед ней стояло чудовище, собранное из разных костей. Некоторых не хватало, два позвоночника переплетались путаницей рёбер. На месте мышц бегали фиолетовые искры.
— Давай, залезай, — выдохнул Зиверт, почти теряя сознание. — Эта тварь долго не проживёт.
Не теряя времени, Милли швырнула его на спину твари и сама прыгнула следом. Глаза Зиверта закатились так, что видны были только белки, но какие-то команды он, видимо, отдавал, потому что чудовищная лошадь вздрогнула всем телом и начала грузно набирать скорость, оставляя позади деревню, реку и преследователей.

Подробнее
разное,текст,Истории,Clueless manapunk (название временное)
Еще на тему
Развернуть
Следующая часть: http://joyreactor.cc/post/4070575
Bronski Bronski 08.09.201923:16 ответить ссылка 0.0
Только зарегистрированные и активированные пользователи могут добавлять комментарии.
Похожие темы

Похожие посты
Речь Саши Спилберг в Госдуме,News & Politics,новая газета,саша спилберг,влог,выступление,госдума,блогеры,соцсети,депутаты,вконтакте,В Госдуме начались парламентские слушания «О молодежной политике в РФ», на которые впервые позвали популярных видеоблогеров Youtube. О себе и своем понимании молодежной
подробнее»

политика цензура болтовня длиннопост

Речь Саши Спилберг в Госдуме,News & Politics,новая газета,саша спилберг,влог,выступление,госдума,блогеры,соцсети,депутаты,вконтакте,В Госдуме начались парламентские слушания «О молодежной политике в РФ», на которые впервые позвали популярных видеоблогеров Youtube. О себе и своем понимании молодежной
г, и? с иашщдив; шао;у геркакзд ^ советс^.: си^о^:.
Правительство СССР в
Правительство Германии
Руководимое желанием укрепления дело г яра ••етлду СССР п Германией и исходя из основных положений договора о нейтралитете, заключенного иехду СССР к Германией в апреле 1926 года,
приели к следующему
подробнее»

Я Ватник,# я ватник, политика песочница политоты Великая Отечественная Война История Пакт Молотова-Риббентропа

г, и? с иашщдив; шао;у геркакзд ^ советс^.: си^о^:. Правительство СССР в Правительство Германии Руководимое желанием укрепления дело г яра ••етлду СССР п Германией и исходя из основных положений договора о нейтралитете, заключенного иехду СССР к Германией в апреле 1926 года, приели к следующему