Истории

Истории

Подписчиков: 2753     Сообщений: 11758     Рейтинг постов: 38,900.6
Прикольные и поучительные истории. Внимание, длинные тексты!
Развернуть

текст story рассказ песочница 

Сегодня за ужином, король обнаружил у себя в тарелке волос. Осмотр подтвердил, что этот волос – лобковой. Без долгих разбирательств, королевский повар был казнён головой об чугунный котёл.

Впоследствии оказалось, что волос принадлежал служанке Мари, разносившей блюда. Таким необычным образом она хотела намекнуть королю, что не прочь возлечь сегодня вечером.

Испорченный аппетит и думы о несправедливо убиенном королю либидо не добавили. Спать он лег голодный, злой, один.

Наутро, и без того пустой желудок, стал пустым окончательно. Король требовал плотного завтрака, но в ответ получил лишь разведённые в стороны руки подданных – повар в замке был один.

Пожевав кочан капусты и заев помидоркой, король издал указ: найти в королевстве повара. А лучше двух. Или даже трёх, на всякий случай.

Гонцы и глашатаи разбежались из замка во все концы королевства, попутно не забывая посещать встречные таверны. Повар был один на всех.

Слух о смерти королевского повара, и последовавший за этим указ о приёме на службу нового, сложил в головах народа нехитрую мозаику: король поваров своих кокошит. И никакое жалование не заставляло местных корчмарей покинуть свои тёплые, насиженные таверны и пойти на убой персоне монаршей.

Так прошел ещё один день на овощной, не нарезанной диете. По пути в опочивальню, королю встретилась служанка Мари. Она вжалась в стену и старалась не дышать. Король с ненавистью посопел сопелкой, но прошел мимо.

Наутро, короля ждал королевский завтрак: нарезанные капуста, морковь, томаты и яблоки. Закончив трапезу, монарх с громким криком: "Мяса хочу! Жаренного!", отправил палача отыскать и повесить негодницу Мари за её намёки, приведшие к столь печальным последствиям.

Мари, не будь дурак, уже держала путь в соседнее королевство, попутно в каждом кабаке рассказывая свою печальную историю, и о несправедливых гонениях, за любовь.

Завсегдатаи поступок служанки не оценили, но почившему герою-мученику повару дали вполне определенное прозвание: пиздой накрывшийся.

Король неистовствовал. Он бегал с канделябром по замку и требовал гречневой каши со шницелем. А любой отказавший ему в столь скромной просьбе, был бит тем самым канделябром.

Всё это слушал главный королевский советник, закрывшийся на кухонном складе и уплетая печенье с вишнёвым вареньем. Хорошо, что он такой умный, а король такой дурак – за четыре дня даже ни разу сюда не заглянул.

Утром пятого дня, его величество был обнаружен в поле ячменя, жующий колосья. Подданные заботливо проводили монарха обратно в замок. По пути, король, роняя скупые слёзы, признался, что пытался догнать свинью, не весть как оказавшуюся возле замка, он от бессилия не смог, и был вынужден питаться подножным кормом прямо в поле, где споткнулся при погоне.

Утром шестого дня король не вставал с постели. "Сосиску" – тихо шептал он, – "Полцарства за сосиску".

– Ваше величество! Ваше величество! Что с вами? – тряс за плечо монарха главный королевский советник.
Король очнулся от грёз: он сидел в обеденном зале. Все вокруг дружно стучали ложками о тарелки и неприлично чавкали. Перед глазами его был волос, удерживаемый указательным и большим пальцами. Он резко выбросил его под стол и зло прищурившись посмотрел на служанку Мари. Та кокетливо улыбалась.

Надо бы провести с ней беседу. Вечером.

 я fc' Д ■ьЛ т ‘i Ш 9 ущ Г л. _Г 'i -> ■ --»n Mi. нт^» ■ л i jBSk • r V Í,текст,Истории,рассказ,песочница
Развернуть

Отличный комментарий!

ну как минимум король имеет неплохую фантазию и умеет в прогнозы почти на неделю вперёд
ValDValD23.11.202210:23ссылка
+43.9

САМОСБОР рассказ story много букв Не мое #САМОСБОР продолжение в комментах Родион Пузо длинопост стена текста 

                                               Капитан Влад и город Древних

Ты — легендарный капитан Влад, бороздящий бескрайнюю вертикаль Гигахруща на грозном тридцатипушечном лифте класса «Ярость Ильича». Слава о тебе гремит от жарких чугунолитейных этажей, до покрытых торосами слизи блоков холодного синтеза. Ты прошел через десятки абордажных боев, сотни зон вечного самосбора и две партийные комиссии «О служебном соответствии». Однако даже тебе не всегда благоволит госпожа удача…

Грифель химического карандаша ломается прямо на слове удача, и ты нехотя возвращаешься в реальность. Ты сидишь в заплеванной столовой ремонтного блока СБП-1004-211/20 за колченогим столом, укрытым серой, словно жизнь бетоноеда не познавшего вкуса бетона марки М-350, скатертью. На столе мерзко пахнущий брикет разваренного беляка, граненый стакан и початая бутыль этанола.

Заточив карандаш о зубец своих абордажных грабель, ты вновь принимаешься за попытки написания своей легендарной автобиографии. Заняться все равно больше нечем — твой транспорт, развороченный в непредвиденной встрече с эскадрой лифтфлота, стоит в ремонте уже несколько семисменков. Единственное, что тебя радует, так это то, что горящий, разбитый бетонобойными снарядами двенадцатипалубный лифт, сумел дотянуть до блоков подчиненных Торговому комитету, где, как известно, воздух полон свободы, в продаже есть пятьдесят сортов белого концентрата, а призывно стоящие на углах коридоров девицы не отягощены моральной ответственностью за дело построения социализма в отдельно взятом блоке.

Ты снова берешься за карандаш и уже почти дописываешь лист, когда появившаяся в дверях столовой фигура заставляет тебя отложить бумагу.

Коротко стриженная блондинка, затянутая в увешанный пенобетонными гранатами черный костюм РХБЗ, неторопливо подходит к твоему столику и, не спрашивая разрешения, садится напротив тебя.

Кивнув, она по-девичьи изящно опрокидывает в себя стакан этанола, и поддев вилкой тонкий, почти прозрачный ломтик концентрата аккуратно закусывает огненную жидкость. После этого она резко отставляет алкоголь в сторону, показывая, что со светскими приличиями можно закончить. Она все еще не произносит ни слова, лишь внимательно осматривает тебе холодными, ни капли не опьяневшими глазами.

Ты физически чувствуешь как ее взгляд скользит по шрамам от удара абордажных граблей на твоем лице, по некогда щегольским, а сейчас поизносившимся и заляпанным солидолом манжетам пошитым из лучших кружевных салфеток, по опаленному огнем черному бушлату с дорогими, но порядком утратившими блеск пуговицами из латуни 985 пробы.

— Выглядите хуже, чем я ожидала, капитан, — пренебрежительно заключает девица.

— А вы выглядите гораздо лучше, чем ожидал я, — со смешком бросил ты, кивая на ее офицерские погоны.

Блондинка вскакивает. С грохотом падает стул. Ее лицо зло передергивается.

Ты лишь пожимаешь плечами. Не твоя вина, что ликвидаторский корпус блоков Торгового комитета уже почти полностью разгромлен давящими контрреволюцию частями, что безостановочно прибывают с верных Партии этажей.

Нервно вытащив портсигар, отделанный ценными породами бетона, девушка закурила, и лишь тогда чуть успокоившись вновь села за стол, швыряя в пепельницу искусанный зубами фильтр сигареты «Десертная».

Представилась она Яной Алмазовой, капитаном третьего, особого отдела ликвидаторского корпуса. Приказом Торгового комитета она приставлена к одному Крайне Важному Для Дела Родины профессору. И этот Крайне Важный Для Дела Родины профессор изъявил желание нанять твой лифт для исследовательской экспедиции, ввиду имеющегося у тебя опыта преодоления зон вечных самосборов, а также проникновений в отдаленные, одичавшие блоки.

Ты смеешься Алмазовой в лицо и, вновь беря в руки карандаш, просишь не отвлекать глупостями. Когда лифт снова будет на ходу, спасающие свое имущество от наступающих партийных частей блочные барыги все равно предложат тебя гораздо больше, чем какой-то там профессор, при гораздо более безопасном маршруте следования.

Собеседница презрительно морщится, но берет себя в руки.

— Возможно, вас переубедит наш задаток? — она достает что-то из кармана.

Ты продолжаешь ухмыляться, что-что, но пачкой талонов капитана Влада не купишь.

Ее тонкие пальцы разжимаются. Темный зал заплеванной столовой на миг освещается блеском золота. В твои руки со звоном падают тяжелые, полновесные значки ГТО. Ты сгребаешь их мгновенно, тут же пробуя один из них на зуб. Без сомнения — подлинные значки дохрущевской работы. Сейчас сумма в твоих руках больше, чем можно добыть пиратством за целый гигацикл.

Быстро убрав свалившееся богатство под украшенный веревками аксельбантов бушлат, ты велишь завтра же доставить к тебе профессора.

2

На следующий смену, весь твой двенадцатиэтажный лифт охвачен кипучей работой. Согнанные со всего блока ремонтники меняют топки двигателя и устанавливают новые гермы взамен смятых попаданиями снарядов. Твои начищенные сапоги отражают искры сварки — рабочие заделывают пробоины и дыры от картечи. Новенькие кружевные манжеты белеют в свете фонарей меняющих проводку электриков. Ты снова весел и доволен жизнью.

Сзади слышится пыхтение. Отдуваясь и держа в руках толстые бухгалтерские книги, к тебе бежит Яков Соломонович Смерть — начфин лифта.

— Владимир Родионович, план доходов-расходов на экспедицию подпишите! — он протягивает тебе дорогой, обшитый красным дерматином журнал.

Ты внимательно читаешь записи «Кре́дит: значки ГТО на ремонт лифта — 4 штуки, брикеты нитрометаноловые, чтобы отойти подальше от обитаемых блоков — 1200 штук, нож столовый, чтобы перерезать горло профессору и Алмазовой – 1 штука, оплата работы матросам скидывающим тела в шахту лифта – 2 талона на белый концентрат. Дебет: 26 значков ГТО».

Ты укоризненно смотришь на Якова Соломоновича, напоминая про пиратский кодекс, а именно пункт 12, части 3 Пиркода «О правах нанимателя», а потому просто предлагаешь высадить дурачка-профессора вместе с Алмазовой на необитаемом этаже, когда лифт отойдет достаточно далеко от торговых блоков. Заодно можно убрать расходы на 2 талона белого концентрата.

Раздавшийся снаружи набат стальных сапог заставляет тебя оборвать фразу. Ты и Смерть спешно выскакиваете в коридор блока. Воздух дрожит. Все вокруг наполнено гулом сервомоторов. К вашему лифту подходит возглавляемый Алмазовой отряд элитных ликвидаторов в боевых экзоскелетах Черешня-У и Чиполлино-12. Икнув, Яков Соломонович мгновенно исчезает по неотложно бухгалтерским делам, оставляя тебя наедине с гостями.

Разом наступает тишина. Она нарастает, накаляется и вот в ней раздаются чьи-то шаги. Блестящая масса заполнившей коридор черной брони расступается. Свет над головой будто становится глуше. Болезненно моргают лампочки. А затем, все возвращается на свои места и из-за спин ликвидаторов тяжело хромая на левую ногу выходит человек в строгом костюме.

Ты тихонько материшься, узнавая профессора Фосфора Аврельевича Князева, одного из первых людей в совете Торгового комитета, а также бессменного председателя комиссии по правам детей и комиссии по внедрению экспериментальных образцов вооружения.

Князев улыбается и жмет твою руку своим нейропротезом. Его лицо — неподвижная маска затянутая гладкой молодой кожей. Его тело — сплошная мешанина имплантов, которые не может скрыть ни отглаженная рубашка, ни дорогие брюки и пиджак. Только глаза все еще остались его собственными. Это выцветшие почти добела глаза глубочайшего, видевшего сотни гигациклов старика.

— Капитан, я пришел проверить, как идет ремонт, — искусственные легкие Фосфора Аврельевича с шипением исторгли тихие слова. — Надеюсь, вы не заставите меня ждать? Мне постоянно докладывают о ваших успешных экспедициях, а потому в ваших интересах, капитан, будет не испортить сложившиеся у меня о вас хорошее впечатление.

Его безумно дорогие, стоящие не меньше твоего линейного лифта нейропротезы щелкнули, точно жвала лифтовой арахны, но через секунду на лице Князева прорезалась улыбка.

— Впрочем, не буду вас более отвлекать. У меня еще заседание в Комитете. И да не беспокойтесь о наборе новых матросов, я уже выделил семьдесят отборных ликвидаторов для нашей экспедиции. Поэтому запасайте еду. Не меньше чем на двести смен.

Глаза профессора сузились, и он посмотрел на закованных в экзоскелеты ликвидаторов.

— Оставайтесь здесь. Надо помочь капитану с охраной его лифта.

3

Через семисменок в лифт заканчивают загружать все необходимое. Бочки просоленного концентрата и бухты пахнущего солидолом лифтового троса, канистры с разбавленной этанолом водой и десятки ящиков с шариками от подшипников, для картечных зарядов пушек, порох и подшивки стенгазет, вся эта масса заполняет собой палубы лифта.

Наконец с грохотом и шипением гермодвери закрываются. Скрипя тросом, покачивающийся лифт начинает уходить вверх.

Вы вместе с Яной Алмазовой и Фосфором Аврельевичем Князевым сидите за столом капитанской каюты.

— Итак, теперь, когда вокруг нет лишних ушей, время поговорить о цели нашей экспедиции, — Фосфор Аврельевич барабанит по столу титановыми пальцами, а затем внимательно смотрит на тебя.

— Скажите капитан, может мой вопрос и покажется странным… Но… Вы верите в людей?

Ты кривишься, машинально трогая шрам от абордажных граблей на своем лице.

— Нет, я никому не верю. Люди слишком часто предают.

Механические легкие Князева с шипением выпускают воздух. Похоже, профессор смеется и смеется он от души.

— Нет-нет капитан, я имею в виду, вы верите в то, что люди когда-то существовали?

Ты напрягаешься, не понимая, что за шутку затеял профессор.

— Капитан, Гигахрущу сотни, а может быть и миллионы гигациклов. Неужели вы думаете, что мы все те же люди, что когда-то впервые шагнули на его бетон? Поверьте моим словам, словам человека, что в свое время посвятил изучению появления Хруща столько лет, сколько иные и не живут, поверьте, что вы даже не можете представить себе, что такое коммунист Советского Технократического Союза. Их тела не имели ничего общего с нашими. Кожа, плоть, все служило лишь оболочкой для имплантов такого уровня, что вы сейчас не можете и вообразить. Представьте алую кровь, наполненную светом мириад роев нанороботов, биосеребрянную архитектуру мозга, хирургически возведенную в абсолют. Возможности людей были в ту пору непостижимы. Знаете, учитывая уровень наших технологий сейчас, мы бы скорее посчитали их богами. Хотя я думаю, вернее, подойдет слово демоны.

— Биобетон... – вспоминаешь ты лифтфлотские байки.

— Биобетон это детский лепет, капитан. Их власть над материей была неизмерима. Впрочем, не только над ней. Уцелевшие ЭВМ говорят, что нейроимпланты позволяли им контролировать даже самосбор. В ту далекую пору он подчинялся Древним будучи их обычным инструментом для обжития пространства. Да что подчинялся, они порождали самосборы одной лишь силой своей мысли. Знаете, как это тогда называлось?

— Магия?

— Наука, — с горечью сказал Князев, а затем, будто решившись, он вытащил туго свернутый рулончик и вскоре вы уже развертывали на полу длиннющую карту лифтовой шахты.

— Вот здесь как вы знаете, — карандаш профессора отчеркнул одну из отметок, находится последней из обжитых блоков этого сектора Хруща. — Вот здесь заброшенные этажи. А над ними, зоны вечных самосборов.

Он развернул рулон карты еще, потом еще и еще.

— Ну и наконец, здесь, начинаются первородные блоки. И вот здесь, — он жирно провел черту. — Должно находиться то, что древние записи ЭВМ называют очень многими словами. Город, которого нет. Шпили творения. Куб-01. Врата народов. Первородная крепость. Но как бы его не называли, похоже, это именно то место, откуда в Гигахрущ пришли Древние.

Ты сглатываешь слюну.

— И Древние… Они все еще там?

Профессор качает головой.

— Все знают, что Древних уже не осталось.

— Тогда в чем цель нашей экспедиции?

— Знания. Знания о прошлом, — Князев задумчиво смотрит в потолок. — Поймите, капитан, ведь это один из старейших объектов Гигахруща.

— Знания о прошлом? Да скорее святой и нетленный старец Ильич и В.Ы. Желенин окажутся одним человеком, чем я поверю, что вам и всему остальному Торговому комитету на них не плевать, — ты презрительно ухмыляешься, с прищуром смотря на председателя комиссии по экспериментальным образцам вооружения. — Хотите найти оружие Древних, верно профессор?

Князев молчит, но вместо него тебе холодно отвечает Алмазова.

— Мы проигрываем войну. И на карте само существование наших блоков. А потому не вам нас судить, капитан.

4

Смену за смену лифт поднимается вверх. Проносятся мимо жилые этажи и заводские блоки, лаборатории и партийные ярусы. Кажется, так будет вечно, но проходит время и появляются первые брошенные этажи, забетонированные или укрытые густой черной слизью, проносятся мимо лифта озаренные синим светом блоки культистов, но вот даже алтари Чернобожников сперва сменяются странными ни на что не похожими костяными капищами давно потерявших имена богов, а затем и вовсе исчезают. На этажах, мимо которых едет ваш лифт, теперь только серый, не тронутый следом человека бетон.

— Кажется, на это можно смотреть вечно? – с этими словами ты однажды подходишь к Алмазовой, когда та зачарованно стоит у раскрытого смотрового люка. За ним один за другим проплывают пустые, лишенные всякого намека на жизнь этажи. — Как говорил один философ: «Две вещи меня восхищают: бесконечность Гигахруща над головой и полное отсутствие морального закона внутри нас».

— И именно поэтому мне нравятся эти этажи. Гигахрущ без людей так спокоен… — она вдруг впервые за все время, что ты ее видел, позволила себе тонкую, неумелую улыбку. Внезапно у вас завязывается разговор. Потом вы часто встречались на этой палубе. Она рассказывала тебе о своей службе в ликвидаторском корпусе, ты о своих экспедициях в блоки Чистых и битве с чудовищным раскорякеном, чьи щупалы срывали с тросов торговые лифты. Она говорила о зачистках зараженных блоков, фанатично рассказывала о борьбе с партийными ликвидаторами, оттесняющими с этажей силы Торгового комитета, и ты слышал в ее словах и боль о погибших товарищах и жесткую веру в свободу, что несет блокам комитет. После этого она почти всегда тяжело замолкала, но ты отвлекал ее то легендами о шахте погибших лифтов, то рассказами про обычаи одичавших людей из далеких, не занесенных на карты блоков, что не носят иной одежды кроме обвитых вокруг бедер проводов. А еще вы говорили о Древних.

— Профессор боится их, — однажды тихо сказала Яна. — Смертельно боится.

— Но их же не осталось в Хруще?

— Тогда зачем он всегда носит с собой нож?

Ты наклоняешь голову не понимания.

— Он что собирается обороняться от существ, которых описывал как богоподобных ножом?

— Не простым ножом. У него есть кухонный нож, сделанный еще в дохрущевскую эпоху. Когда была Земля и был коммунизм. Он говорит, что древние не живут в привычных нам вселенских законах. И чтобы хоть что-то им противопоставить, оружие… — Яна замялась. — Оружие должно иметь… Профессор называет это идейным зарядом творения. А в наших блоках, ты знаешь сам, экономика уже давно рыночная и вполне возможно, что сделанное там оружие будет против Древних бесполезно.

Ваша странная беседа закончилась на этих словах. Вы расстались, пообещав вновь сойтись на этой палубе завтра, но эта встреча была последней. Лифт вошел в зону вечных самосборов и у тебя ни осталось времени ни на Яну, ни сон, ни на еду.

Ты то стоял на мостике гаркая команде приказы, то грохоча сапогами носился с этажа на этаж когда ситуация там совершенно выходила из-под контроля. Лифт трясся, грохотал, а стон выгибающегося металла стен сливался с воем тысяч мертвых голосов слышащихся из лифтовой шахты. Всюду пахло сырым мясом, и матросы метались с горелками, снова и снова заваривая дающие течь гермы и лючки. Трижды лифт чуть не заполнялся фиолетовым туманом и трижды ты отстаивал свой транспорт у самосбора. На ходу жуя концентрат, скользя на слизи которая еще несколько часов назад была боцманом, ты смену за сменой вел лифт вверх, не давая ему навсегда пропасть в бушующем вокруг самосборе. Наконец, вой за бронированными стенами стих, и вместо сирен лифт снова наполнил шум механизмов и скрип тросов. Где то внизу кричали — команда с дикими вопля вскрывала канистры с этанолом, ну а ты просто тяжело упал на койку в каюте и несколько смен придавался лишь сну, потреблению самогона из сахарного борщевика, да перечитыванию твоего любимого четырнадцатого тома приключений В.Ы. Желенина, посвященного его борьбе с чудовищным Вневременным правительством.

Ты уже как раз дошел до знаменитой пикантной сцены, где крепкие руки Желенина срывают атласное платье с Александры Керенской, когда дозорные закричали о появлении по курсу нужного этажа. Отбросив книгу, ты, застегивая на ходу бушлат, вбегаешь на мостик и, приникнув к смотровому лючку, быстро с сверяешь карту с записями скорости и времени движения лифта.

— Отдать лифтовой стопор, — наконец орешь ты, закончив вычисления. — Всем готовится сойти на бетон, двести килограмм арматуры ОР-15 вам в клюз!

Развернуть

Отличный комментарий!

5
Перед открытыми дверями лифта расстилается заполнившее брошенный блок море. Оно зеленеет острыми листьями, волнуется в потоке воздуха из вентиляционных шахт, пенится белыми соцветьями. От пола до потолка разрушенные коридоры заполняет борщевик и ему не видно ни конца, ни края. Приказав матросам ждать вас столько, сколько позволят запасы провизии, ты в последний раз проверяешь свой противогаз, а затем командуешь отряду ликвидаторов покинуть лифт. Через несколько минут гермодверцы с грохотом закрываются за вашими спинами и море борщевика поглощает отряд, смыкаясь над вашими головами.

Ваш отряд идет через горячую, душную тьму. За время лифтового восхождения ты успел познакомиться со всеми ликвидаторами, и уверен в каждом из них, однако больше всего ты выделяешь в отряде пятерых. Идущий позади мужчина с твердым, точно кусок бетона марки М-350, подбородком это сержант-медик по кличке Антон Павлович. Кличку свою он получил за то, что нигде, даже в лифтовом гальюне не расстается со своим угрожающего калибра ружьем. Возглавляющий отряд чудовищно огромный детина, рубящий борщевик метровым штык-ножом — старшина Иван Губило. Молодой парень вечно что-то чиркающий в блокнотик на каждом привале — это рядовой Балагур, в прошлом журналист военной стенгазеты «Серпы и молоты», а постоянно трущийся рядом с ним ликвидатор, на Ералашникове которого выцарапано женское имя это рядовой Туча.

Ну и пятая, это конечно Алмазова. Ты вместе с ней и Фосфором Аврельевичем находишься в центре колонны, руководя движением. Идти тяжело. Запах цветущего борщевика пробирается даже под противогаз, тело мокро от пота, весь ОЗК покрыт ядовитым соком, но ты подавая пример остальным бодро шагаешь вперед. Вы минуете заброшенные цеха и столовые, медблоки и лаборатории. Все в первородных блоках мертво и придавлено тяжелейшим грузом времени. Страницы журналов рассыпаются в прах, станки давно сплавились в неясные ржавые кучи. Даже сам бетон здесь хрупок точно мел. Но, несмотря на это, с каждым новым шагом в тебе крепнет ощущение чужого присутствия. Будто кто-то наблюдает за вами из тьмы. Возможно ты уже изрядно надышался пыльцой борщевика — тебе чудятся шныряющие в зарослях странные, отдаленно похожие на человечьи силуэты, но проходит миг и они растворяются среди листвы не оставив и следа. Вскоре ты понимаешь, что их видят и другие. Нервы ликвидаторов на пределе. Несколько раз они открывают огонь на шорохи, но все, что вы находите лишь срезанные пулями борщевики, да несколько белых, чуть светящихся капель упавших на бетон. Ты чувствуешь страх ликвидаторов, они шепчутся о Древних, но Фосфор Аврельевич лишь качает головой, говоря, что встретить здесь вы можете разве что их выродившихся и давно одичавших потомков.

Проходит две смены, и вы выходите в цех, столь огромный, что стены его теряются в темноте. В центре помещения зияет огромная выжженная былым пожаром прогалина.

Здесь они вас и встречают. Они были терпеливы и напали, лишь выждав, когда вы выйдете в центр открытого места. Воздух зазвенел и сотни стрел из заточенных, обожженных в огне стеблей борщевика понеслось прямо к вам. Они бессильно бьют по броне экзоскелетов и черным шлемам ликвидаторов, но их так много, что уже в первую минуту один из бойцов кричит, хватаясь за вошедший в сочленение брони стебель. Миг и его крик захлебывается в выступившей на губах пене. Ты материшься, видя на упавшей рядом стреле мутный блеск вываренного борщевичного сока смешанного с ядовитой пыльцой.

Вы мгновенно огрызаетесь огнем, но показавшиеся из тьмы верткие полупрозрачные силуэты продолжают стрелять даже после того, как свинец вырывает из их тел целые куски. Еще один ликвидатор валится с пробитым горлом.

Фосфор Аврельевич кричит от ужаса, безумными глазами смотря на падающих вокруг него ликвидаторов. Он вдруг понимает, что оказался в ситуации когда ни огромное богатство, нажитое им благодаря должности в совете Комитета, ни все его нейропротезы дарующие почти бесконечную жизнь не могут защитить его от таящийся в борщевике смерти.

Сбив профессора с ног, Яна закрывает его телом мертвого ликвидатора, после чего подхватывает крупнокалиберный ручной пулемет. Ты падаешь рядом с ней и, выхватив свою положенную по капитанской должности инфракрасную наблюдательную трубу, начинаешь указывать прячущиеся в борщевике цели. Девушка дает первую очередь. Бронебойно-зажигательные пули косят и борщевик и прячущиеся в нем фигуры, а через миг белые соцветие чернеют — это начинают работать огнеметчики отряда. Но даже этого уже не хватает — тварей слишком много. Все новые и новые ликвидаторы падают сраженные стрелами.

— Шалаш Ильича вам в клюз, что ж вы не кончаетесь-то? — хрипло выдаешь ты, когда пулемет Яны сжирает уже третью ленту и, невзирая на чертящие воздух стебли, вскакиваешь с бетона, бросаясь к трупу ликвидатора с подсумком пенобетонных гранат. Размахнувшись, ты метаешь первую, затем вторую, третью, четвертую — уродливые столбы бетона вспухают перед вашими позициями. Вскоре ты с бойцами организовываешь настоящую пенобетонную крепость, из щелей которой вы ведете прицельный огонь. Высота потолка цеха не дает тварям стрелять настильно и вскоре пелена свинцового ливня, наконец, смывает потоки стрел. Твари, оставляя убитых и раненных, исчезают в темноте аварийных выходов. Последние из них, возглавляемыми одетым в богатые латунные одежды жрецом, пытаются остановить вас в одном из коридоров, выскакивая из тьмы с длинными борщевиковыми копьями наперевес, но титанические кулаки Ивана Губило встречают нападавших, после чего разъяренный ликвидатор выводит двигатель экзоскелета на форсаж и его стальные пальцы просто начинают разрывать несчастных полупрозрачных тварей напополам. Уцелевшие бегут. Не уцелевшие, но живые, пытаются ползти, но их черепа с влажным треском лопаются под ударами стальных сапог гиганта. Уже исчезая в темноте, твари последний раз оборачиваются и дают залп из своих луков. Выпущенные наугад стрелы щепками разлетаются о бетон. Наступает тяжелая тишина. Ты переводишь дух, рассеянно отирая зудящую щеку и с удивление видишь кровь. Схватившись за лицо, ты выдергиваешь из ранки острую щепку, все еще покрытую густой, зеленоватой дрянью.

Кто-то хватает тебя за плечо и что-то спрашивает, ты хочешь пренебрежительно махнуть в ответ, но ватная рука лишь немного сгибается в суставах. Бетон уходит из-под ног, словно лифтовая палуба во время девятибального самосбора.

6
Ты плывешь в горячем вязком бреду. Лишь иногда ты открываешь глаза видя борщевик и расплывчатые фигуры ликвидаторов тащащих тебя на носилках. Но проходит миг и плывущие над головой острые листья тают, складываясь в клубы фиолетового, пахнущего сырым мясом тумана. В такие моменты ты кричишь и кто-то держит тебя, что-то льется в твое горло, но что это: вода, этанол, кровь или черная слизь, понять нельзя. Когда смена заканчивается, и ликвидаторы останавливаются на сон, становится еще тяжелее. Твою голову начинают заполнять голоса мертвецов. Они приказывают открыть глаза и ты видишь бетонные полы Хруща, ставшие прозрачными на многие миллионы этажей вниз, видишь бурлящий фиолетовый туман стремительно заливающий тысячи, миллионы и миллиарды блоков, он поднимается, заполняя этаж за этажом, стремительно рвется вверх. Проходят секунды или гигациклы и вот, полнящаяся растекающимися черной слизью людскими фигурами пелена достигает и тебя. Туман клубится, накрывает тебя с головой, ты тонешь в нем, с хрипом захлебываешься, задыхаешься, уходишь на дно. Ты вздрагиваешь, когда кто-то вдруг с силой хватает тебя за руку, выдергивая на поверхность. Ты хрипишь, и фиолетовый туман сменяется чернотой забытья.

Ты приходишь в себя на третью смену, во время отбоя. Ослабевший, но уже почти здоровый. Твоя рука зажата в пальцах Алмазовой. Она спит, как спят и все остальные члены отряда. Ты чуть двигаешься, и Яна открывает глаза. Миг и она краснеет, судорожно отдергивая руку.

На следующую смену ты уже тяжело идешь вместе с остальным отрядом. Алмазова держится в стороне — ее лицо кованая строгая маска. В конце смены, ты подходишь к ней. Вы смотрите друг на друга нестерпимо долго. Ты делаешь шаг к ней. Она легко отстраняется прочь.

— Не будем отвлекаться на ерунду, капитан. Тем более что эта ерунда может повлиять на качество наших прямых обязанностей, — твердо говорит Алмазова, но в этой твердости ты слышишь горечь.

7
Оставшийся семисменок впереди только анфилады коробок цехов. Пустых. Одинаковых. Лишенных и намека на оборудование. Здесь нет света, лишь изредка можно встретить хаотичное, лишенное всякой логики сплетение труб, разломав которые можно добыть воду. Самосборы будто срываются с цепи. Чудовищные и разрушительные, они накатывают без воя сирен, почти мгновенно заполняя фиолетовым туманом помещения цехов и оставляя после себя слизь и таких тварей, которых ты не видел даже среди высших партийных представителей. Все что вам остается, успевать укрываться за гермами таких же одинаковых как и все цеха рабочих убежищ, а затем отогнав огнем аберраций опять бежать вперед, лишь для того чтобы через пару часов все повторилось снова. Наконец заканчиваются и цеха. За последним из них вас встречает прямой как стрела и почти бесконечный коридор. Ни сирен, ни дверей, ни ламп, ничего. Только бетон. Коридор тянется одну смену и не собирается заканчиваться на вторую.

Ты понимаешь, что накрой вас здесь самосбор и все закончится, но Фосфор Аврельевич мрачно улыбается, фанатично утверждая, что Город уже слишком близко. Ты не знаешь, как это должно защитить от самосбора, но все, что остается, это идти вперед по бесконечно прямому коридору.

Коридор заканчивается также внезапно, как и начался. Он просто обрывается, и вы молча стоите на его краю, созерцая открывшийся Город.

Ты никогда не мог представить, что такое возможно. Все выглядит так будто-то безумный титан, играясь, вырезал внутри бетона многокилометровый куб с ровными, будто срезанными бритвой стенами. Внутри клубящейся темноты, высятся бетонные шпили, не имеющие ничего общего ни с чем, что тебе доводилось видеть. Бетон и арматура соединяют их вопреки и логике и всяким физическим законам, и все это освещено прорехами в самом пространстве, откуда льется холодный мертвенный свет.

Ты слышишь, как ликвидаторы отступают. Взгляд рядового Тучи безумен. Зубы Антона Павловича стучат. Ты чувствуешь, что пройдет еще миг, и они просто побегут прочь, как и ты сам, а потому выдохнув, ты делаешь первый шаг на льдисто гладкий бетон города Древних. Остальные нехотя идут за тобой.

Город безмолвен. В светящихся окнах нет ни души. Площади, над которыми высятся циклопические бронзовые фигуры закованных в скафандры людей, пусты. Ты не представляешь, сколько времени уйдет, чтобы обойти этот город, не то что обыскать его в поисках оружия Древних, но Фосфор Аврельевич уверенно указывает на пирамидальную башню райкома, высящуюся в центре города.

Минуют часы. Ты держишься с трудом, ты даже не представлял, как может давить на психику отсутствие потолка над головой. Титаническое пустое пространство гнетет. Ты даже не хочешь думать, что случится, если Князев ошибся и самосбор вдруг разыграется в бетонной полости таких размеров. Однако пока вместо запаха сырого мяса в воздухе чувствуется лишь бетон. И ничего больше. Впрочем, тебя волнует другое – кругом все еще ни звука и ни движения, а ты не веришь в то, что ушедшие Древние могли оставить свой город без защиты от чужаков.

Проходят часы, прежде чем вы, наконец, оказываетесь перед башней райкома. Она стоит в одиночестве, посреди чудовищных размеров площади. Через нее тянутся дороги из стальных, покрытых неведомыми знаками плит, окруженных острой чугунной травой и ломаными силуэтами металлических деревьев. В тени их ветвей стоят трубящие в горны бетонные пионеры и держащие весла девушки, кудрявые октябрята и странные женщины, опирающиеся на спины рогатых порождений.

— Невероятно, да это же доярки! – Антон Павлович указывает на женщину рядом со странным рогатым существом. Медик восторжен. — Я видел точно такую же статую в энциклопедии! Доярки изготовляли жидкий концентрат с помощью бионических заводов модели корова!

Ты уже не слушаешь медика, твои волосы становятся дыбом. Ты понимаешь ровно две вещи. Во-первых, стоящего рядом с дояркой пионера видел уже ты, много гигациклов назад, в актовом зале своего школьно блока. А во-вторых ни одна из статуй не имеет постамента. После этого ты вспоминаешь все байки, что рассказывали в лифтфлотских столовых про биобетонные технологии Древних. Предупредить ликвидаторов ты уже не успеваешь.

За вашими спинами раздается булькающий смех. Бетонная корова до половины распахивает свою полную арматуры тушу и один из ликвидаторов исчезает в ней с чудовищным чавканьем. Хруст экзоскелета смешивается с хрустом костей.

Бетонный рабочий чудовищным ударом вмиг удлинившийся руки проламывает голову другому ликвидатору, кинувшемуся было прочь.

Иван Губило шатается под весом прыгнувшего на него пионера, но скидывает биобетонную тварь, пригвождая к земле метровым штык ножом. Другой рукой он хватает кинувшуюся на него доярку, и, краснея от натуги, вырывает ей голову из плеч вместе с кусками арматуры.

Перехватив абордажные грабли, ты валишь статую, пытавшуюся зайти со спины строчащему из пулемета рядовому Балагуру, но бетонная девочка уже с чудовищной силой швыряет в ликвидатора свой серый мяч. Хруст ребер и экзоскелета. Рядовой Балагур падает захлебываясь кровью и в тот же момент девочка облепляет его, вливается жидким бетоном прямо в его рот. Рядовой отчаянно хрипит, царапая землю, струйки бетона и крови текут через нос и уши, а затем его ребра просто лопаются изнутри под бетонным напором.

Рядом кричит Алмазова, девушка заклинившим автоматом пытается отбиться от наседающего бетона, но на ее плечах уже висит кудрявый октябренок. Его жидкий бетон жадно облепляет ее тело, а вмиг удлинившаяся рука трижды обвивает горло девушки и лезет в открытый в крике рот.

Оря многоэтажным лифтфлотским матом, ты вскидываешь свой пистоль, картечным зарядом сбивая с Яны октябренка, после чего со второго ствола разносишь голову старика колхозника, уже успевшего занести над Алмазовой свою огромную косу.

— Потом благодарности! – ударом заточенных абордажных грабель ты откидываешь скульптуры и вырываешь ошалевшую девушку из бетонного водоворота.

Вы вместе с Фосфором Аврельевичем и оставшимися в живых ликвидаторами со всех ног кидаетесь к райкому. Бетонные твари рвутся за вами, но тут же за вашей спиной раздаются скупые, предельно точные очереди бетонобойных пуль из Ералашникова – это вступает в последний бой, прикрывавший ваш отход рядовой Туча. Ударами пуль он валит бегущие за вами скульптуры, валит до той поры, пока вокруг его ноги не обвивается весло бетонной девушки, затягивая его прямо внутрь раскрывшегося от паха до подбородка нутра статуи. Туча кричит, когда бетон начинает сходиться, давя его экзоскелет, и последним усилием прикладывает Ералашников к подбородку, вынося себе мозги. Но его жертва не напрасна — вырванные им секунды дают вам всей толпой ввалиться в вестибюль райкома. Раздается шипение и гулкий хлопок — это Алмазова броском пенобетонной гранаты запечатывает выход вместе с ломящимися за вами тварями. Вы переводите дух, валясь на мраморный пол. Из семидесяти ликвидаторов, что покинули лифт в живых остается всего шестнадцать.

8
Некоторое время вы приходите в себя. Антон Павлович, все еще серый лицом, помогает раненному шальной пулей ликвидатору, шипит Алмазова, которой ты зашиваешь оставленные осколками бетона порезы. Наконец перезарядив оружие, вы медленно идете по выложенным мрамором и сталью коридорам. Райком пуст. Резное дерево дверей осыпается трухой от ваших прикосновений, сапоги обращают в пыль покрытые странным узором ковры. Лишь темные лики бюстов давно забытых вождей провожают вас задумчивым взглядом металлических глаз.

Вы поднимаетесь по широким лестницам. Сотни опустевших этажей. Все тронуто тленом. И от того, тебя пробирает дрожь, когда сверху ты начинаешь различать шум работающих механизмов. Далекий гул нарастает и вы, забыв об усталости, продолжаете подъем. Последний этаж — гигантский пирамидальный зал, сложенный из тысяч хрустальных стекол. Здесь ярко горит свет. Здесь есть энергия, и бесперебойно работают машины. Весь центр зала занимает панель управления, вдоль стен, стоят капсулы. Все они пусты и мертвы. Все кроме одной, что горит россыпью зеленых ламп отражаемых морозным стеклом. Вы замираете, а затем в полной тишине подходите ближе.

За стеклом лежит молодая девушка, ее обнаженное тело укрыто синеватыми клубами заполняющего капсулу газа. Эти клубы не дают разглядеть ее лицо, но твое сердце щемит от подсознательного понимания того, насколько она красива.

«Товарищ Котовская» твой взгляд непроизвольно падает на выцветшую табличку, с которой почти исчезли буквы.

— Тысяча Ильичей, но ведь Древних не осталось, — наконец произносишь ты.

— Древние не могли уйти, не оставив никого на случай, если их эксперимент пойдет уже совсем не плану, — Князев зачарованно подходит к стеклу, кладя на него свой металлический нейропротез.

Ты делаешь шаг следом за ним.

— Близко не подходить! — предупредительный крик профессора рушит гипнотический момент. Он дрожит, смотря на ярко красный рубильник возле двери капсулы. — Ничего не трогать, если хотите уйти живыми!

Повинуясь его знаку, вы отходите прочь, пока Фосфор Аврельевич аккуратно осматривает капсулу и пульт. Наконец, он удовлетворительно кивает и по его приказу ликвидаторы вытаскивают из его рюкзаков небольшую медицинскую сумку холодильник и хирургическую электропилу. На пол ложиться брезент и набор скальпелей. Наконец профессор достает узкую полосу металла с оплавленной, заглаженной до неузнаваемости рукояткой. Дохрущевский кухонный нож.

— Да что партсобрание ему в клюз, он делает? — ты смотришь на стоящих рядом Антон Павловича и Яну, но они в таком же замешательстве, как и ты.

А затем до вас начинает доходить. Все связывается воедино: и грядущий проигрыш Торгового комитета в войне с партийными блоками, и глава комиссии по экспериментальному вооружению Фосфор Аврельевич и Древние, управлявшие самосбором с помощью своих мозговых нейроимплантов.

— Вы что, собираетесь подчинить самосбор? — твой голос хрипнет, когда ты обращаешься к Князеву, но тот грустно разводит руками.

— Подчинить самосбор? Мы что боги, по-твоему? Для этого у нас уже недостаточно технологий. Нет. Главное, что ее имплантов хватит, что мы смогли его вызывать.

Ты материшься. В глазах Фосфора Аврельевича читается все. Ты видишь в них туманы самосборов, что смахнут наседающие на блоги Торгового совета отряды партийных ликвидаторов, ты видишь, как затем эти же туманы хлынут во все прочие этажи, что откажутся принять власть совета. В его глазах ты видишь лютое, стеклянное безумие и клубящийся фиолетовый туман. И ничего, абсолютно ничего больше.

Твоя рука аккуратно тянется к кобуре пистоля. Что-что, но отдать в руки одного человека такую власть ты не готов.

Твои пальцы уже на холодной рукоятке оружия, когда горла касается остро заточенный нож. Ты чувствуешь горячее дыхание стоящей за твоей спиной Алмазовой.

Все взгляды поворачиваются на вас. На твоем лбу холодный пот.

— Ему нельзя отдавать эту власть! Неужели вы не понимаете! – ты кричишь, режа горло о лезвие, но ликвидаторы молчат.

Профессор улыбается и пробует пальцем дохрущевский нож.

— Успокойтесь капитан. Я сделаю это быстро…

Металлический щелчок предохранителя заставляет его замереть.

Оружие отступившего назад Антона Павловича целит прямо в живот профессора.

— Знаете, я очень долго таскал с собой ружье, а не пора ли из него выстрелить? Мне кажется капитан Влад прав. Самосбор это немного не та сила, которую можно раздавать в одни руки. Фосфор Аврельевич, отойдите от капсулы и никто не пострадает.

В один миг ситуация раскалилась добела. Четырнадцать щелчков предохранителей слились в один звук. Ликвидаторы мгновенно берут медика на прицел, но никто не решался выстрелить. Пока. Профессор бледный и испуганный не может произнести ни слова, однако первые пришедшие в себя ликвидаторы уже начинают медленно заходить медику за спину.

Все отвлеклись от вас, и ты тихонько шепчешь Яне, уговаривая убрать нож. Все что ты просишь, сделать правильный выбор.

Впервые за все это время ты чувствуешь, что руки девушки дрожат. Она мечется между верностью присяге и пониманием неправильности всего происходящего. А затем она, наконец, решается и выбирает.

Ты понимаешь это, когда твою кожу режет огнем и нож вскрывает твое горло.

— Прости, — шепчет она, и в то же мгновение, выпустив тебя из захвата, вскидывает сжатый в левой руке пистолет. Гром выстрела и пуля вбивается прямо висок Антона Павловича. На пол падает так и не выстрелившее ружье медика.

Но тебе уже не до этого. Из твоего горла хлещет кровь. Все. Конечная. Лифт дальше не идет, — по-дурацки ясно проносится в мозгу. Падающие на пол алые капли отсчитывали последнюю минуту твоей жизни. С хрипом, ты разворачиваешься к Яне и к своему удивлению видишь слезы в ее глазах. Ты бы тоже сказал ей «прости», но твое горло перерезано, а потому ты просто бьешь Алмазову в солнечное сплетение и толкаешь ее от себя. Она падает на пол, но тут же упруго вскакивает на ноги, наводя на тебя пистолет. Выстрелить она не успевает — она видит то, что ты держишь в руке. В твоих пальцах чека от висящей на ее груди пенобетонной гранаты. Запал шипит. С криком девушка пытается сорвать ее с себя. В последний миг она успевает откинуть ее, и чудовищный пенобетонный ком распухает прямо в центре зала, поглощая не успевших отскочить ликвидаторов. Пока в зале царит суматоха, ты, зажав горло рукой, кидаешься к капсуле с Древней. Грохочут выстрелы. Пули летят мимо и стеклянные стены, потолок все рушится дождем переливающихся радугами осколков. Все твое внимание на красном рубильнике капсулы, который возможно способен прервать анабиоз. Ты успеваешь. Твоя рука дергает его за мгновение до того, как длинная очередь из Ералашникова пробивает тебе спину, валя на засыпанный осколками пол.

Ты кончаешься. Из зажатого горла, из ран в спине: отовсюду льется кровь. Ты чувствуешь, как ей уже набрякла вся твоя одежда. Сил все меньше. Зал тонет во тьме, но урывками ты еще можешь видеть происходящее, хотя ты уже не понимаешь, где реальность, а где бред твоего умирающего мозга.

Капсула медленно открывает свою прозрачную дверь. Босые ноги ступающие на битое стекло. Ты с трудом поднимаешь голову. Она обнажена и безумно прекрасна. Ее белая кожа полнится резным узором звезд, ее волосы цвета огня, а глаза будто отлиты из рубинового стекла.

Фосфор Аврельевич отчаянно кричит ликвидаторам и тут же Древняя исчезает в пламени их огнеметов. Все тонет в огне. В его ярких всполохах ты видишь ее силуэт. Видишь, как откинув голову, она с наслаждением умывает пламенем свое лицо. Откуда было знать ликвидаторам, что простое пламя не может повредить тем, кого однажды опалил пожар межмировой революции.

— Стреляйте, стреляйте же! — голос профессора дрожит от ужаса и все опять тонет в автоматном грохоте.

Пули секут кожу Древней, но их свинец осквернен прибавочной стоимостью, а потому он не в силах нанести ей вреда.

Пенобетонные гранаты падают к ее ногам, но будучи сделанными эксплуатируемыми рабочими, просто ржавеют и разваливаются, выделяя жалкие лужицы некондиционного пенобетона.

Древняя поднимает руки и шагает к ликвидаторам, ты не можешь разобрать ее слов, но от них те с воем падают. Они катаются по полу, ибо в их лопнувших от жара глазах разгорелся революционный огонь. Она продолжает вещать, и другие ликвидаторы валятся на колени, со слезами целуя ее ноги, еще слова и оставшиеся рушатся, пытаясь из осколков стекла, разбросанных гильз и автоматных рожков спешно построить коммунизм.

Алмазова высаживает в Древнюю всю обойму своего пистолета, а та лишь гладит ее по коротко стриженой голове и Яна, обхватив себя руками, с рыданиями падает на битое стекло.

Иван Губило, остается последним из ликвидаторов. Поняв все, он отбрасывает бесполезный автомат и, грохоча железными сапогами, бросается на девушку с голыми руками, намереваясь просто сломать ей шею, но Древняя делает неуловимое движение и вдруг прижимается к ликвидатору своим обнаженным телом. Она обхватывает его шею тонкими руками. Ее полные, горячие губы жадно шепчут в ухо ликвидатора диалектический вопрос о материализме. Миг и она отступает, а Иван Губило с обреченным криком хватается за голову, не выдерживая титанического веса обрушившихся на него размышлений.

В этот же момент Фосфор Аврельевич черной тенью поднимается за спиной Древней. В его руках блестит нож дохрущевской, коммунистической эпохи.

Он замахивается, и блеск стали наполняет весь зал.

Ты отнимаешь руки от горла, и уже не обращая на хлещущую на пол кровь, срываешь с пояса пистоль. Выстрел.

Сноп картечи разносит плечо Князева и тот с воем падает на колени, зажимая разорванные контакты нейропротеза.

Крича от боли, он шарит по полу пытаясь найти свое оружие, но Древняя уже ласково наклоняется над профессором и касается его рукой. От ее прикосновений нажитые нетрудовым путем нейропротезы члена Торгового Совета начинают ржаветь и стремительно разваливаться. Он кричит, пока она гладит его по бритому черепу, с которого лоскутами осыпается пересаженная кожа, тяжело падают его протезы ног, вываливается синтетический пищевод и легочный аппарат. Кости осыпаются титановой пылью. Вскоре от Фосфора Аврельевича остается лишь горстка праха, которую Древняя аккуратно кладет на бетонный пол.

Все затихает. Только тихо рыдают на полу ликвидаторы. Аккуратно ступая между их тел босыми ногами, Древняя идет к тебе. Ты пытаешься отползти, но сил уже нет.

Последнее что ты видишь, ее нежная улыбка и сжатый в руках острый, блестящий сталью нож дохрущевской эпохи.

9
Мерно скрипят тросы. Освещенный светом шахтных ламп лифт идет вниз, в сторону обжитых этажей Хруща. Ты лежишь в своей капитанской каюте. Рядом сидит Алмазова. Мягко гудят моторы. Вы молчите. О чем вам говорить?

О том, как Древняя разрезала себе руку, о том, как на твои раны пала ее кровь, врачуя тебя светящимися роями нанороботов?

О том, как вы многие смены потратили на обратную дорогу к лифту?

Или о девушке с рубиновыми глазами, что сидит сейчас на нижней палубе в окружении двенадцати ликвидаторов с блаженными улыбками на устах?

Мерно скрипят тросы. Осиянный светом лифт сходит на полнящиеся страданием этажи.

Конец
rom113 rom11314.11.202219:01ссылка
+30.8

политика Вторжение в Украину 2022 рассказ story длиннопост съёбилизация 

Сап, пидоры. Картинки не грузятся, значит время пилить текстовый пост. Сказ о том, как я с семьёй сваливал из ОРДЛО

Да, у нас получилось и сейчас мы находимся в Германии =) (Аска таки вернулась домой)


Ещё до начала мобилизации, примерно в мае я выехал с луганщины в Россию, дабы не попасть в лапы военкома, который массово забирал всех мужчин (Моего отца забрали, повестка пришла прямо к ним на работу) на таможне были небольшие проблемы, допрос с пристрастием, но через пень-колоду нас таки пропустили и примерно на два месяца я засел у родственников в Краснодарском крае в ожидании семьи. Было необходимо решить оставшиеся дела (Определить, кто будет следить за домом, продать уток и так далее). Затянулось всё это на два с половиной месяца, но в конце концов к середине июля мы таки воссоединились и продолжили дальнейший путь.

Честно говоря, если бы не волонтёры, мы бы не смогли выехать дальше краснодарского края. Дистанционно нам оплачивали проезд, такси, временное проживание.

Первым пунктом был Ростов. Нам было необходимо вернуться в Ростов, т.к. мы не заполняли миграционную карту по поводу блуждания по территории РФ и должны были оставаться в Ростове, куда мы и обещали ехать на Луганской границе. Примерно сутки поезда до ростова, почти сутки в Ростове, т.к. билетов не оказалось. Пришлось прокатиться по паре вокзалов в поисках билетов.

На вокзале случилась занимательная история. Мы познакомились с женщиной, из Мариуполя. У себя в городе во время войны нашла боевой патрон. Дабы никто из детей на него не наткнулся и не покалечился, она взяла его и закинула себе в сумку. И благополучно забыла. Но зато его обнаружили в Ростове. Цирк был просто пиздец. Её вызвали в ментовку, был допрос, крыли матом, обвиняли в том, что "Мы вас там защищаем, а вы, бляди, патроны тащите!?" заставили подписать кучу бумажек (О смысле половины из которых она ничего не подозревает), вернули её билет, оплаченный волонтёрами и сказали сидеть ждать, пока решат, куда её отправлять. Вместо ожидания пиздеца женщина связалась с волонтёрами и те ей оплатили такси прямо до границы вместо поезда. Она благополучно съебалась, не ожидая, пока её судьбу решат полицаи. Сейчас где-то в Европе.

Изначально мы должны были уезжать через Питер, но из-за проблем с билетами пришлось сменить маршрут и ехать через Москву. В связи с закрытыми авиарейсами был невероятный нагруз на ЖД. Нам повезло буквально чудом-люди, чьи места нам отдали, потеряли какой-то документ и им пришлось вернуть билеты. Иначе бы нам пришлось спать на вокзале в ожидании другого поезда. Обошлось.
Полторы суток на поезде. Москва. Нам почти сразу вызвали такси, привезли в какой-то загородный домик. Там было всё-душ, еда, интернет, общение. На следующий день Автобус до границы. Мы ехали через Беларусь, недалеко от границы с Украиной. На такси нас привезли к автобусу, где таких же как мы встретили волонтёры. Ребята позаботились абсолютно обо всём. Каждому человеку выдали целый пакет продуктов в дорогу-фрукты, сок, вода, бутерброды, детям к набору сладости. А дальше, трое суток адской для меня дороги.


Границу мы прошли без проблем, нам даже не проверяли вещи. Глянули на наличие татух, базовые вопросы и всё.
В Беларуси нас встретили невероятно тепло. Мы приехали в некую христианскую школу, где нас явно ждали. Ребята собственными руками приготовили и накрыли стол для огромного автобуса людей. Там было просто всё-огромное количество мяса, овощи, сыры, колбасы, домашняя выпечка. Они постарались очень сильно, за что им просто невероятный респект. Пообщались на тему ситуации в мире. Белорусы выразили огромное сочувствие на тему войны. Им было стыдно за свою страну. (Люди не боялись называть войну войной). Было невероятно приятно с ними пообщаться. Так тепло нас не принимали нигде. Дальше - снова автобус, дорога до Польши. Заранее предупредили перед Польшей  спрятать все документы на русском. Поляки их терпеть не могут и сразу разворачивают при наличии доков на русском. В Польше мы ненадолго остановились в лагере беженцев, где нас снова покормили, поменяли автобус и отправили в дальнейший путь. Спустя не помню сколько времени мы оказались в Берлине. В виду отсутствия границ между странами ЕС, я пропустил момент, когда мы выехали из Польши и оказались в Германии. Целиком дорога на автобусе заняла у нас около трёх суток, которые оказались для меня настоящим адом. Травма детства, сломанное колено дало о себе знать и всю дорогу просто адски болело, не обращая внимания на обезбол.

И так, Германия, Берлин. Нас разместили в здании аэропорта, сделали тест на ковид, оставили ждать дальнейшего распределения. Условия хорошие. Был бесплатный кофе (Большего мне и не надо), душ, кровати с просто пушечным видом из окна (Фото нет, джой болеет)

На следующий день распределение по землям. Нам выдали возможность выбрать, в какой земле Германии мы будем жить. Из всех вариантов мы выбрали Северную Рейн-Вестфалию, землю на юге (лол) Германии. Дальше 6 часов на автобусе и распределительный лагерь.

Честно говоря, лагерь был пиздецовый) Там не было разделения беженцев. Вместе с нами в лагере жили негритосы, мусульмане, сирийцы и так далее. Карманных денег не выплачивали. Их можно сказать "Копили", что б отдать по приезду в другой лагерь. Что б получить карманные деньги и купить нормальной еды (кормили на завтрак и ужин тупо бутербродами, оооочень много хлеба), можно было устроиться на подработку в столовую лагеря за 80 центов в час, 4 часа в день, 5 дней в неделю. Не больше 100 евро в месяц, иначе налог.

Жили мы в большой комнате на две семьи с не очень приятной компанией, но благо недолго, всего две недели. После нас поселили в другой город, в отель. Замечательное место, кормили значительно лучше, выплачивали карманные деньги. Но жили мы там недолго, меньше недели, после нас переселили уже в "Жильё"

Им оказался небольшой "Район" для украинцев, состоящий из жилья в виде объединённых контейнеров. Четыре семьи на один такой модульный общак, общая кухня, общий туалет. В нашем таком общежитии были цыгане, которые периодически звали к себе ЦЕЛЫЙ ТАБОР НАХУЙ, который был крайне шумным. Для многих это место становилось своим постоянным домом вплоть до нахождения жилья самостоятельно. Нам повезло. Местные волонтёры нашли нам квартиру в настоящем старинном особняке) Да здравствует личное пространство, теперь у меня есть своя отдельная комната. Теперь здесь и живём. Место просто охуенное. Через несколько месяцев языковые курсы немецкого, дальше учёба и работа.

Так что я жив, здоров и невероятно благодарен волонтёрам, которые помогли нам уехать. Без них я бы сейчас сидел где-нибудь в Окопах луганщины. Задавайте в комментах вопросы, всем добра)
Развернуть

Отличный комментарий!

Отца удалось вытягнуть?
o'reilly o'reilly12.10.202222:48ссылка
+1.3
К сожалению, нет. Он до сих пор на фронте. Его можно "Выкупить", но требуют за это 400 тысяч рубликов. У нас таких денег нет.
Asuka Langley Asuka Langley12.10.202222:52ссылка
+9.0
Так стоп, "выкупить" с войны? Поподробнее пожалуйста что это за пиздец
Dr.Logan Dr.Logan12.10.202223:25ссылка
+29.9
Пффф, обычная практика бандюг с лнр.
Мне мой друг, который не смог выехать и сейчас находится в лнр, недавно рассказал как поговорил с семьей своего одноклассника. Там парня на улице схватили, и отправили на фронт мясом, его в конечном итоге взяли в плен, даже мелькал в некоторых роликах, то есть инфа что он в плену 100%.
И тут появляются бравые военные в лнр, которые говорят что смогут договорится обменным фондом и вернуть этого парня родителям, и выставляют ценник в 20к долларов.
И да, это не войска ВСУ предлагают выкупить у них пленного, это блять бойцы лнр предлагают родителям заплатить им 20к баксов, за то чтобы они договорились об обменном фонде.
Так что тут про "Выкуп" вообще ничего удивительно нет.
Sabes Sabes13.10.202200:06ссылка
+37.0

текст story Эльфийка elf Fantasy race no pictures event 

Окей, текстом так текстом.

Раз говорят пока проблемы https://joyreactor.cc/post/5356164
А тащить годноту надо - буду пересказывать.
[picture]
Белокожая остроухая эльфийка-тян с бордовыми глазами в светло-зеленой тунике тянет ногу пальчиками к экрану. Походные белые сапоги с золотыми туясами лежат рядом. На ремне бутыльки с бафами, на деколье кулон с драконом. У нее за спиной форестбоу инкрустированный магическими камнями. Рядом летает босая маленькая фамильяр-фурри с литлтитс, четырмя крылышками.
Фоном лес и костер лагеря. Возле костра спит семихвостый волк.
[/picture]
Развернуть

Отличный комментарий!

[picture]
Еловая шишка со схематически пририсованными руками и ногами на первой картинке сидит на стуле, на второй изображена уже вставшей.
[/picture]

политика мобилизация текст story война в Украине 2022 Война в Украине 

Можемповторение против реальности

Предисловие
Кто-то заливает депрессию алкоголем. Кто-то - чем-то более серьёзным. Кто-то бежит, и делает совершенно верно. Кто-то остаётся на месте... я же пытаюсь сделать то, что могу - рефлексирую, выдавая большое количество текста. Весь этот поток сознания - попытка принять, осознать, поиронизировать и переварить события последних дней (да и не только их). Все желающие приглашаются в комменты для холиваров, обвинений или обмотки ватой. 
Автор не ставил целью доказательство каких-либо других мыслей кроме "война - это плохо", и "не будь пассивным дерьмом", но если вы их там обнаружили - ну, спасибо, ай удружили. 

Ладно, погнали... 

Мобилизация, которая еще пока не успела стать могилизацией (хотя уже не вечер), идёт полным ходом. Я думаю уже все видели колоссальные очереди в аэропортах и пропускных пунктах, а кто-то, возможно, даже стоял в них. Стоит ли говорить, что именно настолько мужское население России поддерживает войну. Настолько сильно, что бежит как можно дальше, пытаясь сохранить свою жизнь.

Как оказалось, если дело доходит до чего-то настоящего, а не эфемерного - реальность очень больно бьёт по голове. Среднестатистический зритель/гражданин, обласкан режимом, который будет убеждать его что всё хорошо - там эти проблемы, они где-то далеко, их уже решают самые лучшие специалисты, ты главное не отвлекайся, отдыхай, работай, выстраивай свою жизнь, только вот политикой не интересуйся, это всё не для тебя, в остальном же мы обо всём позаботимся, цифровизацию проведём чтобы было удобно, вот ипотека удобная с конскими процентами на 146 лет, ты главное занимайся своими делами и всё будет хорошо. Этого зрителя годами убеждают что всё хорошо - мы всех победили 75 лет назад, и мы гордо победим всех сейчас, и будем побеждать в будущем, потому что мы народ победитель, и вообще "Мы можем повторить".

И скорее всего этот зритель не задаётся вопросом - а с чего это мы должны победить сейчас? Мы что - монополисты на победу? Но он с радостью кушает "можемповторение", потому что в этом термине сливается так много событий для русской души - тут и гордость за дедов, тех самых, которые воевали; и угроза врагам - мол, ууу, мы злые и один раз уже победили 75 лет назад, значит победим еще; и задел на будущее - на всякий пожарный, можем еще раз повторить.

Да, победобесие стало фирменной карточкой режима, а можемповторение - одной из главных мантр, для очень тупых людей, которые сейчас очень резко осознали, что ничего повторить уже не получится. Ведь, вырванный из своей сомнамбулической неги, среднестатистический житель страны, хочет повторять только на словах, и иногда через наклеивание латинский буквы z на машину, но никак не собирается воплощать в жизнь эту клишированную, уже всем набившую оскомину, идею. Этот зритель годами был в колыбели безопасности и неучастия, он просто плыл по течению, или пребывал в святой уверенности, что "ну, там знающие люди разберутся". Годами режим взращивал пассивность и аполитичность в своих гражданах. А теперь, с первыми ударами колокола, выяснилось, что можемповторение надо повторять, и не на словах, а своей кровью и жизнью. Совершенно внезапно, ура-патриотизм стал требовать от своих последователей не только громко кричать политические частушки, но еще и какие-нибудь конечности отдать… Но как это возможно, когда протяжении десятилетий, граждан убаюкивали, успокаивали, и рассказывали что всё хорошо?

Реальность - это достаточно отстойная штука. Она очень болезненная, всегда трезвая, и вообще на топ-модель не похожая. Никому не хочется пребывать в реальности слишком долго (а вообще - стоило бы). Потому что в реальности выясняется, что король голый, судно изъедено крысами, а пистолетик стреляет пластиковыми пульками. Но сейчас, пистолетик начнут заряжать жизнями людей и… ничего не поменяется. Потому что оставшиеся зрители будут думать, что на сей раз пронесло и им выпала счастливая карта, значит пусть кто-то другой проливает кровь или умирает там, за сомнительные ценности режима. Но нет, к сожалению, эта мобилизация не частичная, а всеобщая. Потому что нет нигде критериев частичности. Она просто называется "частичной". Вот и всё. А что касается смешных рассказов о том, что берут только тех кто прошёл подготовку или был военным… ну, мы вроде как не в яслях, про гипертрофированные пределы я писал в прошлый раз, и эту фигню никто не отменял - любой закон в России будет исполняться отталкиваясь от доступных максимальных значений.

После 24 февраля, мир навсегда изменился для меня. Я понял, что никогда ничего не будет как прежде, никогда не получится загладить что-либо, или извиниться. Умом я понимаю, что это война одного сумасшедшего деда, решившего, что можно поиграть в великого собирателя земель. Но её восприятие для меня было настолько острым, что мне казалось, что это у меня во дворе разрываются снаряды. Я стал заядлым поклонником дум-скроллинга. Война сломала мою жизнь на "ну, я надеюсь, что когда-нибудь, когда заработаю много денег или получу какое-нибудь зарубежное предложение по работе, то попробую уехать из России", и на "Я ДОЛЖЕН СПАСТИ СВОЮ СЕМЬЮ И КОШКУ". По какой-то совершенно невообразимой причине, я думал, что сейчас митинги начнутся несмотря на запреты, но оказался не прав. Наш народ или был занят выживанием, или, что значительно хуже - клеил себе z-ки в разные места. И последнее, на мой взгляд - просто дикость. Чисто теоретически - о чём может думать такой человек-гражданин, поддерживающий войну? Мол, мы сейчас всех убьём и заживём счастливо? Я не понимаю как это работает… Ну то есть, если конечно в образовании этого человека не было слишком сильных пробелов, то скорее всего в школе ему рассказывали про ужасы войны, про "мы жертвовали собой, чтобы вы жили", про "чтобы это никогда не повторялось" и так далее. Школьная программа по истории ХХ века достаточно хорошо показывает и рассказывает - нехер воевать, это полный отстой. Литература (которую я не любил), тоже подпевает Истории и говорит - смотри, вон, Андрей Болконский за небом наблюдает - просёк фишку, что война - это отстой, вот и тебе это надо бы намотать на ус. И эта штука работала достаточно эффективно. Возможно она не готовит убеждённых антимилитаристов, хотя стоило бы, но по меньшей мере, до текущего момента, школьная программа здраво показывала негативную сторону военных конфликтов.

Мне совершенно не жаль людей, которые налепили себе на лоб z-ки и увешали машины отвратительными наклейками "на берлин", "Обама чмо", и прочими можемповторителями. Они, в полной мере, заслуживают такого отношения. Любишь режим, топишь за него - значит неси за него ответственность, докажи что ты мужик (и да, именно такие любят доказательства мужиковатости), ведь "не служил - не мужик". Вот и давай. Родина требует твою жизнь, а не наклейку. Покажи чего стоишь на самом деле. Выживешь - станешь мужиком, так уж и быть. Какие там дальше не-мужики? Не сидел - не мужик, не надел - не мужик, не поел - не мужик. То есть это была только первая часть из 4-х. А если не выживешь - ну, хотя бы на Ладу Весту семье дадут денег. Если, конечно, кто-то сможет доказать что ты погиб геройской смертью (ведь у нас не может быть иначе), а не пропал без вести или еще хуже - дезертировал.

И будет ли этот кто-то искать истину в смерти не-мужика, который в свои лучше годы сидел перед теликом и рассказывал про то как он браво будет давить репилоидо-бандеровских националистов (контролирующих умы людей через план Даллеса, секс-наркотики-рокнролл и кока колу, несущих смертельный вирус убийства исключительно россиян через ген-мутант, который будут распространять боевые гуси, а гуси-гуси - га-га-га)? Или вместо мытарств по разным инстанциям, этот кто-то просто забьёт на поиски истины, выпьет водки за упокой не-мужика и поедет на новой Ладе по разбитой дороге в родное село, ведь соседям еще похвастаться надо, рассказать что не-мужик как настоящий патриот, отдал жизнь за страну (и не важно, что она вела захватническую войну, и была агрессором, это как Библия - "тут засчитывается старание" (с) Пираты Карибского Моря), а мы теперь вот, на машинке катаемся.

Затрагивая патриотизм нельзя не вспомнить про Шкребца. Как же долго ему рассказывали, что Москва вообще не утонула, а отрицательно поднялась на мокрый песок, и её вообще не было такого корабля, Москва - это же город, какие тут претензии? А экипаж, ну, его частично дезинтегрировал свет отразившийся от Альфа-Центавры, но это точно никак не связано с тем, что мы ведём войну с Украиной, и вообще "их там не нет". И хорошо, что он хотя бы добился чего-то, хоть как-то пролил свет на это поганое дело. Хотя, я не уверен что слово "хорошо" подходит к этой ситуации. У немцев есть понятие Schadenfreude, это когда испытываешь радость от чужого провала, и иногда даже испытываешь неловкость от этого. Синонимом в русском может быть "злорадство", но оно обладает очень негативной коннотацией, в то время как Schadenfreude - может быть даже одобряемой штукой. Но возможно сейчас набегут знающие немецкий и закидают меня чем смогут, потому что я ничего не понял и всё вывернул наизнанку. Прошу, вам всегда тут рады =) И вся эта история с Шкребцом, его поисками, разочарованием, переобуванием, угрозами, уходами, снятием и натягиванием ватника обратно, - это один большой Schadenfreude. По-человечески, его можно понять - мужик потерял сына на бессмысленной войне… но нормальный человек воспитывать патриота современной России не будет. На мой, очень скромный взгляд, лучше всего на тему современного патриотизма высказался Невзоров (да, я понимаю, что его многие вполне заслуженно не любят, и он, личность, весьма специфичная) сказав в далёком 2015-ом: "Так что, каким бы ни был патриотизм на самом деле, каким бы хорошим и полезным ни было это явление, в контексте современной России это то, что никогда нельзя развивать в детях. Это то, от чего нужно спасать и прятать. Потому что иначе после того, как вы вырастите детей, вы передадите пульт управления ими, их поступками и жизнями в руки напившемуся коньяку мерзавцу, который ткнет в кнопку лишь по той причине, что у него есть палец, которым эта кнопка нажимается." И, я должен заметить, что цитата оказалась пророческой. Мерзавец действительно тыкает кнопку.

К слову, забавно что нынешний президент - это первый правитель, который довёл страну до мобилизации за последние 80 лет. То есть, со времён Сталина мобилизаций не было. Только вдумайтесь в эту мрачную аналогию. Вторая Мировая Война была последним событием, когда объявлялась мобилизация. Ни Афганская война (которая тоже официально войной не называлась), ни распад СССР, ни лихие 90-е, ни последовавшие за этом конфликты в республиках - не требовали мобилизации. А нынешняя, захватническая война в Украине - потребовала. Автоматически напрашивается заявление - то есть, положение настолько плохо, а военные настолько закончились, что затыкать дыры надо будет клерками, продавцами бытовой техники, и теми, кто не смог сбежать, или покорно доверил свою судьбу режиму (развязавшему первую, за 80 лет, межгосударственную, фронтовую войну в Европе). А это ТОЧНО удачная идея? Но мне думается, что тот кто эту мобилизацию объявил, ответит - "да". И это точно заявка на победу… в списке самых идиотских достижений за последние полвека.

А помните, как совсем недавно кто-то (Дерипаска) обещал 10 лет стабильности и процветания, потому что оппозиция себя "подорвала"? Точно, ведь когда-то была оппозиция… ну эти странные чудики, какие-то там либералы, демократы… А знаете что точно сейчас будет к месту? Посмотреть на демократические методы и узнать что они предлагают. Например: сменяемость власти - достаточно классная штука, нужна для того, чтобы один человек не задерживался слишком много и не подвязывал на себя важные решения и связи. Или вот еще интересная вещь - механизм сдержек и противовесов. Эта фиговина нужна для того, чтобы уравновесить все ветви власти - они должны быть равноценны и обязаны следить друг за другом, не перетягивая одеяло в какую-то одну сторону, а так же, не допустить концентрации власти в одних руках. Ой-ой, вот еще один достаточно прикольный принцип - компромисс и поиск консенсуса. Это когда вы не объявляете войну, потому что она уничтожит не только соседнее государство, но и ваше в том числе, а находите оптимальный способ разрешить конфликт или принять решение, учитывая все позитивные и негативные стороны. Любопытные пункты, не так ли? А ведь именно их, под тем или иным соусом, предлагали те самые чудики, которых разогнали ради "10 лет стабильности и процветания", говорят, кого-то даже отравили, или посадили… А еще вовсе не 5-ая колонна (или даже не Обама с Байденом), увеличила пенсионный возраст, внесла поправки в Конституцию, начала войну с соседним государством, войну эту уже проиграло, а теперь объявило всеобщую мобилизацию, и отправляет на убой своих граждан. Странно, и кто бы, интересно, это мог быть?..

Ладно, отменяем иронию. Недавно появились новости о том, что людям, задержанным на протестах против мобилизации вручают повестки и отправляют на фронт. Серьезно? Это какая-то карусель комедий. Окей, забудем о нарушении всех возможных законов и наплевательского отношения к Конституции, про права людей в России даже говорить не стоит, их просто нет. Но как можно отправлять на фронт, активных и политически подкованных людей, с твёрдой позицией "против"? Мало того, что это очень глупая идея, это еще и аукаться будет очень долго и очень болезненно. Ведь человек, попавший против своей воли в условия, которым он далеко не рад, нанесёт вреда в 1000 раз больше, чем ракета противника. Он будет подрывать моральный дух солдат, всячески саботировать деятельность и максимально плохо исполнять приказы. Просто потому что его, против воли, запихнули туда, где ему находиться совсем не хочется. А так как таких будет достаточно много (ведь далеко не все рады насильной мобилизации), стоит ли говорить о каком-либо моральном духе?

Моральный дух - любопытная, сейчас, тема. У кого-то его нет, а кто-то им преисполнился (настолько в своём понимании). Мне вот как это видится. Если ты защищаешь свою землю, свой дом, свою семью, то скорее всего он будет очень высок. Ведь в случае провала, ты теряешь всё, включая будущее своих детей. И это значит, что провала не может быть, а мотивация буром своим пронзает небеса (с). А вот если ты находишься в сомнительном месте, в котором тебе не хочется быть; ради сомнительного захвата чужих территорий, под очень мутным предлогом; в постоянном стрессе, потому что противник спит и видит как превращает тебя в фарш и чертовски мотивирован исполнить это; если вокруг тебя такие же напуганные лица, которые до этого клацали по клавиатуре или приносили суши на деревянном подносике… то я очень сильно сомневаюсь, что твой боевой дух будет на высоком уровне. А еще масла в огонь могут подливать те, кого сюда насильно отправили сразу после митингов.

И последняя мысль на сегодня - вы ведь понимаете, что НА НАС НИКТО НЕ НАПАДАЛ? Я понимаю, что пропаганда подаёт всё под соусом защиты… "И если бы, за 6 чшасоу". И так далее. Но. В стране, на которую никто не нападал, которая даже не защищается от какого-то внешнего вторжения, объявляют мобилизацию. Да всё даже еще хуже - ведь Украина не нападала на пресловутый (уоу, ничего против не имею, но в качестве объекта пропаганды он задолбал сильно) Донбас (хотя так на секундочку, по уму, это всё еще их территория). Это Россия напала. На Украину. А потом, получив хорошенько сдачи, объявила, что её обидели, но всё идёт по плану, "вы главное не волнуйтесь, вас точно не заберут, брать будут только тех кто может", и теперь всё население России должно умереть за обиду царька и сказки про нацизм. Шикарно. Просто шикарно. К слову, остался ли кто-нибудь, кто не интересуется политикой? Ах святые, наивные души… Думаю они первыми попадут в рай, как Путин и обещал, ведь наши попадают в рай, а враги просто сдыхают. Эталонная готтентотская философия.

Развернуть

Отличный комментарий!

за родничок
dimapay dimapay24.09.202200:46ссылка
+42.9

пидоры помогите рассказ story метро логика шиза песочница 

Помогите вспомнить рассказ

Содержание такое: Гг просыпается в больничке, ему сообщают, что он стал жертвой недавнего теракта в метро, в котором террористы распылили наркотик, нарушающий логические связи. Сначала ему медсестра задаёт несколько шизоидных нелогичных вопросов, потом его забирает брат, который сидя на правом сиденьи, рулит машиной с левым рулём, сбивает пешехода и даёт бомжу 10к рублей в долг, объясняя, что это всё абсолютно логично. В итоге для гг всё закончилось неочень из-за того, что он не понял логику этого мира.
КУПОН НА 1 помощь пидоры, помогите,пидоры помогите,реактор помоги,рассказ,Истории,метро,логика,шиза,песочница
Развернуть

Истории евреи хитрости обход системы Массаракш наизнанку 

Самый большой еврейский дом в Америке. Или особые хитрости, чтобы дома не сидеть.

Каждый человек, бывавший на Манхэттене (завидую, вам, если что) по факту (и очень грубо говоря) бродит по большому еврейскому дому. Это я узнал, когда решил почитать о различных хитростях в Шаббат. Сразу скажу, что в особые тонкости этого не лез, потому что там головы складывали люди поумнее и мудрее меня раз этак в миллиарды. Там учёные еврейские мужи сражаются уже не одну сотню лет за каждую запятую. Я так, по верхам попрыгал, проникся и решил рассказать.

Истории,евреи,хитрости,обход системы,Массаракш наизнанку

КПЗ шаббат

В общем, Шаббат — седьмой день недели в иудаизме. В этот день Бог уже всё создал и решил отдохнуть. А раз Яхве отдыхал, то и всем надо следовать ему примеру. Поэтому по субботам, Тора предписывает всем богобоязненным евреям воздерживаться от работы. И многие мужи, изучающие Пятикнижие, уже не одну сотню лет очень активно сражаются на тему, как же получше «сломать систему» и, с одной стороны, соблюсти требования, а с другой — жить полной ничем не замутнённой более-менее современной жизнью. А то, что «систему» эту ломают уже давно и активно (что там, тысячи лет вроде бы) — придаёт ещё больше пикантности всем этим историям. Мне просто понравился сами попытки найти способов «сломать систему». Ну и ещё раз закрепим — всю эту инфу я нашёл в интернете и почитав различные статьи. Я не вдавался во многие детали и, возможно, могу ошибаться, поэтому если меня поправят, буду рад внести исправления в свою базу знаний.

Истории,евреи,хитрости,обход системы,Массаракш наизнанку

Если не знать, то можно не заметить линию, которая отделяет четверг от субботы. 


Итак, представим, что, вы весь такой богобоязненный и набожный еврей. И, по определению этого статуса должны строго соблюдать Шаббат. А, несмотря на всякие шуточки и веселье — это занятие не для слабых духом. Каждую субботу надо сознательно отринуть мысли обо всём бренном вокруг и думать только о Боге. Но это ладно, подобное требование ещё как-то можно пережить. Но тут внезапно, оказывается, что нельзя совершать целую кучу важных для современного человека вещей, над точным определением которых до сих пор бьются раввины. Вот написано, что нельзя зажигать огонь. А как насчёт лампочек? Ух ты, тоже внезапно запрещено. Это сложнее. Ладно, с запретом веять или обрабатывать землю — ещё можно прожить в современном мире. Как-нибудь обойдёмся без этого действия. А вот запрет на вынос всяких вещи из дома в «общественное пространство» — уже серьёзнее. Ты хочешь почитать книжку во дворе. Фиг, нельзя выносить книгу из помещения дальше, чем на два метра. Вернуть забытый соседями зонтик? Тоже запрещено. Так и будет он лежать на полочке и раздражать, а твои друзья будут мокнуть без защиты от дождя. Даже взять коляску, чтобы прогуляться с малолетним ребёнком — нельзя. Это ведь предмет. Два метра! А ещё под запретом нажатие кнопок в лифте — внезапно, это тоже считается работой. И что же теперь делать?

Истории,евреи,хитрости,обход системы,Массаракш наизнанку

И как объяснить ребенку, что ему нельзя взять любимую игрушку на улицу.


И вот тут уже у иудеев нашлось множество решений этих важных проблем. Можно, например, нанять шабесгоя — нееврея, который будет выполнять простые задания за тебя (правда, эти просьбы тоже нельзя говорить прямо, а можно, например, намекнуть, что надо бы зажечь свет словами: «становится темно, да?»). Или такая вещь, как «субботний лифт» распространённый в Израиле, который попеременно останавливается на всех этажах, чтобы не надо было нажимать кнопку, что внезапно тоже запрещено. Но как быть с прогулками и переносом вещей на расстояние больше, чем 2 метра от своего дома? Опять кого-то нанимать? Но и тут они выкрутились. Итак, речь пойдёт про эрувы.

Истории,евреи,хитрости,обход системы,Массаракш наизнанку

Вот видите стену? А евреи — видят.

Видимо, какой-то уставших от таких сложностей еврей задумался: а вот бы было хорошо, если бы у меня был большой такой дом, чтобы сад тоже включался в него. И чтобы там жили все мои друзья, тогда это будет наш общий дом, и я смогу возвращать им забытые ручки, зонтики и сотовые телефоны, после того как их изобретут, конечно. Ну или с коляской мог погулять в своём собственном саду, который вроде как внутри дома. И вот тут пришло решение — а давайте я типа обнесу свой сад стеной и скажу — это тоже мои владения! Просто с садом внутри. Ага! Учёные мужи, разъясните? Раввины почесали затылки и вынесли вердикт: ну, типа да, можно. Но мысль уже летела дальше — давайте ещё объединимся с соседом. Расскажу ему об этом лайфхаке, и у него тоже будет дом с садом внутри. И всё великолепие превратится в наше общее владение. Можно будет спокойно занимать соль или муку, даже в субботу. А потом присоединим к нам соседний дом. Улицу! РАЙОН! Каеф же!

Истории,евреи,хитрости,обход системы,Массаракш наизнанку

Ну, допустим, стена. И что?

Когда в своих мечтах этот человек дошёл до целого квартала, он немного офигел от собственной наглости и для того, чтобы успокоиться, стал прикидывать стоимость такого проекта. Ведь возвести вокруг квартала стены и настелить крышу — это уже явный перебор. Но кто сказал, что потолки обязательны. Существуют внутренние дворики и они по-прежнему считаются домом. Но стены... Кирпичи или доски... Не очень здорово, потому что лишняя трата шекелей. А может, придумать что-то ещё? И выход был найден. Кто сказал, что стена обязательно сплошная? Арки — считаются? Если да, то уже сразу половина стоимости сливается. Но мысль работала ещё дальше: а кто сказал, что арки вообще должны быть из камня? Вот, допустим, я возьму обычный деревянный столб — это будет типа колонна. Второй столб — ещё одна колонна. А потом я возьму шнур и натяну между ними — это будет типа свод. Та-дам! Арка готова, я великолепен. Учёные мужи, что скажете на это? Опять раввины подумали и решили — ну, да, ничего не говорится, какой должна быть арка. Размеры и материалы никак не оговорены. Осталось только натянуть верёвку между столбами вокруг всей территории, которую я хочу назвать своим домом, и я могу гулять с коляской, ходить к соседям с зонтиками и вообще чувствовать, как у себя в жилище. И, главное, никаких заповедей про вынос предметов за пределы я не нарушу. Ведь я же буду внутри своего «виртуального» дома!

Истории,евреи,хитрости,обход системы,Массаракш наизнанку

Израильские военные делают эрув на военной базе.

Ну а дальше в дело вступили теологические тонкости. Я тут их ради интереса поизучал, понял, что ничего не понял и, вероятно, не пойму, но всё равно решил об этом рассказать. Ведь все в интернете так обычно и делают. В общем, возведение эрувов — сложная вещь, там целые трактаты этому посвящены. Какие-то столбы с верёвками можно считать аркой, а какие-то под это определение вообще не попадают. Человеку с улицы в этом разобраться довольно сложно. Да чего уж, нельзя просто так взять и сказать по своему желанию — вот это у меня эрув, я тут могу делать что хочу. Там нужны особые знатоки Торы, которые понимают все тонкости, детали и заковыки эрувостроения. Приходит такой отряд учёных мужей и начинает всё проверять на соблюдение правил и традиций. После этой проверки и разнообразных действий территория считается общей. Но и это ещё не всё. Затем нужно периодически обходить полученное в результате владение и смотреть, чтобы все эти верёвки были на своём месте и ни одна из них не порвалась. Ведь если такое произошло — эрува, как объекта, уже не будет и, значит, будет нарушен запрет на соблюдение Шаббата. А это ай-яй-яй. Да и всё строительство по заповедям придётся начинать заново. Тоже не самое быстрое занятие.

J9MU ил. HARLEM \MOmNINGSIl tMiEIGHTS. HARLEM UPPER WEST SIDE MANHATTAN UPPER EAST SIDE /HELL'S KITCHEN [49S)>Times Square 'л a Rockefeller Center : Empire SlaiA/nlding HUNTERS POINT GREENWIj VIL! Л GREENPOIN] SOHO Brooklyn Brewery McCarrenPaik >rth Bergen :st New York North

Эм... Ну типа вот это большой дом.

А теперь немного о странном. Один из крупнейших эрувов находится… в Америке. Вообще, там же ещё расположен и самый большой эрув в мире — в Лос-Анджелесе (его площадь 259 км²). Но я сейчас говорю о Манхэттене. Да, этот знаменитый остров в Нью-Йорке каждую субботу, по сути, превращается в один общий еврейский дом. Конечно, не целиком весь остров, некоторые райончики остались за пределами этой иудейской хитрости, но большая его часть — таки да. Вот это обведённая территория — это и есть эрув. Существует даже особый сайт, где написан его статус на данный момент, дата его последней проверки, и мелкие детали важные для всех евреев. Кстати, судя по всему, содержание этого эрува в порядке (читай, проверка, что верёвочки не порвались) стоит около 100 тысяч долларов в год. Вот такие вот сложности у порядочных богобоязненных и набожных евреев.

Развернуть

Отличный комментарий!

Моё любимое религиозное лицемерие.
SoBoJId SoBoJId15.09.202212:43ссылка
+61.1

рассказы story многобукв 

Мой рассказ про попаданца в самогон

Василий внезапно проснулся. Кто-то кричал. Если бы он не пил ранее самогон с джентльменами, то, услышал бы, наверно, эти стоны. Он осмотрелся, но никого не увидел в комнате. Жены не было дома.

«Где она?», подумал он... не о жене, конечно, и спустя какое-то время нашел это во тьме. Бутылка была наполовину полная, а это значит, что день еще не закончился. Однако Василий умел ускорять время. Он сделал несколько глотков из бутылки и уснул.

Этому событию не стоило бы придавать большого значения если бы на следующий день Василий вновь не проснулся, чтобы допить недопитое. Он считал, что нельзя бросать дело на полпути.

«И лучше кайфа нет», вдруг донесся женский крик откуда-то с улицы.

«Клава?», подумал Василий, а потом понял, что жены нигде нет.

Опять.

Василий начал что-то подозревать, а потом он выпил и подозревать уже не было смысла. Он прилег на треснутый диван и, будучи весьма подвыпившим, занялся тем, что у него получалось лучше всего, а именно: пускать пузыри из своего природного бунгала.

Но однажды у Василия не оказалось под рукой бутылки. Можно точно сказать, что этот момент стал точкой бифуркации. Тогда он решил, что жена ему изменяет. Нельзя было, чтобы об этом кто-то узнал. Особенно Федор. На кону была репутация Василия, которую он зарабатывал долгие годы, ежедневно отвечая за моральный и нравственный образ села Хохотуй.

Василий хотел принять на грудь, но вместо этого принял решение проследить за женой и выяснить куда она пропадает каждый вечер, когда он опустошает источник счастья в компании джентльменов за светской беседой.

Проследив за женой Василий выяснил, что она ходит в сельский туалет. Одна. Он ждал когда она выйдет, но она лишь выкрикнула фразу «И лучше кайфа нет» и в этот момент что-то треснуло. Не удивительно, ведь Василий не чинил туалет, наверно, лет тысячу, чем и подставил драгоценную супругу.

Прошел час, два, к Василию подошли джентльмены. Они распили бутылку мутной и канистру душистой, а потом заснули. Слежку пришлось продолжить на следующий день.

Все повторилось. Клава опять пошла в туалет и просидела там несколько часов.

«Может у нее диарея», подумал Василий, когда его жена открыла дверь и вышла вместе с потоком вони в сад. «А может ее там кто-то поджидает?»

Днем позже Василий опять хотел принять на грудь, но принял решение разоблачить жену. Спустя час как она зашла в туалет, он подошел к нему и резко открыл дверь. Что же он там увидел? А ничего. Только книжка лежала на прогнившем седалище для важных ягодиц.

Василий взял книгу в руки.

— Матильда Старр, — прочитал он имя авторки. — Клава опять читает это американское говно, — добавил он.

Василий осмотрел дыру в туалете и не увидел там признаков жены, только бульки на поверхности похлюпывали немного. 

Выпив самогона он попытался восстановить картину произошедшего:

Она зашла в туалет, села и принялась кормить бездну своими фекалиями. В это время она читала любовный роман. Она так увлеклась, что не заметила, что балка затрещала под ней. Она читала и дергалась, от вибрации доска проломилась и она нырнула в дерьмо головой вниз.

— Вот такой судьбы каприз, — подытожил Василий.

Все бы ничего, но вдруг следом за ним из туалета вышла Клава. Василий перепугался.

— Ты откуда здесь? — спросил он.

— Срала, — ответила Клава и пошла в сторону дома.

В этот день Василий встречался с джентльменами дважды, да так, что его едва откачали.

Немного протрезвев на следующий день Василий решил изучить феномен более конкретно, как состав водки.

Каждый раз Клава заходила в туалет в 8 вечера и практически сразу пропадала, оставляя после себя любовный роман и след неистовой диареи. В среднем через два часа она появлялась и выходила из туалета.

«Куда она исчезает?», спрашивал себя Василий, отпивая мутную жидкость из бутылки. На этикетке было написано «Иван Грозный» и дата его правления.

Василий и его друг Петр уже давно распространяли этот напиток в деревне Хохотуй. А поскольку он был крепче чем у госпожи Нюры, то они решили назвать его в честь одного из мощнейших правителей всея Руси.

Одним ранним утром, Василий вышел на крыльцо. В одной руке он держал бутылку с прокисшим молоком, а в другой самогон «Иван Грозный». За пазухой у него была книга жены. Он огляделся — деревня выглядела удручающе — дорога полуразрушена, дома перекошенные, куры тощие. За кур было особенно обидно. На вкус они были резиновые, но зато натуральные.

Василий выпил молока, вдохнул свежего деревенского воздуха с примесью помета и зашагал в сторону сельского туалета, крыша которого сверкала на солнце.

«Можем переповторить», подумал он.

Открыв дверь, Василий положил книгу рядом с туалетной бездной, куда в прошлом успели наложить свое наследие его дед и прадед. Ведь так делала Клава? Он уселся, крикнул «И лучше кайфа нет» и приготовился высвободить своего внутреннего демона. Но прежде, чем сделать это, он выпил самогона для храбрости.

Сделав два глотка Василий почувствовал как из его темного бунгала рвется поток. Доски, на которых он сидел, затрещали, а потом и вовсе сломались под его весом и Василий провалился в яму с говном.

Наступила тьма.

А потом был свет.

Василий почувствовал, что-то сырое с приятным запахом самогона. Он видел мир сквозь грязное стеклом. Это был незнакомый мир.

Василий испугался, но не смог никуда сбежать, он был заперт в стеклянной тюрьме, наполненной самогоном. Он огляделся и понял, что у него нет тела, он чувствовал, что существует как жидкость.

— Я переместился в тело самогона, — подытожил Василий.

И тут началось застолье. Кто-то взял бутылку и начал разливать ее по стаканам. Краем молекулы самогона Василий увидел знакомое лицо — лицо своего кумира Ивана Грозного, который вот-вот должен был употребить Василия.

Когда царь и его коллеги по застолью подносили стаканы к губам, Василий вдруг вскрикнул. Никто не понял откуда донесся звук, но все перепугались и побросали стаканы. Лишь один из подчиненных царя успел отпить Василия прежде чем бросить стакан.

Все переглянулись и разочарованно вздохнули. В тот день Иван Грозный казнил несколько людей, среди которых был и выпивший немного Василия человек. Его звали Глеб. Но важнее было то, что когда палач замахнулся топором чтобы отрубить тому голову, где-то в этой голове билось за управление телом сознание Василия. За миг до того как голова Глеба слетела с плеч он обоссался.

Наступила тьма.

А потом свет.

Василий сидел в сельском туалете. Он еще не понял, что случилось, но увидев бутылку сразу же выпил немного самогона.

— Я могу путешествовать во времени в теле самогона, — заметил он.

Во время светских бесед с джентльменами Василий часто бросался в размышления о том, как бы он мог помочь товарищу Сталину лучше перепобедить в войне. Иногда ему даже снились сны об этом.

Василий понимал, что путешествие во времени через сельский туалет — это шанс, что-то изменить в жизни страны. Это судьба. Очевидно кто-то свыше хочет, чтобы он исполнил свое предназначение.

Хорошенько обдумав свои действия, Василий решил, что прежде чем исполнить божью волю — иными словами помочь товарищу Сталину — ему нужно опробовать сельский туалет времени на каком-нибудь другом событии, чтобы быть уверенным, что он может повлиять на ход истории.

— Что же мне изменить? — спрашивал себя Василий, пока шел по центральной улице деревни. Он видел как печально выглядит его родной край. Во что же превратился Хохотуй за последние годы? Немыслимо. Но это можно было изменить. Он часто обсуждал это с джентльменами за бутылочкой мутного.

— Я уничтожу Америку! — вдруг воскликнул Василий, сжав руку в кулак. — Они вечно лезут куда их не просят и мешают развиваться моей стране!

«Но как это сделать?»

— Нужно убить Колумба! Тогда он не откроет Америку... хотя... это как-то не по-христиански. Да и причем здесь Колумб? Америку открыл не он, я где-то слышал, что это сделал Америго Веспуччи. Но как мне остановить его, не убивая?

Василий долго думал об этом, в том числе в кругу джентльменов. Они собрали консилиум из пяти лучших умов деревни Хохотуй и пришли к выводу, что действовать нужно хитро.

Согласно плану Василий должен был отправиться в 5-й век до нашей эры. Он написал дату на бутылке самогона, а также сделал важную пометку о гусях. Он решил, что чем точнее пояснение, тем лучше сельский туалет поймет куда его отправлять.

Выпив кислого молока Василий еще раз прошелся по плану:

— Америго Веспуччи — открыл Америку, он итальянец. Столица Италии — Рим. А Рим это Древний Рим. А Древний Рим спасли гуси. А гуси это птицы. А птицы — это хордовые. Если предотвратить спасение Рима, то Америки не будет существовать.

Логично.

Василий проделал фокус, который ранее отправил его к Ивану Грозному, и оказался на холме в римском Капитолии в теле самогона. Его выпил какой-то римлянин. Василий завладел его телом и пошел искать гусей. Он знал, что варвары нападут ночью, поэтому, найдя гусей, он затаился пока солнце не ушло за горизонт.

Ночью Василий в теле римлянина напоил гусей самогоном и завладел их маленькими пернатыми телами.

Когда варвары забирались на стены Капитолия гуси молчали, меняя ход истории. Что было дальше Василий не знал, потому что гуси обосрались и он вернулся в сельский туалет.

Василий думал, как проверить, что Америки больше не существует, по крайней мере в том наглом виде, что она существовала? И тут же он побежал на главную улицу деревни. Он увидел, что центральная дорога стала ровной, без ям. Но убедило его не только это, он заметил, что его жена, шедшая в туалет, несла книгу за авторством Яси Недотроги. Она больше не читала американских писательниц типа Матильды Старр или Делии Росси.

Василий понял, что настало время лучше перепобедить в войне.

Будучи давним поклонником товарища Сталина Василий знал все о своем кумире и даже больше, как он сам полагал. Так что он хорошо понимал, что подобраться к вождю будет непростой задачкой, чего бы там ни сочиняли писатели про попаданцев.

У Василия был план, а точнее бутылка вина Хванчкара, которое очень любил товарищ Сталин. Это вино Василий хранил так же нежно и с трепетом, как его отец хранил гайки и саморезы в жестяных банках. Он знал, что настанет время, когда эта бутылка будет испита с пользой для страны! Что до саморезов, они заржавели и он их выкинул.

Василий написал на бутылке год и место, где должно было оказаться вино. Если точнее «рядом с железной рукой товарища Сталина». Так он и написал, а то мало ли что поймет сельский туалет и бог, который через него отправляет избранных в путешествия. Нужно быть конкретным, как состав водки.

Следующим утром Василий выпил кислого молока пошел в туалет, крикнул «И лучше кайфа нет», выпил любимого вина товарища Сталина и отправился в прошлое, чтобы помочь своему герою лучше перепобедить в войне.

Как же Василий запузырился когда увидел товарища Сталина. Эта статная, сильная фигура, эта железная рука, эти густые усы, эта трубка...

— Отнесите бутылку в погреб, — сказал Сталин.

«Ох... Какой голос», подумал Василий. «Этот голос приведет нас к более лучшей победе!»

Какой-то незнакомый человек взял бутылку с Василием и отнес ее в погреб.

— Эй, — вскрикнул Василий. — Я должен помочь товарищу Сталину! Верни меня назад предатель!

Но это не остановило незнакомца и Василий оказался во тьме. Он надеялся, что в течение года эту бутылку принесут товарищу Сталину и он ему поможет гораздо лучше перепобедить в войне. Но шло время, а бутылка продолжала лежать в погребе.

Василий пробовал считать, чтобы понять как долго он находится в погребе, но сбивался на пятидесяти пяти и начинал сначала. Казалось прошла вечность, но вдруг Василий увидел свет.

«Вот он, момент истины», подумал он.

Кто-то взял Василия и понес по коридорам. Он видел много знакомых и не очень знакомых лиц. В конце концов Василия принесли к товарищу Сталину, как он и мечтал. А потом положили рядом.

Василий смотрел на товарища Сталина и пузырился, но тот не отвечал взаимностью. Казалось он умер. А потом казаться перестало. Через восемь лет товарища Сталина перепохоронили получше вместе с любимой бутылкой вина.

Василий и по сей день лежит рядом со своим героем. Конец.

Развернуть

открытка Истории 

Открытка посвященная Эдит Луизе Кэвелл. Она британская медсестра, которая известна тем, что спасала жизни солдат всех воюющих стран без каких-либо различий, и тем, что помогла около 200 солдатам союзников бежать из оккупированной германскими войсками Бельгии, за что была арестована и казнена немцами.
открытка,Истории
Развернуть

Отличный комментарий!

>До августа 1915 года, когда Кэвелл, Бак и несколько их помощников были арестованы, им удалось спасти около 200 человек.

>Эдит Кэвелл была подвергнута военно-полевому суду 7 октября 1915 года, признана виновной в измене и приговорена к смертной казни. Несмотря на международное давление (в особенности со стороны США и Испании), она была расстреляна немецкими солдатами.

>Гитлер в 1940 году, при посещении Парижа, приказал уничтожить два монумента Первой мировой войны: памятник генералу Шарлю Манже́ну и британской медсестре Эдит Кэвелл, казненной немцами за помощь союзникам.

Ну, давай, кино-индустрия, снимай и дальше дивные фильмы про выдуманных "сильных женщин"...
IngvarSancturas IngvarSancturas21.08.202220:43ссылка
+65.8

Dungeons & Dragons dnd мемы текст story DnD story 

Группа выходит победителями из финального замеса, сражение проходило на высокой подвесной платформе, под которой были острые скалы, облизываемые языками пламени. Платформу удерживают цепи, босс-элементаль сильно их повредил.

Плут: Я думаю что внизу что-то есть.
ГМ: Ты хочешь посмотреть вниз?
Плут: Я хочу это сделать с максимальной аккуратностью.
ГМ: Хорошо, но помни, ваше время ограничено, цепи раскалены, одна из них уже лопнула.
Жрец: Не-не-не, я знаю что он сейчас сделает, мы уходим.
ГМ: Ты хаотично добрая, и ты бросишь его в беде?
Жрец: Я настолько добрая, что позволяю плуту самостоятельно выбрать свою судьбу, и поддержу его в любом начинании. А мы уходим.
Следопыт: Мне тоже интересно...
Плут: Ну так что, я аккуратно смотрю за край платформы, что я там вижу?
ГМ: Ты видишь языки пламени, которые словно волны адского моря касаются высоких узких скал, напоминающих зубы огромного чудовища.
Плут: Я могу на них спуститься?
Жрец: ДА ЕБАНЫЙ В РОТ!
Следопыт: Подожди, не паникуй. ГМ, моей двадцатифутовой веревки хватит чтоб опустить Плута на скалу?
ГМ: Думаю да. Но зачем?
Плут: Я тебе не доверяю.
ГМ: Ваше дело, но долж…
Жрец: Я БЕГУ К ВЫХОДУ ИЗ ПЕЩЕРЫ.
ГМ: Должен предупредить что и вторая цепь тоже лопнула, платформа сильно накренилась.
Следопыт: Да-да, спасибо. И все-таки, чтобы ГМ не ставил нам палки в колеса, можешь передать мне свой самый тяжелый лут?
Плут: Согласен *Диктует что у него с собой самого тяжелого и ценного*
Следопыт: Хорошо. Я крепко держу веревку, и аккуратно опускаю плута прямо на одну из этих скал.
ГМ: У тебя выходит, благодаря тому что плут теперь легче, и тому что в тебе течет кровь великанов, пожалуй.
Плут: Я осматриваюсь.
Следопыт: Я сматываю веревку.
Плут: Что?
Следопыт: Я сматываю веревку и бегу из этой пещеры.
Плут: Я ПЫТАЮСЬ ВЫБРАТЬСЯ, Я ПРЫГАЮ, ГМ, Я ПРЫГАЮ К ЭТОМУ ЧЕРТУ!!
ГМ: Тут довольно высоко, извини. Ты застрял посреди огненного моря, на скале, на которую вот-вот обрушится железная платформа…
Жрец: О нет, наверное веревка перегорела!
Следопыт: Кто бы мог подумать.
Плут:
reararan-,Dungeons & Dragons,Подземелья и Драконы, D&D, dnd, днд,dnd мемы,текст,Истории,DnD story
Развернуть

Отличный комментарий!

А нахуя ?
О чем этот плут только думал ?
Thunder dragon Thunder dragon15.08.202211:12ссылка
+11.9
Я иногда ставлю сокровища и крутой лут в неожиданных местах, но в тот раз даже и не думал.
notAhero notAhero15.08.202211:15ссылка
+8.3
Вот и нашелся пидора, который перестал прятать лут в играх за водопадами.
Van-ay Van-ay15.08.202211:28ссылка
+47.9
В этом разделе мы собираем самые смешные приколы (комиксы и картинки) по теме Истории (+11758 картинок, рейтинг 38,900.6 - Истории)