Бездна

Kemono Friends Anime tsuchinoko (kemono friends) Опасные Няшки Anime Няши 

Kemono Friends,Anime,Аниме,tsuchinoko (kemono friends),Опасные Няшки,Anime Няши
Развернуть

Игра престолов фэндомы ИП others бар США 

В США открыли огромный бар в честь "Игры престолов".

Игра престолов,фэндомы,ИП others,бар,США
Игра престолов,фэндомы,ИП others,бар,США
Игра престолов,фэндомы,ИП others,бар,США

Ссылка на источник.

Развернуть

SukaSuka Anime Anime Art Nephren Ruq Insania 

SukaSuka,Shuumatsu Nani Shitemasu ka?,Anime,Аниме,Anime Art,Аниме арт, Аниме-арт,Nephren Ruq Insania
Развернуть

Бесконечное лето Ru VN Визуальные новеллы фэндомы Художественный кружок (БЛ) Фанфики(БЛ) 

Глава 16: «мучения, духовные и телесные»

ссылка на фикбук
ссылка на группу с новостями и прочей фигнёй


предыдущая часть


Бесконечное лето,Ru VN,Русскоязычные визуальные новеллы,Отечественные визуальные новеллы,Визуальные новеллы,фэндомы,Художественный кружок (БЛ),Фанфики(БЛ)



 В начале было слово и было оно непечатным. Во-первых, упав с кровати, к своему недоумению, я обнаружила, что нахожусь не там, где засыпала. В размытых пятнах с трудом интерьер угадывался, но сказать без очков, чей это конкретно домик, я не возьмусь. Допустим, что наш. Во-вторых, на мне была ночнушка, которую в заброшенном военном бункере даже взять было неоткуда. Форма… принимая во внимание вышесказанное, логично будет допустить, что она аккуратно сложена и лежит где-нибудь на отведённой ей при нормальном порядке вещей полке. Предположим, в шкафу. В-третьих! Андрей бессовестно дрыхнет на соседней койке. Это стало понятно уже после того, как надела очки. Они, разумеется, валялись на тумбочке. Разумеется, первым делом надо было растолкать брата и допросить, но голова была забита другим.
 Всему должно быть разумное объяснение. Всё-таки нас могли найти и притащить обратно в лагерь. Ага, а потом раздели и уложили как ни в чём ни бывало под одеялко. Нет, это опять творится неведомая хрень. Аргх! Бесит. Причём, бесит не столько само происходящее, сколько его нелепость. Всё ещё сидя на полу, я продолжила рассуждения. Подведём итог последних дней. Что мы узнали? Ну, по легенде какой-то добрый генсек ликвидировал каким-то образом железный занавес. В вопросе культуры уж точно. А может и не ликвидировал, а задал другой вектор диалога. Помнится, в моей истории в Союз на ура поставляли французское и итальянское кино. Зря что ли, у нас Ришара и Челентано так любят? Ага. И японских полукровок нам тоже, разумеется, по обмену завозили прямиком из ограниченной парламентом и американцами монархии. Мир, дружба, водка. Ещё зацепка — сумка с вещами. Если олимпиаду в Москве уже провели, то за окном примерно восьмидесятые. И погодите, Славя что, вчера упомянула посольство в Кёнигсберге? Нет, хватит, потом с эти разберусь.
 А теперь о вариантах, что вся эта ахинея может представлять на самом деле. Исключаем версию, что меня похитили и держат в бреду под наркотиками. Против этого говорит память — видения должны быть отрывочны, хаотичны, несвязны. Последние же двое суток я помню довольно сносно и логика в событиях за исключением двух случаев прослеживалась. Вариант второй, он же ксено-синтетический — некий разум, вооружённый более совершенными технологиями, преследуя свои, неясные для людишек цели, создал очень убедительную симуляцию, в которой я и нахожусь. И эта версия была бы самой убедительной, если бы не одно «но». Ни один компьютер не может просчитать временную петлю, потому что просчитывая будущее состояние, ему пришлось бы отправлять в прошлое часть данных, подстраивая их так, чтобы не изменился вывод. В синтетическую теорию хорошо ложится и записка, открытым текстом убеждающая не удаляться от основной локации. Такой вот поводок. И теперь, стоило нам натянуть этот поводок до предела, как статус-кво был восстановлен в принудительном порядке. С другой стороны, неужели у товарищей пришельцев настолько недостаёт оперативной памяти для прогрузки мира? Тем более, что для ограничения свободы передвижения достаточно было просто смоделировать забор повыше и без прорех. Третья гипотеза под кодовым названием «янки» — самая попсовая. Это про параллельный мир. Оня бесила меня сильнее прочих, потому что единственной неувязкой в ней вообще-то были мы с братом, подселённые на всё готовенькое в чужие, но на удивление похожие на нас, так сказать, настоящих.
 Однако, быстро же я привыкла называть дубля братом… И как будто мало было и без того на мою голову загадок, теперь ещё нужно разбирать свежий инцидент. Ладно, в любом процессе ищи инвариант… В первый раз при пробуждении обстановка была совершенно новой — время, пространство, тела эти детские — обыкновенное попаданчество. Сегодня мы оказались в уже знакомой обставновке, но кто сказал, что это тот же мир? Могло нас перебросить линию, где мы с Ульянкой Алису не доставали? Могло. Или снаружи вообще никакого времени может не быть. Выйду за дверь, а там картина Сальвадора Дали — наш домик в пустыне и сухие деревья с висящими на них поплывшими карманными часами. И слоны ещё уродские.
 — Дол-ба-ный бред! — чеканя каждый слог сквозь сжатые зубы, я скинула одеяло и затопала к выходу.
  Снаружи ничего сюрреалистичного не было. Утренний воздух, как ему и было положено, ещё не прогрелся. От ветра по спине пробежали мурашки. Привычная уже обстановка — высоко над головой плыли перистые облака, где-то вверху трещала сорока. Раннее утро. Лагерь спал, замерев подобно каменному истукану в его географическом центре. Подъём ожидается с минуты на минуту. Я уже собиралась вернуться обратно, но берёза, заполнявшая пробел между домами, зашевелилась.
 — Так. У меня нет времени на всякую ерунду, так что давай без глупостей, хорошо? — раздалось из-за угла. Голос звучал знакомо, но я никак не могла понять, кому именно он принадлежит.
 — Ну, — продолжал между тем Голос, — чего молчим?
 Не зная, как реагировать, я молча ждала продолжения. Не в моих правилах разговаривать с пустотой.
 — Ах, точно. Мы же не в «Гарри Поттере».
 На пятачок перед домиком вышла… я. Правда, в отличие от меня, она была одета в форму, а не ночную рубашку. Форма выглядела опрятно, даже галстук повязан был как по ГОСТу, но сама я была какой-то помятой и взъерошенной.
 — Ну просто замечательно, — закатив глаза, вздохнула та я, что до сих пор стояла в ночной сорочке на крыльце, — этого ещё нехватало…
 — Мне вообще-то видней, — спокойно заметила я-не-я, — хотя бы теперь ты видишь меня своими глазами, ты ведь до сих пор надеешься, что всё вокруг, включая твоего брата — иллюзия, и, поэтому его словам можно не очень-то и верить.
 — Я хочу верить в истину.
 — Пффф… — фыркнула я, — ну мне-то можешь не врать? Да у меня самой чуть башка не лопнула, пока я не…
 — Погоди, а с чего я тебе-то должна доверять? Вдруг ты тоже иллюзия? — придралась я.
 — Да ни с чего, — Анна-2 развела руками. — Тебя всё равно не убедить. Можно, конечно, провести тест Тьюринга, но он предназначен для качественной оценки способностей искусственного интеллекта и мало что даст…
 — Ладно, чего ты хочешь?
 — Да всего ничего, сэкономить наше время. Прежде всего, держи в голове это: есть теория, гласящая, что временная петля не может создавать причинно-следственных парадоксов — через неё отфильтровываются только стабильные линии, в которых не произошло, к примеру, создания чертежей атомной бомбы путём передачи копии оных из будущего в прошлое…
 — И так далее, и тому подобное. При ветвящейся структуре мироздания она несостоятельна. К делу.
 — Ну, я предупредила. Так вот. Во-первых, убедительно прошу — не лезьте больше в катакомбы. Ни при каких обстоятельствах, даже если я снова вторгнусь к тебе, чего не планирую, и стану убеждать в крайней необходимости туда спуститься, ни в коем случае не приближайся к ним.
 — Ты в них была?
 — Да… — ответила я, набрав предварительно воздуха в лёгкие.
 — Тогда не сработает. Раз ты — моя более поздняя версия…
 — Пятимерные матрицы, — напомнила я, — хотя и с ними я ошибалась, всё же отдельные положения оказались жизнеспособны.
 — Ты несёшь какой-то бред. Продолжай дальше в том же духе и меня ты убедишь только в необходимости игнорировать твои россказни.
 Я бросилась ко мне, схватила за плечи и стала трясти. Я не то что оказать сопротивление, даже пикнуть не успела.
 — Не лезь в чёртовы катакомбы! Понятно?! — выпучив глаза умоляла она. — Хоть танки в кружке юных техников строгайте, но под землю ни шагу!
 Кажется, я буду не в своём уме. Надеюсь, этого ещё можно можно избежать.
 — Да хорошо! Хорошо! — я была согласна на что угодно, лишь бы это прекратилось как можно скорее.
 Я успокоилась, выпустила меня из объятий и, как ни в чём ни бывало, продолжила:
 — Теперь насчёт сегодняшней… смены обстановки. Я долго искала ответ, пыталась всё это повторить, надеялась получить хоть какие-то данные. Всё выглядит так, будто лагерь пытается отлаживать события, вмешиваясь в особых случаях. Как иммунная система, скрещенная с суфлёром. Не знаю, насколько эта штука крута, но одну её функцию я испытывать точно не стану.
 — Экстремальные ситуации? — предположила я.
 — Бессмертие — не то качество, которое стремишься проверить на практике, — подтвердила я. — Так что из лагеря бежать бесполезно в любом случае.
 — Или так, или это то, чего хочет добиться симуляция.
 Анна-2 вздохнула и стала массировать виски.
 — Если бы ты знала, как же с тобой сложно, нигилистка хренова. Почему просто нельзя просто применить на всё вокруг первый постулат науки, как ты сделала со вторым? Или ты собираешься и дальше топтаться на месте, исследуя окружающий мир, реальность которого не признаёшь?
 — А почему бы и нет? Скажем, Тамриэль можно исследовать, не признавая его реальности, — парировала я.
 — Мда… Поступай как знаешь. Ну, больше в ваши дела я лезть не собираюсь, так что…
 — Нет, погоди, что-то не то. Почему бы нам не вложить в своё прошлое знания об этом месте и так вычерпать из петли всё о лагере и его природе, передавая через временную петлю?
 — Ты так и не поняла, — замотала головой я, — я же сказала, есть механизм ограничения. Я точно не могу сказать, каким образом, но весь фикус в том, что информация — суть продукт познания. Она не появляется из ничего, поэтому черпать при помощи парадокса знания ты не сможешь при всём желании. То, что я смогла узнать я почерпнула не из разговора, всё это результат наблюдений и экспериментов. Однако, благодаря петле я могу поделиться своим опытом с тобой и, как следствие, всеми вытекающими рукавами.
 — И нахрен тогда ты позавчера морочила брату голову?
 — А разве не весело получилось? Да, вот ещё что, такого хода он не ожидает, отлупи его вечером смычком.
 — Кстати, а где твой?
 — Мы… разделились, — неуверенно пробормотала я, обхватив себя руками.
 — Ну мне-то не ври.
 — Я не… Всё, дальше вы сами по себе. Прощай!
 Внезапно, репродуктор кашлянул и загудел горном, игравшим сигнал к подъёму и я совершила непростительно шаблонную ошибку — машинально отвлеклась на источник звука, а долю секунды спустя, когда повернулась обратно, никто передо мной уже не стоял. День обещал быть тяжёлым.

 Вернувшись в дом, я стала рыться в шкафу в поисках чего-нибудь, пригодного для зарядки. Не то, чтобы после всего пережитого очень хотелось бегать, прыгать и махать конечностями, но в процессе можно немного проветрить голову, иначе от всей этой паранормальной чепухи у меня скоро поедет крыша. Свежую информацию, только что просыпавшуюся на меня ещё предстояло систематизировать и обработать. И… о чём, что произошло с братом, я умолчала? Дьявол! Ну почему именно я должна разгребать это говно? Окажись на нашем месте кто-нибудь поглупей, забил бы на всё и грел пятки на пляже…
 Брат потянулся, набрал лёгкими воздух. Три… два… один…
 Реакция оказалась менее бурной, чем я того ожидала. Он не вскочил и не стал и бегать вокруг дома, размахивая руками, словно умалишённый, а равнодушно глядел вместо этого в потолок.
 — Ага. Дом, — процедил он с интонацией человека, только что пережившего лоботомию. Пожалуй, до завтрака поберегу его, пускай сначала придёт в себя, а там всё обсудим как следует.
 — Без паники, всему этому есть логическое объяснение.
 — Правда? — недоверчиво осведомился он, чуть-чуть, приободрившись.
 — Вообще-то нет.
 Брат шумно втянул воздух носом.
 — Вот ответь, почему когда вокруг творится чёрт те что, в эпицентре обязательно оказываемся мы?
 — Совпадение, — я натянула на себя спортивную майку. — Но в эпицентре безопаснее всего, так что радуйся. Ты ночью вообще что-нибудь заметил необычное?
 — Как в яме до зари торчал — помню, — почесал в затылке Андрей. — Потом всё как в тумане.
 — Печально. Я надеялась, хоть ты что-нибудь расскажешь.
 — Стоп. А со Славей что?! — встрепенулся он. — Она же с нами была!
 — Вот это но-овость! — отозвалась я с нескрываемым сарказмом. — Одевайся давай, сейчас зарядка будет, там и узнаем, там твоя зазноба или в яме кукует.
 — И про Алису не забудь, — брат зевнул, — кое-кому здоровенный пистон вставят, если отряд не в полном комплекте будет. Ты, кстати, что ей скажешь после вчерашнего?
 — Не знаю… — я огорчённо вздохнула, вспомнив как прошёл наш с Алисой последний разговор, — это ты у нас дипломат, а у меня что перед глазами, то на языке…
 — На меня даже не смотри, это ваши с ней тёрки.
 — Но обиделась-то она на нас обоих.
 — Увы, — всё так же сухо ответил брат, — если за тебя с ней пообщаюсь я, никакого воспитательного эффекта не выйдет, так что…
 — Для такого сюрприза с утра ты слишком спокоен, — заметила я.
 — С тобой волей-неволей дзен-буддизмом проникнешься, — вздохнул он, выползая из постели.
 — Фаталист.
 — Ничего подобного, — он полез в шкаф, — фатализм предусматривает тотальный пофиг на происходящее по причине того, что всё, якобы, спланировано и без нас. Когда я встретил тебя, мой внутренний фаталист скончался, корчась в страшных судорогах. Да и нынешнее наше положение куда лучше, чем если бы нас сожрали какие-нибудь крысы-мутанты в том бункере.
 Память сразу выдала воспоминание о подопытном животном Виолы и тех загадочных бобинах с проволокой. В мозгу неприятно щёлкнуло и отдел мозга, отвечающий за фантазию обесточился.
 — Не будем о крысах, хорошо?
 — Не припомню, чтоб ты их боялась, — он вытащил белую футболку и живо просунулся в неё. — Эта сойдёт?
 — Да какая уже разница? Время поджимает, пошли давай.

 Матюкальники хрипели какую-то полузабытую мелодию, задавая утру тон. Мы нехотя потекли на площадь, отовсюду к ней тянулись небольшими группками туловища помладше и пободрее. Наш старший отряд уже был в полном составе, что ненамного, но уменьшало количество проблем. Славя стояла в авангарде и чирикала с Ольгой Дмитриевной, Алиса с Ульянкой, расположившись на отшибе о чём-то хихикали. Остальные были ни рыба, ни мясо. Даже Мику, не закрывающая обычно рта, прибыла на автопилоте. А ещё пионерия. Едва заметив, что мы взяли курс на галёрку, Двачевская сразу помрачнела. Чёрт. Что ей сказать-то? В голове бардак. Я умоляюще поглядела на брата в надежде на помощь.
 — Доброе утро, — ляпнул он с выражением физиономии таким, что можно было и поверить, что оно действительно доброе.
 Алиса не прореагировала. Повисло напряжённое молчание. Вчера, когда я обивала порог домика рыжих, практическая часть казалась проще — нужные слова были готовы отскакивать от зубов. А теперь что? Теперь я могла бы что-нибудь проблеять.
 — Физкульт-привет! — положение спасла вышедшая перед толпой разнокалиберных детей, вожатая. — Начинаем утреннюю гимнастику! Ноги на ширине плеч!
 Через двадцать минут приседаний, скачков на месте и махов конечностями, я поняла, что если буду каждый день вскакивать ни свет ни заря и подвергать себя этим истязаниям, то долго не проживу. Это уже со мной что-то не так. Не может человек умереть от физкультуры. Я вот точно никак не ожидала, что меня убьёт суровый советский фитнес.
 — Фаш-шизм, блин… — пробормотала я, балансируя на левой ноге. Брату, судя по виду, было немногим лучше, ровно настолько, чтобы молчать.
 -…закончили упражнение! — объявила о долгожданном избавлении Ольга. — Здоровье в порядке!
 — Спасибо зарядке! — вразнобой отозвался хор голосов.
 Прелесть какая. Прямо с каждым днём всё радостнее жить! Толпа стала расходиться, а я, позабыв обо всём на свете, зашаталась к ближайшей скамейке. Очень кстати она оказалась в тени, отбрасываемой… да кому какая разница, что это за дерево?! Я рухнула на лавку, закрыла глаза и поплыла…
 Пролежала я в тени минут… может быть, двадцать. Или три. В конце концов, когда ощущаешь, как внутри тебя что-то выворачивает наизнанку, о времени думаешь в последнюю очередь. Вспомнился тот бред, пригрезившийся ночью. Мы ведь и правда занимаемся непонятно чем. Я занимаюсь… Андрей и организованная деятельность — понятия слабо совместимые. Ну вот опять, всё время отвлекаюсь на ерунду…
 — Ты в порядке? — словно крюком, чей-то голос выдернул меня из забытья. Андрей.
 — Уйди, несчастье.
 — Может, в медпункт сходишь? Не тошнит?
 — Нет, но будет, если ты скажешь ещё хоть слово.
 — Тут просто…
 — Зашей клюв!
 — Ладно, как знаешь, — брат заткнулся и сделал это очень вовремя. На рекреацию мне требовалось какое-то время провести в тишине. Да что ж такое, пульс никак не замедляется, в висках стучит. Ничего себе, пионерлагерь. Детей сюда отдыхать возят или выращивать из них граждан Прекрасного Коммунистического Завтра, чтоб сначала у станка две смены оттарабанили, а затем под ним же спать легли и не жаловались?
 — Алиска, давай!
 — Банза-ай!
 Разумеется, когда со стороны послышалось сдавленное хихиканье, было уже слишком поздно что-то предпринимать.
 — Ахтыжвашутудаиналевочетыреждывмесяцповыходным! — поток ледяной воды обрушился на меня, тут же вернув в мир живых.
 На траве возле скамейки покатывалась от хохота Ульянка, рядом, с коническим ведром в обнимку довольно ухмылялась её соседка, а брат подпирал собой соседнее дерево.
 — В-в-вы о-охренели т-та-там?! — застучала я зубами.
 — А вот теперь доброе утро, — не скрывая веселья приветствовала меня Двачевская.
 Теперь смеялась не только мелкая, но ещё и брат.
 Чайник Ярости уже не кипел, он раскалился и готов был взорваться. Поржать им захотелось, да? Ну я вам покажу. Сейчас кто-то лишится зубов!
 Почуяв неладное, Ульянка сразу перекатилась от меня подальше и дала дёру.
 — НА КОЛЕНИ, НЕСЧАСТНЫЕ! — как есть, вся промокшая до нитки, заорала я и ринулась на брата, но в метре от цели поняла, что меня кто-то держит.
 — А ну пусти! — гаркнула я Алисе.
 — Спокойно, убийца! Не при свидетелях!
 — Да меня любой суд оправдает!
 — Ну, вы тут общайтесь, — зевнул Андрей, — а пойду. Алис, минут пять форы у меня будет?
 — Хоть все десять! — отозвалась рыжая предательница, заламывая мне руки.
 Он кивнул и поспешил исчезнуть.
 — Пусти!
 — Не-а.
 — Пусти, кому сказано! Уйдёт же!
 — Да пусть катится. Ничего сказать не хочешь? — Алиса выпустила меня из захвата.
 Стоп! В стремлении придушить брата, я упустила один важный момент, тупица этакая.
 — Так, — прекратила вырываться я, — а ты-то какого барабана снова на связи, Двачевская?
 — Ну, если вкратце, то побродила по лагерю ночью и решила, что с кем поведёшься, так тебе и надо.
 — Ага. А потом Улька про столовую разболтала.
 — Да фиг там. Если бы не твой дефективный, про ваши похождения ничего б не узнала. И про конфеты тоже, кстати.
 — Если бы вчера всё закончилось одними конфетами, — вздохнула я, — я была бы вне себя от счастья.
 — Ну да. Не знаю, насколько безбашенными надо быть, чтоб ночью ушлёпать из лагеря, но меня вы, психи, точно переплюнули.
 — К слову о безбашенности. Ты ближе к утру не замечала ничего… скажем так, экстраординарного?
 — Мелкую в постели. Кстати, не думай, что это что-то меняет. Я всё ещё злюсь на вас.
 — Ну хоть за представление тогда извини. Не стоило тебя …
 — Да чего там, — Алиса снова ухмыльнулась, — всё равно я тебя ещё вчера оприходовала, но в следующий раз буду бить во всю силу.
 — Следующего раза не будет, — буркнула я, почёсывая переносицу, — так… какие планы на сегодня?
 — Для начала — свалить как можно дальше отсюда. Влом мне на линейке торчать, а народ уже стягивается. Айда в музкружок, там до завтрака точно никого не будет. А потом хоть топись, весь день свободен, если ОДэ не запалит.
 — Нет, я бы с радостью, но надо сбавить обороты. Так что я пойду, переоденусь после этих ваших процедур и допинаю сюда Андрея. А после завтрака уже решим, чем заняться.
 — А, ну пока.
 — Угу. Скатертью.

 Не пойду я ни в какой музкружок. Запрусь в редакции и работать буду. И брата затащу. Пинками, если потребуется. Благо, работать есть над чем. К примеру, есть одна мыслишка, как можно использовать для дела нашу склонность к синхронизации с хоровой речью и всей прочей фигнёй. Чёрт, нужно ведь ещё стенгазету эту делать. А ведь можно было в шашки записаться…

Развернуть

edna (tales) Tales of Zestiria Tales of (series) Игры rod (rod4817) 

edna (tales),Tales of Zestiria,Tales of (series),Tales (series),Игры,rod (rod4817)
Развернуть

гифки авария мотоциклист 

Развернуть

ДЛЯ ВСЕХ общее развитие песочница 

Как сохранить голову под информационной бомбёжкой

Недавно мы писали о пропаганде, рассказывая, какой она бывает, и какая пропаганда допустима, а какая — токсична. Теперь по просьбе наших друзей из Вооружённых сил Украины мы немного расскажем о том, как противодействовать токсичной пропаганде. В первую очередь — российской телевизионной.
Как работает Кремлевидение

Для начала поясним, как вообще работает российская машина по промывке мозгов телекартинкой.

Кремлёвское телевнушение делает основную ставку на эмоцию. Оно дарит зрителю картинку настолько яркую, что мозг сам рад в неё поверить. Даже если это негатив. Особенно если это негатив — человек устроен так, что больше доверяет негативной информации. Если к вам бежит человек, размахивает руками и кричит «твой дом горит!» — вы поверите ему с большей вероятностью, чем если он будет кричать «ты выиграл в лотерею!» Именно поэтому свои деньги уличным мошенникам отдают даже умные и адекватные люди. Российская телепропаганда эффективна потому, что ориентирована на отключение критического мышления, размытие самого понятия «правды» и замены её воинственной первобытной предвзятостью. Если вы внимательно посмотрите российские телешоу, то увидите, а вернее, услышите — ведущие и многие участники орут. Именно орут, перекрикивая друг друга, упирая на клише, грозные интонации, суровую мимику. Даже когда они говорят тихо, они говорят это в интонации крика. Обычный эфир у Соловьёва по соотношению передачи эмоций к передаче информации не слишком отличается от боевого танца новозеландских аборигенов.
Как и у танца маори, его цель — не передать информацию, а заразить эмоцией, ввести зрителя в нужное состояние. И лишь потом навязать базовые клише, плотно привязав их к этим самым эмоциям.

Как это работает? Вновь используем отвлечённый пример. Представьте, что кто-то демонстрирует вам ролик об изнасиловании маленькой девочки. В течение десяти минут с леденящими подробностями показывается, как именно подонок издевался над девочкой, крупным планом показывается лицо утративших рассудок от горя родителей, играет тревожная музыка и даже бывалые полицейские-следователи не могут сдержать дрожи в голосе. В конце ролика голос за кадром упоминает, что независимое расследование вывело на сына известного политика, но видео с камер наблюдения внезапно пропало в неизвестном направлении.

Практика показывает: абсолютное большинство зрителей будет готово убить и этого политика, и его сына. Лишь знающие толк в подобных роликах заметят, что утверждение голоса за кадром о причастности политика — в отличие от всех предыдущих подробностей дела — не подтверждается никакими свидетельствами. Им покажут красивую, убедительную картинку, которая вызовет у них доверие и введёт их в состояние максимального эмоционального накала — а потом одной-двумя лживыми фразами направят эту ненависть в нужное русло.

Замените изнасилованную девочку на распятого мальчика, а известного политика — на украинскую армию. Учтите, что постоянная бомбардировка такой пропагандой в эмоциональном плане сравнима с употреблением наркотика — зрителю самому хочется постоянно переживать такой накал эмоций, он сам заинтересован в том, чтобы верить в ложь. И вы поймёте, почему Россия тратит на телепропаганду больше, чем некоторые европейские государства — на армию.

А ведь есть ещё информационные операции в Интернет — опирающиеся на иные принципы, но столь же вредоносные. Но это тема для отдельного материала. Пока что при атаке мозгов и сердец своих сограждан и жителей «ближнего зарубежья» Кремль всё ещё ставит на телевизор, хотя есть тенденции к изменению этого.
В чем проблема защититься

Начнем с грустной ноты. Противостоять таким внушениям намного сложнее, чем кажется на первый взгляд. Если кто-то, кто хочет навязать вам те или иные убеждения, плотно присутствует в медиа, которыми пользуетесь вы и ваш круг общения, и если он не стеснён нехваткой средств или избытком совести, то у него есть все шансы.

Люди всегда переоценивают собственную устойчивость к внушению.

Это нормально. Наше сознание — наша единственная опора, и верить в её прочность — естественно. Никто не хочет признавать, что ему легко что-то внушить. Даже человек, играющий с напёрсточниками, уверен, что обыграет.

Не обыграет.

Те, у кого есть родственники в России, часто жалуются — «ну совсем сошли с ума, пересказывают мне байки своих пропагандистов так, как будто лично видели своими глазами». А иногда так делают даже те, у кого и телевизора-то нет. Почему так получается? Почему человек, который клянется, что и лица Киселёва не помнит, с высокой точностью пересказывает пропагандистские клише его вечерней передачи прошлой недели?

Потому что достаточно, чтобы телевизор был у большинства людей в круге общения — даже если он у них работает в фоновом режиме. Рано или поздно большинство людей начинает подстраиваться под воззрения своего круга, своей среды — это древний механизм, идущий ещё от косматых предков и обеспечивающий выживание первобытных стад. Информационная среда, информполе — как единый водоём. Если ты плаваешь в солёном озере, рано или поздно ты просолишься. Можем пояснить на примере: если все вокруг курят, намного проще начать курить и намного сложнее бросить. Вроде бы вопрос исключительно личного выбора, но… но.

Из этого следует печальный вывод: полностью избежать информационного отравления можно, лишь покинув токсичную среду. Недостаточно переключить телеканал: в ряде случаев надо переключить весь свой круг общения.
Есть ли выход?

Но что делать, если сменить круг общения — например, съехать подальше от тёщи — невозможно?

Здесь можно дать несколько практических советов:

Следите за входящей информацией. Каждый раз, когда вам рассказывают что-то о происходящем в стране и мире, относитесь к этому с критичностью. Это вообще полезный навык. Вещает ли вам Киселёв с экрана, пересказывает ли его слова таксист во время поездки — фильтруйте входящие. Да даже если речь не о политике, а просто рядом с вами ваш лучший друг хвастается своими любовными похождениями — всегда полезно задуматься «а зачем он мне это говорит? И не кривит ли душой? Откуда он сам это узнал и есть ли подтверждения его словам?»
Отдельным звоночком к тщательной проверке должна быть повышенная эмоциональность говорящего.
Люди устроены доверчивыми. Но можно осознать это и приучить себя к информационной гигиене. Это очень поможет не только в противодействии пропаганде враждебных стран, но и в жизни вообще.

Озвучивайте свою позицию. Это неочевидный совет, но это работает. Если вам начинают отгружать явную пропаганду, и делает это не телеэкран, но живой человек — скажите прямо, что вы не согласны. Да, это может быть чревато спором, а спор эмоционально истощает. Но в споре вы утверждаетесь на своих позициях, а заодно показываете человеку, что ездить вам по ушам не стоит. Более того: любое выражение своего мнения в тексте помогает вам укрепиться в этом мнении. Даже если вы пишете его на бумажке «в стол».
Здесь, впрочем, важно учесть, чего вы хотите добиться. Возможно, того, чтобы человек от вас отстал, а возможно, того, чтобы он изменил свое мнение. Спорить нужно в обоих случаях, но во втором — тоньше, избегая прямого возражения, а больше указывая на сомнительные стороны его аргументации.

Найдите людей, разделяющих ваши позиции или хотя бы свободных от тех же воздействий. С появлением Интернета это стало много легче. Тем самым вы добавите в свою токсичную среду чистой воды.

Это простые советы. Но они способны помочь сохранить рассудок даже тогда, когда все вокруг сойдут с ума.

Источник:
https://www.petrimazepa.com/howtoignorepropaganda.html
Развернуть

anon 

угодайте фильм

anon
Развернуть

Lutherniel artist Adepta Sororitas Wh Песочница Adeptus Mechanicus Bolter to Kokoro Astra Militarum Inquisition Officio Assasinorum Vindicare ...Warhammer 40000 фэндомы Imperium Ecclesiarchy 

Вы вошли в медпункт, чтобы обработать раны. Вы увидели Сестру Ари что-то бормочущую себе под нос.

С6СТРА АРи
ия не смогла сплети всех.сеговня гои
потеряли стольких сестёг
>	утешить ее
>	ПРИТВОРИТЬСЯ что все НОРМАЛЬНО и позворовлться,Lutherniel,BolterToKokoro,artist,Adepta Sororitas,sisters of battle, сестры битвы,Ecclesiarchy,Imperium,Империум,Warhammer 40000,warhammer40000, warhammer40k,

Техножрец недовольна.

техножреа гАЛАтия
"ПОЧИЮ Твои ААЗГАН ПОСТОЯННО А0МА6ТСЯ?"
>	"как еще я смог вы увиоеться с тош?"
>	"это не ллоя BU^A",Lutherniel,BolterToKokoro,artist,Adepta Sororitas,sisters of battle, сестры битвы,Ecclesiarchy,Imperium,Империум,Warhammer 40000,warhammer40000, warhammer40k, warhammer 40k,

Появляется инквизитор.

инквизитор эссея
"быгляоишь взволнованным. ты же ничего от меня не скрыв^шь?"
>	н-ничего не скрываю, мэм
>	на самом ьеле...,Lutherniel,BolterToKokoro,artist,Adepta Sororitas,sisters of battle, сестры битвы,Ecclesiarchy,Imperium,Империум,Warhammer 40000,warhammer40000, warhammer40k, warhammer

Бро прикроет тебя.

СЕРЖАНТ БРОМАН
"НЕ ^ЕСПтШ НАСЧЁТ KùfmiiCCAPA. Я Т£БЯ ПРйКРСЮ. ТЕЬЕ ЖЕ НАОС УМОЕТЬ Её. О А?”,Lutherniel,BolterToKokoro,artist,Adepta Sororitas,sisters of battle, сестры битвы,Ecclesiarchy,Imperium,Империум,Warhammer 40000,warhammer40000, warhammer40k, warhammer 40k, ваха, сорокотысячник,Wh

Сестра Агнорис хочет что-то сказать о вчерашней битве.

СеСТРА АГНСРУС
”...HAC4ÍT ß4£PAUJH8Ü BUTßW... Я не БУОУ БЛАГСЮАРитЬ Т8БЯ.ЯСН0? ПРОСТО ПОТОМУ ЧТО ТЫ 4EUA ТОГО КСеНССА... Я БЫ СПРАШАСБ С HUM САМА 5CAU БЫ
ты нс помсшаа:,Lutherniel,BolterToKokoro,artist,Adepta Sororitas,sisters of battle, сестры битвы,Ecclesiarchy,Imperium,Империум,Warhammer

Вы дали Техножрецу подарок

TÍXHGXPÍU ГАААТиЯ "..ИНГ
"....Э-ЭТ0.DA* №\?Г>7> ОН.
.. прекРАсеиг,Lutherniel,BolterToKokoro,artist,Adepta Sororitas,sisters of battle, сестры битвы,Ecclesiarchy,Imperium,Империум,Warhammer 40000,warhammer40000, warhammer40k, warhammer 40k, ваха, сорокотысячник,Wh Песочница,фэндомы,Adeptus

Вы заметили идущих навстречу комиссара и его помощника.

-это Kctmiiccw и его птсшщг
>	отоать честь и поприветствовлть его
>	притвориться, что вы песете понесение и
изьежАть зрительного контакта_______,Lutherniel,BolterToKokoro,artist,Adepta Sororitas,sisters of battle, сестры битвы,Ecclesiarchy,Imperium,Империум,Warhammer 40000,warhammer40000,

Один шанс - все, что ему нужно.

г

ACCACUH BUHÜUKAP
(bmdukap злмбтил. что вы часто стлетесъ с инквизитором ъссеей. си хотел, что бы вы чзилли. что ей нравится),Lutherniel,BolterToKokoro,artist,Adepta Sororitas,sisters of battle, сестры битвы,Ecclesiarchy,Imperium,Империум,Warhammer 40000,warhammer40000, warhammer40k,

> пригласить № сеиолпие *• > собллть ктплтент,Lutherniel,BolterToKokoro,artist,Adepta Sororitas,sisters of battle, сестры битвы,Ecclesiarchy,Imperium,Империум,Warhammer 40000,warhammer40000, warhammer40k, warhammer 40k, ваха, сорокотысячник,Wh Песочница,фэндомы,Adeptus Mechanicus,Mechanicum,Bolter

Z
1
СЕСТРА ATH6PUC
"те не нравится как tu смотришь
НА сестру DAÜAÔPV”,Lutherniel,BolterToKokoro,artist,Adepta Sororitas,sisters of battle, сестры битвы,Ecclesiarchy,Imperium,Империум,Warhammer 40000,warhammer40000, warhammer40k, warhammer 40k, ваха, сорокотысячник,Wh Песочница,фэндомы,Adeptus

Развернуть

mlp OC my little pony фэндомы mlp art mlp аугментация hunternif 

Развернуть