видео аниме наркомания школьницы хомячки 


Развернуть

новый год елка guns из подручных средств 

Запилил тут ёлочку

новый год,елка,guns,из подручных средств


новый год,елка,guns,из подручных средств


новый год,елка,guns,из подручных средств

Развернуть

Разбой тула новости под угрозой ножа это вам не пряники 

Суровая Тула

#МУ8Ю Мужчина под угрозой ножа отобрал у туляка ноутбук и мобильник,Разбой,тула,новости,под угрозой ножа,это вам не пряники


Пруф


Грамотность заголовка: УРОВЕНЬ БОГ


Развернуть

Fallout Other Fallout фэндомы Конкурсы Fallout рассказ story Пыль и Ржавчина Highwayman 

Пыль и Ржавчина. Финал.

Итак, дамы и господа, мы, наконец, добрались до конца. Это — последняя часть "Пыли и Ржавчины", да возрадуются те, кто устал видеть эту графоманию в ленте. Был бы очень рад, чтобы все, кто таки осилил эпопею целиком, отписались по впечатлениям в комментах, хотя бы одной строчкой.

Вот список прошлых частей:

Первая
Вторая
Третья
Четвёртая

Я настоятельно рекомендую последний отрывок читать под приложенный к рассказу трек. Устраивайтесь поудобнее и приготовьтесь к суровому повороту…


* * *


Fallout Other,Fallout,Фоллаут,,фэндомы,Конкурсы Fallout,рассказ,Истории,Пыль и Ржавчина,Highwayman


Сара, сидящая на крыше «Хайвеймена», убрала бинокль от глаз и замахала отцу руками.


«Там, на скалах! Это человек! Он в беде!»


Девочка передала бинокль отцу. Тот посмотрел сквозь мутные линзы и нахмурился. В четверти мили от них среди пологих каменных скатов крошечная фигурка боролась со взрослым рад-скорпионом и явно проигрывала. Рядом дымился погасший костёр и валялся скарб странника. На столь большом расстоянии их движения казались неестественными.


Из-за огромных валунов и большого уклона «Крайслис» не смог бы подобраться ближе. «Придётся подниматься пешком. Нужно спешить»- подумал Джон. Они с Сарой прекрасно знали, чего стоит каждая секунда в битве с ядовитым монстром.


Задний диван «Хайвеймена» скрипнул и с неохотой поднялся. Под ним оказался стянутый бечёвкой свёрток. Джон вытащил его из углубления и развернул промасленную ткань.


«Я не знала, что у нас есть ружьё!» — удивилась Сара, разглядывая древний помповый дробовик. – «Почему ты не брал его на охоту?»


— Патронов мало, – из жестяной коробочки старик достал три красных цилиндра с латунными донцами. – Я хранил их для особых случаев.


«Кажется, это как раз один из них.»

— Похоже на то…


Он закинул ствол за плечо и уже был готов лезть наверх, но в последнюю минуту остановивился, повернулся к дочери:


— Сара, держи реактор в активном режиме. Не выходи из машины. Будь внимательна, смотри по сторонам и на скалы. Если что-то случится – сигналь и уезжай, не задумываясь. Я найду тебя потом.


Сказав это, он побежал к месту схватки.


Только сейчас он, наконец, понял, насколько действительно постарел за эти годы в Пустоши. Быстрое перемещение давалось ему очень нелегко, дыхания не хватало, а ружьё с каждым шагом наливалось свинцом. Очень скоро у Колуэлла начало темнеть в глазах, но он старался не сбавлять темп: на кону была чья-то жизнь. «Второй раз не опоздаю, — проносилось в голове Джона. – Только держись. Я уже на подходе.»


Через пять минут он уже был рядом. Обогнув огромный камень, он вскинул ружьё для выстрела и застыл в недоумении. Валяющийся на земле человек сжимал в руках огромное чучело рад-скорпиона, скрученное из высушенных клешней, кусков панциря и верёвок. Как только он увидел Колуэлла, раздался хлопок, и левое плечо старика обожгла боль. Джон, не раздумывая, выстрелил в ответ.


Бутафорский монстр лопнул, разбросав вокруг окровавленные ошмётки хитина и тряпок. Притворщик под ним взвыл от боли и начал корчиться в быстро увеличивающейся луже собственной крови. Его грудная клетка была разворочена картечью.


Засада!


— Сара! –Закричал Колуэлл, и в тот же миг Пустошь раскололась надрывным визгом «Крайслиса». Сверху Джон увидел, что машину окружило несколько людей. Атомобиль дёрнулся вперёд, но забравшийся в салон разбойник вытолкнул девочку из «Хайвеймена».


Ребёнка за волосы поднял коренастый подельник бандита. Всё это Джон видел как во сне, несясь вниз. Забыв о безопасности и усталости, он спрыгивал с уступа на уступ, размахивая ружьём. Как только Странник оказался на достаточном расстоянии, он, не прекращая кричать, выстрелил.


Мужчина за рулём «Хайвеймена» упал замертво. Остальные трое бросили машину и побежали прочь. У одного из них, низкого парня с голым торсом, в руках была девочка. Два других схватили засыпанную песком дерюгу под ногами и отбросили её прочь. Неприметный холм оказался укрытием для мотоциклов. Похититель запрыгнул на байк, пнул ногой кикстартер. Сара стукнула его костылём по спине, но ответный удар заставил её рухнуть на седло без чувств. Наездник пристегнул её к багажнику ремнём, крутанул ручку газа – байк на заднем колесе сорвался с места. Оставшиеся разбойники начали заводить свою технику.


Джон передёрнул затвор и нажал на спусковой крючок. Последний боеприпас опрокинул мотоцикл и ездока навзничь, но второй бандит унёсся вслед за товарищем. Бросив бесполезное ружьё на землю, Колуэлл в несколько прыжков добрался до открытой водительской двери атомобиля и сел за руль. Против «Хайвеймена» у этих тарахтелок нет шанса. Он догонит их и вернёт Сару.


Приборная панель была вскрыта и выпотрошена. Огромные пучки грубо разрезанных проводов свисали из-под руля и искрили, соприкасаясь с кузовом. Самодельный разбойничий тесак торчал из рулевой колонки.


— Нет! – заорал Джон, ударив кулаком по рулю. «Крайслис» жалобно крикнул сигналом. – Твари! Она же всего лишь ребёнок! Чтоб меня, чтоб меня!


В бессильной злобе Дасти колотил по засыпанной осколками стекла приборной панели. Джон был в состоянии починить машину, но за это время похитители уйдут так далеко, что он не сможет их найти. Мысль о том, что он потеряет Сару, сводила его с ума.


Тяжело дыша, он потирал разбитые руки. Замер, прислушиваясь. Откуда-то снаружи доносились сдавленные хрипы. Джон вышел из атомобиля, перешагнул через тело убитого бандита и пошёл на звук. В двадцати ярдах от него валялись мотоцикл и покалеченный разбойник. Львиная доля картечи осела в байке, но несколько крупных кусков разодрали бандиту брюшную полость. Хотя рана была тяжёлой, корчиться в муках, ожидая смерти, он мог очень долго.


Джон стоял над умирающим врагом и молча смотрел на его страдания. Он достал из-за пояса флягу, открутил крышку.


— Здесь, — старик держал жестянку перед собой на вытянутой руке, — полкварты довоенной водки. Если ты, падаль, скажешь мне, где найти твоих подельников, я отдам её тебе, и ты сдохнешь в алкогольном забытьи. Если нет…


Джон перевернул флягу, и тонкая струйка полилась прямо на рваную рану. Разбойник завопил от боли и начал извиваться, как земляной червь на сковороде.


— Не найду девочку — будешь жалеть о каждой оставшейся секунде твоей поганой жизни. По сравнению с тем, что я тебе устрою, ты сейчас на курорте.


Они нашли общий язык. Чтобы убедиться в искренности пленника, Колуэлл ещё немного «обеззаразил» его раны. По словам умирающего, у них было два лагеря: основная база в сотне миль на запад, и временный перевалочный пункт, куда отправились его дружки с Сарой, — в пятидесяти. По словам разбойника, в патруле осталось ещё пять человек. Он рыдал, размазывая кровавые сопли по грязному лицу и молил о пощаде.


Колуэлл подтащил разбойника к валуну и связал. Сунув флягу в губы раненого, он вылил содержимое ему в глотку. Рейдер мычал, вырывался, но глотал разбавленный водой спирт.


— Желаю поскорее подохнуть, тварь.


Опустевшая фляга со звоном упала на камни.


Джон пошёл ремонтировать «Хайвеймен».


Fallout Other,Fallout,Фоллаут,,фэндомы,Конкурсы Fallout,рассказ,Истории,Пыль и Ржавчина,Highwayman


* * *


Бортовой компьютер сыпал сообщениями о повреждениях. Даже на то, чтобы найти в разорванной косе жизненно важные провода и соединить их на скорую руку, ушло несколько часов. Сломанный электроусилитель пришлось снять, чтобы он не мешал рулю крутиться.

Джон не знал, как будет спасать Сару и что сделает с оставшимися рейдерами. Патронов к ружью у него не осталось, зато был арбалет.


Если у бандитов осталась хотя бы капля разума, они поймут, что несчастная калека им ни к чему. И, возможно, согласятся обменять девочку на что-нибудь. Например, на «Хайвеймен». Если они откажутся, то «Крайслис» просто передавит всех к чертям. Он вернёт дочку любой ценой.


Колуэллу было горько от мысли, что при самом благоприятном исходе с машиной придётся расстаться. Много сил и труда было вложено в этот «Крайслис». Столько раз Джон уходил на «Хайвеймене» от чудовищ Пустоши. Столько тысяч миль за плечами у Странника и его атомобиля… Он стал практически другом. Да и выживать без него старику и девочке-инвалиду будет нелегко.


Джон давил на педаль и гнал залатанный «Крайслис» в сторону заходящего солнца. Рядом на сиденье лежал арбалет. Пойдут ли рейдеры на переговоры или снова прольётся кровь? Старик не знал ответа. Но в чём он не сомневался ни на секунду – девочка с бандитами не останется.


Стрелка спидометра упёрлась в ограничитель. Массивная машина подпрыгивала на ухабах и едва успевала огибать встречающиеся на пути препятствия. Времени ехать аккуратно не было – он и так потратил его слишком много, пока ремонтировал «Хайвеймен». Костлявые руки сжимали тонкий руль до боли. Из раны на плече медленно сочилась кровь, но Странник не замечал этого.


Fallout Other,Fallout,Фоллаут,,фэндомы,Конкурсы Fallout,рассказ,Истории,Пыль и Ржавчина,Highwayman


* * *

Щурясь на алое солнце, он разглядел вдалеке тёмные силуэты палаточного лагеря. Бдящий снаружи рейдер увидел приближающуюся машину и забежал в шатёр. Врасплох их застать не удалось… Странник положил правую руку на арбалет.


Когда атомобиль был всего лишь за несколько сотнях ярдов от лагеря, Джон увидел, как из палаток выбежали рейдеры и запрыгнули на стоявшие рядом мотоциклы. Подняв клубы пыли, они рванули в сторону базы. Девочки с ними не было.


«Крайслис» с заносом остановился перед самым большим шатром. Открыв дверь машины, Джон едва не вывалился наружу – его мутило. Шатаясь, он откинул дырявый полог палатки и вошёл внутрь.


Перед ним прямо на земле лежала Сара. На голом теле девочки начали проступать синяки и кровоподтёки. Парализованные ноги были разведены и примотаны к доске проволокой, руки с обломками костылей – связаны за спиной.


Ребёнок был без сознания, но бледная грудь медленно, тяжело вздымалась и опадала.


— Они не успели… ничего с ней сделать, — раздался тихий голос за его спиной. Старик резко повернулся, направив заряженный арбалет в полумрак. Раздался металлический звон, и силуэт метнулся от него прочь, в самый край шатра.


Перед ним на земле сидела девушка. Из одежды на ней была только рваная мешковина, обёрнутая вокруг бёдер. Смуглая кожа обтягивала рёбра, на которых едва читалась грудь, руки были покрыты шрамами. Натуральный цвет грязных, всклокоченных волос определить было невозможно. Взгляд Джона зацепился на искалеченные ступни женщины — на обеих не было ни одного пальца. Правая нога незнакомки была закована в кандалы, сомкнутые натянутой от центрального шеста цепью. Увидев её, Коллуэл опустил оружие.


— Не убивай! — взмолилась девушка, закрыв лицо. Сквозь длинные пальцы на него смотрели огромные наполненные ужасом изумрудные глаза, — Я не они! Я не они!


Коллуэл протянул к ней руку, но она отшатнулась от него, словно испуганная кошка, но цепь не дала ей далеко отползти. Из под металлического браслета потекла кровь.


— Я не причиню тебе зла, — ответил Старик и отложил арбалет, — я пришёл за ней.


Он жестом показал в сторону девочки и добавил:


— Она моя дочь.


Девушка, не отрывая взгляда от Странника, медленно опустила руки. После чего кивнула.


Коллуэл осмотрел девочку. Похоже, что незнакомка говорила правду — ребёнка били, но не насиловали. Судя по всему, незадолго до его приезда её оглушили ударом по голове.


— Она дралась.Ударила Логана. Вот сюда, — палец женщины указал на пах. — Он был зол! Очень. Бил её по голове, она замолчала. Хотели её. Но приехал ты…


Убедившись, что состояние Сары стабильно, Джон повернулся к женщине.


— Кто ты?


Она робко обняла руками грудь, села поудобнее. Снова зазвенели звенья цепи.


— Я Тамика. Из Мохакара, восьми Великих Селений Севера.


— Привет, Тамика. Меня зовут Джон. Это — Сара. Мы издалека, поэтому сейчас я сниму с тебя цепь, а ты расскажешь мне всё про себя, Великие Селения и этих ублюдков. Хорошо?


-Не будет кадена! Не будет кадена! — оживлённо закивала головой женщина.


Прошло около получаса. Джон сидел в центре шатра, у него на коленях лежала девочка. Каждые десять минут он менял влажные компрессы, но она не приходила в себя. Дыхание выровнялось, обморок перешёл в глубокий сон — измождённый организм нуждался в отдыхе.


Тамика подошла к Джону и опустила перед ним таз со свежей водой. На месте снятых кандалов кожа была белёсой и покрытой язвами — видно, что их не снимали годами.


Женщина, изрядно напуганная вначале, довольно скоро привыкла к Страннику и начала болтать без умолку, успевая при этом помогать Старику с девочкой. Английский её оставлял желать лучшего, Джон с удивлением обнаружил, что в речи девушки частенько проскакивают испанские слова и какой-то диалект.


Она рассказала Джону, что люди в этой местности мирно жили натуральным хозяйством и выращиванием местного скота («Брамины!» — сказала женщина и указательными пальцами показала рога). Вот уже несколько поколений как они основали Великие Селения Севера. Из общего курса географии Коллуэл с трудом припомнил, что когда-то на этой обширной территории начиналась индейская резервация. Скорее всего, ядерные удары обошли стороной эти пустынные земли дикарей, и сейчас они более всего пригодны для жизни.


Но много лун назад с юга пришли чужаки. Они не умели толком охотиться и тем более выращивать еду, но у них были копья, луки и рычащие невиданные звери, на которых они пересекли Пустошь. Чужаки называли себя Рейдерами, и они начали нападать на Селения.

Воинам племён нечего было противопоставить захватчикам, и большая часть защитников племени погибла в неравной борьбе.


Остальных угнали в рабство. С тех пор Рейдеры регулярно совершают набеги на Селения, забирая пищу и людей — мужчин для работы, женщин и детей для развлечения.


Тамику они похитили ещё девочкой. До столь преклонного возраста (ей шёл двадцатый год) она дожила лишь потому, что приглянулась одному из Лидрейдов, местных бригадиров. А потом к ней привыкли и таскали с собой как прислугу и для удовлетворения простых мужских потребностей.


Используя труд рабов, Рейдеры из натасканного в пустоши мусора построили себе Форталеза («Крепость» — перевёл сам для себя Джон), из которой совершали набеги и где могли в безопасности отдохнуть. Сколько именно рейдеров было в Форталеза, Тамика сказать не могла — потому что плохо умела считать. Путём долгих расспросов Коллуэл смог добиться только того, что их гораздо больше десяти.

Иногда рабы — чаще по одиночке, реже семьями — убегали из Крепости. Обычно их ловили и убивали на месте. Тамика тоже пыталась, но безуспешно. Ей повезло, ей всего лишь отрезали пальцы на ногах, но желание, да и возможность сбегать это отбило навсегда. Она долго ещё училась ходить ровно.


Но некоторым всё-таки удавалось уйти. На Севере были горы, Запад они звали Запретной Землёй («боеголовки» — пронеслось в голове у Джона), на Востоке земля уходила в Мёртвую Воду, поэтому беглецы уходили на Юг, в Пустошь.


Джон подумал, что парализованные рад-скорпионом люди в сарае вполне могли оказаться такими беглецами. Это значит, что он не только нашёл выживших, как обещал Мери, но и нашёл Родину Сары. Но Землю Обетованную захватила людская саранча.


— Они вернутся. Рейдеры, — Хлопотала вокруг старика девушка. — Убьют всех. Теперь и я. Два раза нет пощады. Вас тоже убьют. Они сбежали, потому что не смелые. Но в Крепости их много, позовут всех, приедут сюда. Вы их очень рассердили. Ещё им нужна ваше «Тач-ко». Не знаю, что это?


Джон махнул рукой в сторону стоящего за пологом шатра Хайвеймена.


— Уо! Не знаю, зачем им. Мы приносили из пустоши много таких, они все сердится. Ни одна не бегает. Сделали из них тоже Форталеза.


— Эта — бегает, — хмыкнул старик.


— Плохо, очень плохо. Много крови будут лить, пока не получат. Им здесь мало древнего, что есть — не работает. Если не получат, будут злы, многих убьют, — вздохнула девушка, — раньше Великих Селений было десять…


Ии ■ swe ■ -Vit -*jч 'à л Ч л! к*. /«и К§Г’ '. .,4 ; ' , ¡Г - -лДЙ!,Fallout Other,Fallout,Фоллаут,,фэндомы,Конкурсы Fallout,рассказ,Истории,Пыль и Ржавчина,Highwayman


* * *


Уложив девочку на подстилку, Джон вышел из шатра. Достал из бардачка мятую полупустую пачку «Весёлого ковбоя», вытащил сигарету и закурил. Он сидел на огромном капоте ржавого атомобиля и смотрел на заходящее кроваво-красное солнце. Хищная морда «Хайвеймена» тоже была устремлена на запад. Оказавшийся рядом голодный золотой геккон захотел было напасть на беспечно сидящего человека, но в страхе убежал прочь, неуклюже размахивая короткими передними лапками. Дым поднимался к первым сумеречным звёздам.


Из-под приподнятого полога выглянула Тамика.


- Джон? Нужно идти. Рейдеры скоро.


Коллуэл смахнул пепел на землю.


- Далеко до ближайшего селения, Тамика?


На лице девушки отразилась тревога.


- Близко. Родная деревня Тамики. Но не надо туда идти! Рейдеры за нами, никому пощады, всех убьют! Сейчас мало воинов там.


- Возьми девочку и отнеси её туда. А рейдеров я задержу. Им будет не до вас. Форталеза там? — он ткнул пальцем в скрывающийся за горизонтом солнечный диск.


Тамика кивнула.


- Я выгрузил вам воду и немного еды. Неси девочку к своим, не смей её бросать. Она, скорее всего, часть твоего племени. И помни — я спас тебе жизнь.


- Дочь Джона — моя дочь. Я сделаю, как просишь. Но Рейдеры придут.


Коллуэл выбросил пустую пачку из-под сигарет и сел за руль своей машины. Включив подаренный Сарой магнитофон, он запустил двигатели и поехал. Бархатный баритон Фрэнка Синатры начал петь «My Way». Позади атомобиля сгущалась ночная тьма.



* * *


Основная база рейдеров не зря называлась Крепостью. Сколоченный из различного хлама форт возвышался над Пустошью. Во время постройки в ход шло всё: остовы машин, листы металла, арматура, бочки… На стенах прыгали и кричали бандиты. Кое-кто пытался кидать камни, двое стреляли из луков. Тусклые прожекторы, в отражателях которых чадили масляные факелы, тщетно пытались поймать мечущийся в ночи атомобиль.


— Смотрите-ка, приехал! – раздавалось сверху.


— Сам нам свою колымагу привёз, не надо будет за ней по пустыне гоняться!


— Она нам, поди, пригодится! На байках много не увезёшь!


Несмотря на смелые выкрики, никто из рейдеров не спешил спускаться. Обломки радиаторной решётки «Крайслиса» были в крови зазевавшихся разбойников, которые не успели укрыться за стенами. Колуэлл планомерно давил колёсами тяжёлого атомобиля хлипкие палатки и оказавшихся под ними людей. Чтобы не слышать вопли противников, Джон включил магнитофон погромче и подпевал доносящемуся из динамиков Синатре.


Он огибал крепость. Один круг, второй, третий. Словно акула, серый «Крайслис» рыскал в ночи и сеял панику среди осаждённых. Они не понимали, что намерен предпринять старик, и это пугало их больше всего. На стороне рейдеров были численный перевес, высокие стены Форталезы и какое-никакое оружие. На стороне Колуэлла были лишь жажда мести и трёхтонный атомобиль.


Одна стрела прошила бедро, пригвоздив Джона к сиденью. Он стиснул зубы и обломал древко, мешавшее рулить. На боль и заливающую салон кровь он просто не обращал внимания.


Сверху упал какой-то огонёк. Раздался звон стекла, и близ машины вспыхнул огненный цветок. Правое крыло объяло пламя, но Колуэлл не сбавил хода. Грызя последние таблетки обезболивающего, он искал взглядом брешь в обороне противника.


«Возгорание моторного отсека. Передний двигатель повреждён. Система автоматического пожаротушения не функционирует. Система охлаждения не функционирует, — беспристрастно констатировал бортовой компьютер. – Включение заднего привода».


— Продержись ещё немного, старина, – процедил сквозь зубы Джон. – Вот оно.


Лучи треснувших фар выхватили участок стены на стыке двух ржавых кузовов легковушек. «Крайслис» отъехал подальше, уйдя из зоны обстрела, развернулся и встал напротив крепости.


От огня фары справа лопнули и погасли. Пахло горелой резиной и расплавленной проводкой. Джон нажал несколько кнопок под мигающим экранчиком. На дисплее возникла надпись: «Основные системы повреждены. Невозможно включить овердрайв. Высока вероятность необратимого разрушения реактора.»


Колуэлл засунул руку под приборную панель и нащупал большую лампу. Сжал её в кулаке, стеклянный сосуд лопнул с тихим хлопком. Экран погас, через секунду на нём появилось новое сообщение.


«Овердрайв активирован. Внимание: компания «Крайслис» не несёт ответственности за последствия применения перегрузки реактора. Ваш атомобиль лишён гарантии и не будет обслуживаться у официального дилера».


Стрелка индикатора нагрузки реактора поползла в красную зону, а на дисплее загорелся зелёный значок радиации.


С удвоенной прытью объятая пламенем машина ринулась на стену форта. Электродвигатели взвыли от нагрузки, а уцелевшие фары вспыхнули маленькими звёздами. На полном ходу горящий «Крайслис» врезался в крепость рейдеров, разворотив гнилые кузова легковушек. Удар был такой силы, что атомобилю оторвало крышу, оба крыла и передние колёса. Машина со свирепым рёвом двигалась по инерции вперёд, зарываясь в грунт. Буксующие задние катки взметали фонтаны песка. Большинство рейдеров в панике бегали по лагерю и кричали от ужаса, но некоторые не растерялись. В воздухе засвистели метательные снаряды.


Когда атомобиль застыл в центре форта грудой покорёженного металла, из груди водителя торчало огромное копьё и несколько стрел. Несмотря на созданную панику, во время прорыва машина задавила всего лишь пару неудачливых бандитов. Минуту оторопевшая толпа рейдеров молча смотрела на остов «Крайслиса». Затем грянули радостные голоса и улюлюканья. Люди салютовали копьями в знак своей победы над безумным стариком на ржавом рыдване.


Свет вышедшей из-за облаков луны упал на обагрённый кровью капот «Крайслиса», вспыхнул хромированный шильд. На нём было написано: «Ничто не остановит Хайвеймен». Визг умирающего счётчика Гейгера заглушил крики рейдеров и пробивающийся сквозь треск динамиков голос Фрэнка Синатры. Затем раскалённый добела реактор взорвался.


Fallout Other,Fallout,Фоллаут,,фэндомы,Конкурсы Fallout,рассказ,Истории,Пыль и Ржавчина,Highwayman

Развернуть

Fallout Other Fallout фэндомы Конкурсы Fallout Пыль и Ржавчина Highwayman 

Пыль и Ржавчина. Часть 4.

Продолжаем рассказ о непростой жизни Джона и Сары на руинах человечества. Для, тех, кто пропустил:


Первая часть

Вторая

Третья



ШЖ
if Ut :	к		
-1.4» JkmSSL '	Ik		
^ r< J		Ж- ЖГ<53^2555ЯИЬ# l¿ j^*ás¿' i	W«A i
		Ï \ ~v .ytfTi^SSjbJ	ff *,Fallout Other,Fallout,Фоллаут,,фэндомы,Конкурсы Fallout,Пыль и Ржавчина,Highwayman


Джон возвращался с охоты. В рюкзаке была тушка тощего бродячего пса и несколько плодов пустынного кустарника. Западные земли пострадали от Войны меньше, чем восточное побережье, на котором было множество крупных городов — Пустоши здесь были не такими суровыми. Он всё чаще встречал причудливые новые виды животных и растений, изменившихся под действием радиации. Правда, и следов цивилизации осталось гораздо меньше: вокруг простирались дикие равнины.


Старик достал компас и сверил маршрут. Пещера, в которой он оставил «Хайвеймен» и дочку, была северней на три градуса, но он хотел вернуться назад другим путём, чтобы чуть лучше разведать местность. Забравшись на холм, он увидел невдалеке перевёрнутый грузовик.


Похоже, когда-то давно здесь проходила крупная трасса, но ветер занёс растрескавшийся асфальт песком. Джон достал из-за спины самодельный арбалет, натянул тетиву и закрепил в ложе заточенную арматуру. Подойдя к машине, он сначала обошёл её вокруг, внимательно осмотрев находку.


Это был довоенный тяжеловоз, один из последних с бензиновым двигателем. Что-то в нём насторожило Колуэлла, и скоро он понял, что именно. Под открытым капотом древнего грузовика не было силового агрегата и передней оси. Если он разбился здесь до Войны, то его точно не оставили бы прямо посреди оживлённого шоссе выпотрошенным. Если этот автомобиль был брошен после падения бомб, то куда подевались мотор и ходовая, а точнее… кто мог их снять?


Сердце старика забилось чаще. Кажется, впервые за десятилетие странствий по этой Богом проклятой земле он нашёл выживших, не потерявших разум… если не брать в расчёт тех людей, которых Джон не смог спасти от яда рад-скорпиона. Он так и не смог узнать у девочки, кто они были и откуда пришли. Сара не помнила ни их, ни своего прежнего имени. Он не стал допытываться, чтобы не травмировать и без того пострадавшую психику девочки.


Странник заглянул внутрь просторного грузового отсека. Внутри валялись ящики. Колуэлл открыл один из них – из коробки вывалилась серая масса, которая когда-то была опилками. Джон поворошил там палкой, но, судя по всему, здесь уже тоже побывали другие скитальцы. Вдруг палка упёрлась в твёрдый предмет. Из сгнивших опилок старик вытащил стеклянную бутылку. Она была закупорена, а внутри плескалась голубоватая жидкость.


Джон поднял находку. Ничего себе – настоящая, довоенная «Нюка-кола»! Яркий пример «радиоактивного бума», который гулял по Америке до падения бомб. Силы атомного расщепления казались волшебством, способным на всё, настоящим граалем. Множество произведённых тогда вещей несли на себе значок радиации: в те времена она не пугала, а привлекала. Естественно, «Нюка-колу» не облучали при производстве – это была просто рекламная уловка. Но дети с радостью пили сладкую газировку, ожидая превращения в супергероев. Джон не был исключением. Для него «Нюка-кола» была кусочком утерянного, спокойного прошлого, далёкого счастливого детства. Найти целую бутылку среди Пустоши, вдали от городов, было большой удачей. Рука уже сама потянулась к крышке, как вдруг в голову пришла мысль: «А ведь Сара никогда не пробовала «Нюка-колу». Она почти ничего не знает о том, что было до апокалипсиса…»


Странник спрятал бутылку в сумку. Радость Сары для него ценнее ностальгических воспоминаний.


Через несколько часов Джон добрался до отвесных скал. Довольно быстро отыскав пещеру, где был оставлен атомобиль, Колуэлл встал напротив входа и просвистел простенькую мелодию. Раздалось нарастающее гудение, в темноте вспыхнуло несколько круглых фар. «Крайслис» неспешно подкатился к старику. Он сел в машину.


Джон едва различал быстрые движения ловких пальцев дочери: «Тебя долго не было. Всё хорошо?»


— Решил сходить на разведку. Нашёл кое-что интересное.


«Расскажи скорее!»


— В паре миль к югу отсюда наткнулся на брошенный грузовик. Не берусь утверждать точно, но, кажется, мы нашли других разумных людей.


«Они хорошие?»


Вопрос поставил старика в тупик. За годы поисков он успел повидать многое и знал, что Пустоши способны превратить в животных даже тех, кто выжил в ядерном Апокалипсисе. Помедлив, он сказал:


— Конечно хорошие, милая. В этом чёртовом мире осталось слишком мало людей, чтобы они ссорились друг с другом. Единственный шанс выжить – сплотиться. Это понимает любой, кто имеет хоть каплю мозгов.


Этот ответ успокоил ребёнка.


«Я прочитала последнюю книжку. Ты принесёшь мне ещё? Мне нравится читать.»


— Ты осилила «Математические начала» Хоббса? Подумать только, это ведь первый курс физмата… Конечно, дорогая, я достану тебе новых книг. А за такое старание я принёс тебе кое-что.


Колуэлл открыл найденную бутылку. Крышка отлетела в песок с лёгким хлопком. В салоне начал распространяться сладковатый запах выдохшейся газировки.


— Попробуй! – сказал Джон и протянул ей «Нюка-колу».


Девочка с интересом сделала глоток.


«Папа, как вкусно! Что это?»


— Эхо войны, дочка. Древний напиток.


К моменту, когда он закончил фразу, бутылка опустела наполовину. Девочка вернула напиток отцу.


«Спасибо! Это почти самое-самое, что я когда-либо пробовала.»


— Так почему ты не допила её до конца? – обескураженно спросил отец.


«Потому что делиться с тобой – ещё лучше.»


— Ты знаешь мои слабые места, плутовка. Признайся честно – выпрашиваешь разрешения посидеть за рулём?


«Нет, что ты, отец! Как ты мог такое подумать?» — взирал на него невинный ангельский лик.


— Ладно… Но только до Элко. И быстрее 50 миль не разгоняться!


Сара радостно захлопала в ладоши.


Fallout Other,Fallout,Фоллаут,,фэндомы,Конкурсы Fallout,Пыль и Ржавчина,Highwayman


* * *

Он плохо помнил, что было после самоубийства Мэри. В памяти остались выцветшие картинки: вот он бежит из комнаты. Вот, поскальзываясь в луже крови, катится вниз по лестнице. Держась за вывернутую левую руку, уходит из проклятого дома, оставив там вещи, прошлое и смысл жизни.


Следующие несколько лет Джон бесцельно скитался по Пустоши. Он до сих пор удивлялся, почему не сдох тогда. Ему было наплевать на здравый смысл и безопасность. Он шёл, куда глаза глядят, ел первое подвернувшееся под руку. Ночевал под открытым небом прямо в пустыне. Каждый день у него было девять шансов из десяти не дожить до следующего. Но, к своему сожалению, он доживал, и череда бессмысленных суток продолжалась.


Однажды утром он проснулся со странным предчувствием, будто ощущая чей-то пристальный взгляд на себе. Джон давно утратил страх смерти, но по телу растеклось забытое гнетущее чувство тревоги. Колуэлл открыл глаза и увидел его.


Человек стоял напротив восходящего солнца. Бьющий в глаза свет не давал разглядеть ничего, кроме чёрного силуэта. Высокий, с широкой грудью и гордой осанкой, незнакомец походил на древнее изваяние. Впервые за последнее время Джону стало не по себе.


Барахтаясь в пыли, он было пополз от незваного гостя, как вдруг тот развернулся и не спеша пошёл прочь. Колуэлл замер на мгновение, вскочил на ноги и побежал за чёрным человеком. Спотыкаясь и падая, он что-то кричал, тянул к нему грязные руки, но без толку: с каждым шагом незнакомец становился всё дальше и дальше.


Fallout Other,Fallout,Фоллаут,,фэндомы,Конкурсы Fallout,Пыль и Ржавчина,Highwayman


Он шёл за ним пока закат не окрасил Пустошь в алые цвета. Вспоминая позже их маршрут, Джон никак не мог взять в толк, почему свет всё время бил прямо в глаза, не давая присмотреться к таинственному гостю. Как он ни старался, он не мог разглядеть ни одной черты чёрного человека. Он даже не мог с уверенностью сказать, был тот мужчиной или женщиной. Только иногда на его спине мелькало какое-то выцветшее число. Щурясь, Колуэлл продолжал преследование.


Вдруг человек остановился и повернулся к нему лицом. Джон застыл на месте. Не отрывая взгляда от старика, гость протянул левую руку вбок, указывая на что-то. Старик посмотрел в ту сторону. Вдалеке виднелось большое полуразрушенное здание посреди занесённой песком деревушки. Когда Колуэлл перевёл взгляд обратно, чёрного человека уже не было.


Почти обессилевший, он добрался до руин. Перед ним высился огромный ангар, ворота которого были перевязаны ржавыми цепями.


Старик толкнул створку, и она с громким грохотом рухнула внутрь, прихватив с собой вторую. Вокруг поднялись клубы вездесущей пыли. В них Джон сумел разглядеть тёмный горбатый силуэт. Вытянув руки вперёд, он почти на ощупь пошёл к затаившемуся в глубине ангара чудовищу. Кисти упёрлись во что-то твёрдое. Опустив взгляд, Колуэлл прочитал: «Ничто не остановит Хайвеймен».


Fallout Other,Fallout,Фоллаут,,фэндомы,Конкурсы Fallout,Пыль и Ржавчина,Highwayman


* * *

Они остановились недалеко от Фаллона. Счётчик Гейгера был спокоен – похоже, этот городок был слишком мал, чтобы расходовать на него ядерный арсенал. Конечно, население сгинуло в первые часы атомного шторма, когда общий уровень радиации был слишком высок. Но теперь, спустя десятилетие, она отступила к самым крупным очагам.


Джон закинул за спину рюкзак, поправил висящие на поясе ножны с мачете, надел широкополую шляпу. Сара сидела в кресле-каталке и рассматривала развалины города в бинокль. Заметив, что отец уже уходит, она вытащила из-за пазухи мятую бумажку и протянула Колуэллу. Тот с интересом развернул листок и увидел нацарапанный карандашом список.


«Сможешь поискать эти вещи?» — спросила его Сара при помощи жестов.


— Автомобильные амортизаторы, трубы… зачем тебе это?


«Я собираю одну штуку в последнее время. Почти готово, но не хватает этих компонентов.»


— Хорошо, я посмотрю – может быть, что-нибудь попадётся. А ты пока приготовь обед. Я вернусь примерно в полдень.


«Спасибо, отец! Возвращайся поскорее».


В городе было пусто. От деревянных домов почти ничего не осталось, лишь кое-где торчали истлевшие каркасы. Порыскав в руинах, Джон отыскал немного старых консервов, поймал пару тощих крыс и одного маленького, но упитанного кротосвина. Убедившись, что больше слоняться смысла нет, он решил сосредоточиться на списке дочери.


Львиная доля деталей оттуда нашлась в перевёрнутом «Форде». Проволоку он достал из обмотки сгоревшего генератора, а несколько подходящих металлических штырей вытащил из ржавой ограды. Набив рюкзак хламом, он отправился обратно.


Не дойдя до края мёртвого поселения, Джон остановился, как вкопанный. В центре занесённого песком перекрёстка из груды покрышек торчала труба, на которой висел какой-то предмет. Конструкция резко контрастировала с руинами вокруг и выглядела так, будто кто-то воздвиг её не так давно. Колуэлл подошёл поближе. Его худшие опасения подтвердились: на него пустыми глазницами пялился пожелтевший человеческий череп.


Дасти развернулся и поспешил назад.


Fallout Other,Fallout,Фоллаут,,фэндомы,Конкурсы Fallout,Пыль и Ржавчина,Highwayman


На обед была похлёбка из дикой капусты и пряных трав. Пока отец ел, Сара критически осмотрела находки и осталась довольна.

«Ты подключишь мне сварочный аппарат, как закончишь есть? Пожалуйста».


— Может быть ты объяснишь, что ты задумала, и я сделаю это за тебя?


«Я хочу попробовать сама. Буду осторожной. Я помню твои уроки.»


— Как скажешь.


Закончив есть, он вытащил из багажника металлический ящик и подсоединил толстые провода к клеммам реактора. Щёлкнули переключатели, сварочный аппарат загудел.


— Не знаю, что ты задумала, но тебе пригодятся струбцины. Электроды возьми из вот этой пачки. Следи за напряжением! Если старик тебе не нужен, я пока отдохну на заднем сиденье. Если вдруг что – разбуди меня.


Колуэлл забрался на задний диван «Крайслиса» и вытянул в окно ноги. Ночью они совершили длинный перегон, чтобы избежать песчаной бури, а поход в Фаллон совсем утомил старика. Как только голова коснулась свёрнутого тряпья, старик захрапел.

Девочка в каталке надела чёрные очки, заземлила арматуру и поднесла к металлу электрод.


Джон проснулся затемно. Снаружи уже не раздавался треск сварочного аппарата, лишь тихонько кипел на костре чайник. Перед огнём стояло пустое инвалидное кресло. Остатки сна тут же растворились во вспыхнувшей тревоге. Колуэлл выскочил из машины и начал лихорадочно оглядываться. Развернувшись, он вдруг наткнулся на стоящую перед ним Сару.


От удивления Джон потерял дар речи. В голове просто не укладывалось, что девочка с отнявшимися ногами смогла самостоятельно принять вертикальное положение. Потом способность анализировать увиденное вновь вернулась к нему, но удивление от этого только усилилось.


Девочка стояла, опираясь на два самодельных костыля сложной конструкции. В них были вмонтированы недавно найденные амортизаторы, шестерни коробки передач и какие-то другие детали. Руки обхватывали перпендикулярные рукоятки, а сами костыли продолжались дальше и при помощи ремней были закреплены на плечах девочки – так, чтобы стоя была возможность освободить предплечье и кисти. К каждой ноге был прикреплён шарнирный каркас из сваренных арматур. Вдоль бёдер блестели маслом моторные цепи и змеились яркие пучки проводов. Пока дипломированный инженер ходил на охоту, ребёнок собрал себе нечто вроде экзоскелета.


«Смотри, отец! Я могу ходить!» — Тонкие кисти Сары сжали ручки. Поочерёдно нажимая кнопки на них и передвигая костыли, она сделала сначала один неуверенный шаг, затем второй. На третьем шаге электромоторы за спиной издали стрёкот.


«Аккумуляторы разрядились» — раздосадовано объяснила девочка – «Высадила, пока тренировалась. Их хватает минут на пятнадцать. Потом нужно подзаряжать. Хочу сделать питание от машины. Поменяй, пожалуйста, батареи.»


Поражённый происходящим, старик вытащил из сумки тяжёлый аккумулятор и поставил запасной. Не спеша передвигая ноги при помощи электромоторов, Сара подошла к «Хайвеймену», открыла дверь, встала спиной к атомобилю и зажала две кнопки одновременно. Колени согнулись и она плавно опустилась в кресло. После этого она сложила костыли так, чтобы они не мешали сидеть.


«Я увидела похожее устройство в старом научном журнале, который валялся в багажнике, месяцев 5-6 назад. С тех пор собирала разные узлы из того, что ты находил в пустыне. Сегодня смогла доделать. Нужно много настраивать».


— Это просто потрясающе. Ты – просто потрясающая. Я читал, что экстремальные условия могут быть катализатором развития, но… Чёрт возьми, это просто фантастика!


Даже в тусклых отблесках костра было видно, что девочка покраснела от слов Колуэлла.


«Я училась у тебя, отец. Всему, что я знаю, я обязана тебе. Когда несколько лет назад ты нашёл меня, я даже не умела читать.»


— Ты впитываешь знания, как сухая тряпка – утреннюю росу. Даже в лучшие свои годы я был по сравнению с тобой полным кретином. Подумать только, нечто подобное я мог собрать в лучшем случае лет в двадцать — и то, если б додумался.


«Ты починил «Хайвеймен». А без него я бы никогда не смогла ходить. Да мы бы вообще не встретились.»


— Да уж, мы многим обязаны древнему «Крайслису», – Джон с улыбкой погладил шершавое крыло. – Он не в первый раз вытаскивает меня из передряг…


ü	. 1 11 1 ■
M- и,Fallout Other,Fallout,Фоллаут,,фэндомы,Конкурсы Fallout,Пыль и Ржавчина,Highwayman


* * *

Работа поглотила его с головой. Найденный им в заброшенном ангаре «Хайвеймен» оказался сильно разукомплектован, но самый важный элемент – реактор – был на месте. Нужно было не только найти недостающие детали, но ещё и разбудить ядерное сердце древнего атомобиля. Подробные инструкции, найденные в ящиках ангара, помогли разобраться в сложном строении стального зверя.


Бывший инженер не мог поверить в свою удачу. «Крайслис Хайвеймен» – первый и единственный серийный автомобиль с электродвигателями взамен традиционного ДВС и ядерным реактором вместо бензобака. Небольшая их партия была выпущена незадолго до Войны и моментально разошлась по коллекциям и музеям – а значит, по крупным городам, которые превратились позже в радиоактивную зону отчуждения. Когда Джон разглядывал фотографии атомобиля в журнале «Наука», он воспринимал его лишь как интересный феномен – первый мирный атом, который поставили на службу не общества, а отдельно взятого человека. Увидеть его воочию даже в довоенном мире было событием маловероятным.


Судя по всему, хозяин ангара любил технику и сторонился людей, раз решил привезти «Хайвеймен» в такую глушь. Похоже, ему не хватило денег на готовую машину – или они просто закончились к тому времени, но так или иначе он выписал с завода основные детали и задумал собирать атомобиль самостоятельно. Война нарушила его планы.


Нефтяной кризис, породивший «Хайвеймен» и развязавший Войну, ещё до судного дня заставил многих бросить свои машины. Топлива не хватало, количество автомобилей резко сокращалось год от года. Уже во времена студенчества Джона и Мэри позволить себе личный транспорт могли только самые обеспеченные люди. А после того, как на просторах США обильно стали расти грибы атомных взрывов, немногочисленные машины превратились в груды металлолома. Нежная электроника сложного топливного впрыска не выдержала электромагнитного скачка. А карбюраторные двигатели канули в Лету задолго до Войны.


«Крайслис Хайвеймен» тоже был изрядно напичкан электрикой, но в силу её близости к работающему ядерному горнилу, вся первая партия комплектовалась не полупроводниками, а лампами. Они были приспособлены к капризам реактора. Это позволило сердцу атомобиля пережить взрывы боеголовок.


Конечно, обмотки ходовых электромоторов сгорели, все резиновые уплотнения рассохлись, ходовая была не собрана. Но это был лишь вопрос времени и терпения. А этого у Джона было навалом.


По крупицам Дасти Коллуэл собирал «Крайслис» из праха. Еда и сон отошли на второй план. Всё время, что он не тратил на поиск запчастей, Джон проводил в ангаре, рядом с «Хайвейменом». Он перематывал катушки, ставил подходящие колёса, протягивал провода и магистрали. В его жизни снова появился смысл. Больше всего он боялся, что не сможет запустить ядерный реактор.


Сердце старика готово было выпрыгнуть из груди, когда пальцы легли на ключ в замке зажигания. Нервно сглотнув, он повернул стальную пластинку в положение “ON”. Щёлкнули механические затворы, выводящие стержни замедлителя из активной зоны. Несколько долгих секунд ничего не происходило – только кровь стучала в ушах. Джон услышал нарастающий под капотом гул, журчание циркулирующей охлаждающей жидкости. А потом в полумраке ангара вспыхнули круглые фары.


Fallout Other,Fallout,Фоллаут,,фэндомы,Конкурсы Fallout,Пыль и Ржавчина,Highwayman


Следующая часть будет заключительной.

Развернуть

Fallout фэндомы Конкурсы Fallout Fallout Other Пыль и Ржавчина Highwayman 

Пыль и Ржавчина. Часть 3.

Судя по реакции, или текст не очень, или читать на реакторе не любят, но так как я не кармодрочер, меня это всё равно не остановит. Вот тут - начало, тут - вторая часть. А мы возвращаемся в Пустоши...


Fallout,Фоллаут,,фэндомы,Конкурсы Fallout,Fallout Other,Пыль и Ржавчина,Highwayman


* * *

Он назвал её Сарой. Общаться им было нелегко. Отчасти из-за разницы в возрасте, отчасти из-за того, что девочка была немой – судя по всему, от рождения. Она понимала то, что говорил Джон, а вот он улавливал только самые простые жесты. Ситуацию усугублял тот факт, что, выражая свои мысли, девочка импровизировала на ходу. Впрочем, она оказалась достаточно смышлёной и любознательной.


Слабость ещё давала о себе знать. Чтобы полностью восстановиться, Саре приходилось много спать. Девочке быстро надоедало это занятие, но стоило сесть, как у неё тут же начинала кружиться голова, и она невольно снова принимала горизонтальное положение. Чтобы развлечь дитя, Колуэлл рассказывал ей те сказки, которые помнил сам. В глазах Сары Джон читал, что она не понимает, что такое «птичка», «кролик» или «лиса», поэтому ему приходилось перекраивать старые истории на новый лад. Он долго ломал голову, кем из пост-ядерной фауны заменить добрых зверушек, и так и не придумал, остановившись на довольно общем понятии «люди». Зато замена волку нашлась легко – в каждой истории это был огромный рад-скорпион. Сара пряталась под одеяло каждый раз, когда в «Трёх людях и рад-скорпионе» хвостатый монстр пытался сдуть ветхие хижины, и неизменно улыбалась, когда в конце он падал в костёр.


Через неделю она попыталась встать. Свесив ноги с дивана «Хайвеймена», она оттолкнулась от кузова…


…и упала. Старик бросился к ней. Лежащая в пыли девочка удивлённо смотрела на отказавшиеся подчиняться ноги.


Джон взял её на руки. Её колени согнулись безвольно под действием силы тяжести, будто два механических шарнира. На глазах девочки выступили слёзы, она начала вырываться, требуя, чтобы Колуэлл снова поставил её на землю. Опираясь на него, Сара снова попробовала встать на ноги.


Она падала раз за разом. По грязным щекам текли солёные ручьи, на коленях и локтях появились синяки, но Сара не сдавалась. Джон хотел как-то помочь ей, но она лишь со злостью отталкивала Странника, пытаясь встать самостоятельно. Старый инженер не находил себе места, смотря как мучается ребёнок, но он был бессилен. Похоже, что яд скорпиона парализовал ноги девочки, сделав её калекой. Джон не знал, как помочь Саре – он даже не мог придумать, как объяснить ей это.


Когда закатное солнце начало опускаться за горизонт, Сара прекратила попытки. Она сидела перед машиной и плакала, уткнувшись в колени. Рядом с ней в пыли валялись все конфеты, которые нашлись в багажнике «Хайвеймена». Давно на сердце у Коллуэла не было так тяжело.


Джон подошёл к ребёнку и сел рядом. Сара опустила голову ему на плечо. Откинувшись на старый атомоход они смотрели, как алый диск погружается в чёрную кромку Пустошей.


Fallout,Фоллаут,,фэндомы,Конкурсы Fallout,Fallout Other,Пыль и Ржавчина,Highwayman


* * *


Джон пересчитал связанных за хвосты крыс. Шесть штук. Грызуны попались на удивление упитанными – даже огромными. Если высушить мясо, его хватит дней на пять, а то и на неделю.


— Отличный улов, Мэри! А у меня только парочка. Похоже, охотник из тебя лучше, чем из меня.


— Мне просто повезло, — улыбнулась ему супруга, — да и юность среди скаутов не прошла даром. Думаю, в этом корыте мы больше сегодня не наловим.


— Согласен. Вернёмся обратно в рубку!


Супруга закинула улов за спину, и они полезли по ржавой лестнице вверх. Когда оба почти выбрались, одна из ржавых скоб отвалилась вместе с куском стены, и Мэри полетела обратно в трюм выброшенного на берег корабля. Гнилой пол под ней с треском провалился. Женщина, ободрав правое предплечье о металлический край, исчезла в темноте.


Ладони погрузились в мягкую тёплую грязь. Вокруг царила кромешная тьма, и только сверху из дыры пробивался солнечный свет. Отвратительно пахло гнилой рыбой, водорослями, сыростью. Пошарив вокруг себя, Мэри не нашла ни связку крыс, ни своё копьё, и выругалась.


— Мэри! – испуганный голос мужа звучал как будто за тысячу миль от неё. – Ты жива? Не двигайся, я вытащу тебя оттуда!


Женщина вытащила из-за пояса один из фальшфейеров и дёрнула за верёвку. Пиропатрон зашипел, осветив всё вокруг алым пламенем. Она попала в полузатопленное помещение. По стенам и потолку расползалось огромное количество труб, в центре высились, вероятно, силовые установки. Ступни скрывала тёмная склизкая дрянь. Мэри стало не по себе, хотя за годы странствий по Пустоши она видела куда более жуткие картины.


— Я в порядке, милый, — откликнулась она. – Вроде, ничего не сломала. Это какая-то техничка, судя по всему.


— Я вижу тебя! Ты на несколько этажей ниже. Сейчас, я спущу верёвку…


Край потёртого каната повис в нескольких метрах над её головой.


— Чёрт, Мэри, я не могу опустить её ниже! Погоди, я спущусь к тебе.


— Дай мне немного времени осмотреться.


Она поводила факелом вокруг себя, чтобы оценить обстановку. По трубам вокруг можно забраться на непонятные устройства, а с них, если постараться – допрыгнуть до верёвки.


Со второй попытки ей удалось залезть на один из огромных металлических цилиндров. Она встала и отряхнулась от ржавчины и грязи. Подошвам босых ног было приятно ступать по гладкому и тёплому металлу. Дыра была в каких-то полутора метрах от неё. Мэри положила догорающий пиропатрон к ногам, глубоко вздохнула, и прыгнула вперёд. Руки крепко схватили толстый канат. Дождавшись, когда верёвка перестанет раскачиваться, она сжала зубы и полезла вверх.


Джон вытащил жену, как только смог дотянуться до неё. Измазанная кровью и грязью, Мэри тяжело дышала.


— Ну вот, потеряла я наши запасы. Так что теперь у тебя на две крысы больше, добытчик.


Джон не отпускал Мэри из объятий несколько минут.


— Никогда так не делай больше. На секунду мне показалось, что я тебя потерял, и я чуть сам не прыгнул за тобой от отчаяния.


— Всё в порядке, я просто неуклюжая корова. Надо было внимательно смотреть, куда лезу. Ладно, пошли отсюда.


Через полчаса они были в рубке. Джон обработал раны Мэри. Она решила отдохнуть от приключений, а Колуэлл отправился прогуляться близ покоящегося на мели корабля.


Босые ноги утопали в мокром песке, на который лениво накатывали морские волны.


Морской бриз выветрил затхлые запахи трюма. Шелест прибоя успокаивал. Джон закрыл глаза и наслаждался тем, как ветер ласкает его загорелое лицо. Чего-то не хватало… Точно, не было криков чаек. От радиоактивной пыли птицы погибли почти повсеместно.


Когда он вернулся в рубку, Мэри сидела в за столом и рассматривал карты. На приборной панели перед ней лежали полуистлевшая толстая тетрадь, компас и атлас. Повесив крыс на торчавшую из стены арматуру, Джон обнял жену.


— Я поймал ещё несколько грызунов поблизости. А у тебя как дела?


— Нашла бортовой журнал. Кажется, это какой-то допотопный советский ледокол. Ума не приложу, как его могло выбросить на восточное побережье…


— Ушибы не сильно болят?


— Правое плечо ноет, синяк будет большой. Раны на всякий случай промыла морской водой.


— У тебя в роду точно были амазонки.


— Йод закончился! Придумал, куда двинем дальше?


— Да… дальше на юг идти нет смысла. Скорее всего, Флорида стёрта с лица земли. Перед Джексонвилем двинемся на запад. Надвигается шторм, у побережья становится небезопасно, поэтому предлагаю попытать удачу в глубине континента. Может быть, там мы сможем найти кого-нибудь…


— Мы уже нашли однажды.


— Не напоминай! Не знаю, в какой дыре пересидели взрывы те выродки, но лучше бы они оттуда не вылезали. Это уже не люди, Мэри, это безмозглые варвары, приматы. С ними нельзя найти общий язык.


— Помню, помню. Если бы не пистолет, мы бы тогда стали обедом. Впрочем, выжившим теперь пищи надолго хватит.


— Жаль, что пришлось потратить на них половину обоймы. Я так и не смог найти новых патронов… чёртово антиоружейное лобби, в восточных штатах любой ствол редкость!


— Ничего страшного. Попытаем удачи в Техасе…


Ноги Мэри подкосились и она отшатнулась к стенке. Джон успел поймать её за талию и взволнованно спросил:


— Эй, у тебя всё в порядке?


— В глазах потемнело… и подташнивает. Похоже, я подхватила морскую болезнь, – она слабо улыбнулась. – Скорее всего, перегрелась на солнце.


— Бедолага… — Джон подхватил жену на руки и отнёс к спальникам. – Отлежись в прохладе, а вечером выдвинемся в путь. Сейчас принесу тебе воды.


— Спасибо, дорогой. Как хорошо, что ты рядом…


Fallout,Фоллаут,,фэндомы,Конкурсы Fallout,Fallout Other,Пыль и Ржавчина,Highwayman


***


Сара сидела на крыле «Хайвемена» и увлечённо смотрела, как Колуэлл копался под капотом атомобиля. Рядом с машиной стояло самодельное инвалидное кресло. На многие мили вокруг простирались высохшие соляные озёра Невады.


— … а вот это называется триод, – старик передал девочке небольшую стеклянную колбу с штырьками. – Он нужен для того, чтобы стабилизировать напряжение реактора. Без этой маленькой штучки наши ходовые двигатели сгорят в один момент.


Она взяла лампу и повертела её в руках.


«Забавная», — прочитал Джон в комбинации жестов придуманного ими языка.


— Довольно редкая штука, – ответил ей Странник. — У нас есть парочка запасных, но лишними они не бывают.


«Как и всё в Пустоши. Кроме неприятностей», – улыбнулась девочка.


Колуэлл вернул деталь на место.


— Не устала ещё от моих рассказов?


«Нет. Мне нравится тебя слушать. Интересно. Посмотри, что я собрала».


Сара вытащила из набедренной сумки небольшую смотанную проволокой коробочку, из которой торчали два провода. Она протянула контакты Джону.


«Подключи к питанию».


Колуэлл сунул оголённые концы проводов в свободный разъём. Девочка нажала на кнопку, и из коробочки сквозь треск и шелест полилась музыка. Старик не слышал её с довоенной поры.


— Синатра…


Сара положила самодельный электрофон перед ним и сделала несколько пассов руками.


«Подарок».


Джон думал, что десять лет в Пустошах высушили его слёзы, но ошибался.


«Сегодня ровно год, как ты спас меня, Отец. Прости, что от меня мало пользы. Я научусь делать вещи больше».


— Ты лучшее, что я когда-либо находил в Пустоши, Сара, – старик обнял девочку. – У меня тоже есть кое-что для тебя. Садись в машину.


Девочка ловко извернулась на крыле и, схватившись за крышу «Крайслиса», скользнула внутрь атомобиля через окно. Джон убрал коляску в багажник, подошёл к Саре.


— Двигайся! Сегодня это моё место.


Глаза Сары округлились, но она выполнила приказ отца, переместившись за руль. Мужчина сел рядом.


— Снова дать тебе возможность ходить я, увы, не в силах. Зато могу научить ездить. Хочешь попробовать?


«Я не смогу!» — ребёнок был напуган и заинтригован одновременно. – «Как нажимать тормоз и газ?»


— Я это предусмотрел. Приглядись!


Сара опустила взгляд под руль и заметила, что к обеим педалям были приделаны тяги, уходившие под приборную панель.


— Повышать напряжение в двигателях, увеличивая скорость, теперь можно с помощью вот этого рычага. – Джон показал на торчащую справа от руля трубу с набалдашником. Чтобы тронуться, сначала поверни ключ в замке зажигания. Слышишь, как загудел под капотом проснувшийся реактор? Теперь нажми на ту кнопку с надписью «Ride» и немного опусти рычаг. Давай, не бойся!


Двигатели взвыли, и атомобиль резко дёрнулся вперёд.


— Полегче, гонщица! Здесь 200-сильные электромоторы, с ними нужно работать более плавно. Почувствуй, как рычаг влияет на скорость. Попробуй немного порулить. Тут не во что врезаться – смелее!


Тяжёлый «Хайвеймен» летел по дну высохшего озера словно древний линкор. Из-под колёс вылетала соль, а стрелка спидометра медленно ползла к отметке в шестьдесят миль в час.


— А теперь притормози! Для этого потяни на себя вот эту ручку. Только чуть-чуть, иначе нас занесёт!


На этот раз Сара была аккуратней. «Крайслис» плавно сбавил скорость.


— Пока ты держишь тормоз, колодки мешают колёсам вращаться, и машина замедляется. Чем больше натянута ручка, тем сильнее прижаты колодки. Если хочешь снова разогнаться, отпусти тормоз и добавь газа. В общем-то всё. Следи за показаниями приборов: важнее всего индикатор нагрузки. Если стрелка в красной зоне, значит с реактором что-то не так. Об этом я расскажу тебе позже, а пока – можешь делать что хочешь. Покатай своего старика!


Сара моментально освоилась с управлением трёхтонной махиной. С лица девочки не сходила счастливая улыбка, когда она маневрировала между воображаемыми препятствиями или тормозила с заносом. Она словно слилась с ржавым атомобилем и смаковала власть над мощью стального скакуна. Впервые за это время Сара забыла о том, что она калека. Вместо ног на несколько часов у неё выросли крылья.


Они катались до самого заката. Горячий от долгой гонки «Крайслис Хайвеймен» остановился. Джон вышел из машины, чтобы достать из багажника спальные мешки. Когда он вернулся, Сара уже спала, облокотившись на руль. Он укрыл её, а сам забрался на крышу атомобиля и расстелил спальник. Старик лежал на спине и смотрел на только появляющиеся в вечерних сумерках звёзды.


Fallout,Фоллаут,,фэндомы,Конкурсы Fallout,Fallout Other,Пыль и Ржавчина,Highwayman


* * *


От боли Мэри стиснула зубы так, что из десён начала сочиться кровь. Она старалась не закричать, чтобы не разбудить Джона. Иначе он опять будет бегать вокруг в бессильных попытках облегчить её муки. Это будет уже четвёртая ночь без сна. Мэри старалась перетерпеть в надежде, через несколько минут боль снова отхлынет.


Её выдал кашель. Громко отхаркивая кровь, она согнулась пополам от судорог. Лежащий рядом муж моментально вскочил на ноги и бросился к супруге.


— Я в… порядке, – прохрипела женщина, приподнимаясь с кушетки на локтях. – Ничего страшного, просто в горле запершило.


— Вижу… руки в крови. Мэри, давай ты примешь ещё обезболивающего? – Джон достал из рюкзака пачку медикаментов. На ладонь выкатилось несколько таблеток.


— Это последние. Давай припасём их.


— Я найду ещё. Завтра я пойду в город и отыщу аптеку. Там будет лекарство.


— Джон! Перестань нести чушь. Ты прекрасно знаешь, что даже до Войны от такого облучения не было лекарства. Не вижу причин, почему оно должно появиться после. Если ты отправишься в город, у нас будет двое умирающих.


— Но я не могу смотреть, как ты страдаешь!


— Рано или поздно это должно было случиться… Обещай мне, что не будешь делать глупости, когда меня не станет.


— Не говори об этом. Чёрт возьми, ты ещё жива! Я не хочу оставаться один в этом проклятом мире, без тебя!


— Я буду с тобой. Здесь, – она коснулась груди Джона, а затем его головы, – и здесь. Не забывай обо мне, и я всегда буду рядом.

Он по привычке погладил её по голове. На руке осталась прядь выцветших рыжих волос. Из покрасневших от бессонницы глаз Джона хлынули слёзы, и он, рыдая, обнял супругу.


— Почему это случилось с тобой, а не со мной?


— Это как раз к лучшему. У тебя больше шансов довести наше дело до конца. Найди других выживших. В убежищах или на окраинах… где-то должны остаться разумные люди. Мы не могли остаться одни. Пообещай мне, что будешь продолжать искать.


— Зачем мне они, если не будет тебя?


— Обещай!


— Хорошо… Я буду искать, пока не сдохну в этой проклятой Пустоши от радиации и одиночества. Ради тебя.


— Мне нужно, чтобы ты сделал ещё кое-что. У нас остались патроны к пистолету?


— Что? Зачем тебе… не-ет, замолчи! Даже слышать этого не хочу!


— Джон, мне становится хуже и хуже. Я всё равно долго не протяну. Каждый час болезнь гложет меня изнутри, и обезболивающие уже не помогают. Не знаю, сколько ещё я смогу быть в сознании. Сделай мне последний подарок…


— Нет! Ни при каких обстоятельствах, нет! Я не стану убивать тебя, даже если ты будешь умолять об этом! Мэри, я люблю тебя больше всего на свете!


— Скоро я буду корчиться в муках и кричать от боли. Сколько ещё выдержит моё сердце – несколько часов, сутки, двое? Тебе придётся смотреть на это, потому что я знаю, что ты не бросишь меня. Джон, я прошу, будь милосердным к нам обоим и поставь точку, пока это не началось. Я очень не хочу, чтобы последним в этом мире для меня стала агония.


Он отшатнулся от неё, как от призрака. Она и была сейчас больше всего похожа на призрак – впалые щёки, серая, покрытая пятнами кожа, выпадающие волосы. Радиация не пощадила Мэри. Но Джон не видел всего этого – для него она оставалась той красавицей, в которую он влюбился с первого взгляда.


Колуэлл бродил по комнате разрушенного загородного дома, бессмысленно смотря на стены. Жена сидела на кушетке, откинувшись на спинку. Время от времени ночную тишину нарушал задыхающийся кашель. После очередного приступа Джон не выдержал, вытащил из потёртой кабуры пистолет и направил на Мэри.


Несколько минут он стоял, держа оружие на вытянутых дрожащих руках. Из зажмуренных глаз текли слёзы. Потом он бросил пистолет на пол и сел на кровать, обхватив голову руками.


— Прости меня, Мэри, я… я тряпка, всегда был тряпкой. Я не могу нажать на спусковой крючок.


— Иди сюда, милый, – обхватила она его плечи и положила голову ему на плечо. — Всё в порядке. Это правда была глупая затея, её родил мой подкошенный болезнью разум. Минутная слабость. Прости меня. Есть идея получше. Помнишь, я бросила курить ради тебя в институте?


— Конечно помню, солнце…


— Пара сигарет скрасят оставшееся мне время. Ты же не будешь на меня сердиться, если я закурю напоследок? Я видела пачку «Весёлого Ковбоя» в кухонном ящике на первом этаже…


— Всё, что угодно, любимая. Сейчас, одно мгновение, я принесу тебе сколько угодно!


Поцелуй Мэри был долгим и глубоким, как самый первый. На губах Джона осталась кровь. Вскочив на ноги, он бросился к лестнице и побежал по ступенькам вниз.


Оказавшись на кухне, он начал открывать все ящики подряд. Слабый лучик фонаря с ручной подзарядкой выхватывал пыльную посуду, полуразложившиеся картонные коробки, жестянки… Ага, вот оно! Обрадованный Джон схватил мятую пачку довоенных сигарет и повернулся обратно к лестнице.


Раздался выстрел. Рука Джона инстинктивно метнулась к кобуре на поясе. Колуэлл побелел. Фонарик упал на грязный кафель и погас.


Fallout,Фоллаут,,фэндомы,Конкурсы Fallout,Fallout Other,Пыль и Ржавчина,Highwayman


* * *


Продолжение, как обычно, следует, несмотря ни на что =)

Развернуть

Fallout Other Fallout фэндомы рассказ story Пыль и Ржавчина Highwayman Конкурсы Fallout 

Пыль и Ржавчина. Часть 2.

По просьбам читающих выкладываю продолжение предыдущей части рассказа.


* * *


Fallout Other,Fallout,Фоллаут,,фэндомы,рассказ,Истории,Пыль и Ржавчина,Highwayman,Конкурсы Fallout

У ребёнка был жар. Юный организм безуспешно пытался сопротивляться яду. Температура росла, девочку постоянно тошнило, мышцы сокращались от судорог. Для превращения жертвы в живые консервы требовалось больше отравы, чем успел впрыснуть под кожу рад-скорпион, однако её вполне хватало, чтобы убить организм со слабым метаболизмом.


Джон выбросил хлам с заднего сидения «Хайвеймена» и положил туда девочку. Не требовалось диплома врача, чтобы понять: у спасённой от монстра оставались считанные часы. Но Колуэлл не собирался сдаваться так просто. Жизнь в пустошах кое-чему научила его.

Старик решил оставить её на какое-то время. Это было рискованно: вдруг поблизости окажется ещё одна тварь? Но выбора не было. Смочив из фляги оторванный рукав рубашки, Джон сделал девочке компресс. Запер машину, снова достал спасший его недавно нож и пошёл обратно к пожарищу.


Из-за температуры рядом с горящим амбаром было невозможно стоять. Слышно было, как лопались внутри многочисленные скорпионьи яйца и падали обугленные доски. Раскалённый трактор дымился.


Наконец, среди пыли и сажи старик увидел то, что искал – раздавленного им раньше детёныша рад-скорпиона. Колуэлл пошёл к нему, но в нескольких шагах от трупа температура стала невыносимой. Он лёг на землю и пополз вперёд, закрывая лицо локтями. С каждым дюймом дышать становилось всё труднее и труднее. Когда борода начала пахнуть палёным, рука Колуэлла нащупала что-то липкое и горячее. Схватив мерзость, он из последних сил откатился прочь от полыхавшего перед ним ада.


Он не знал, сколько времени пролежал на земле, глядя в пустое жёлтое небо и прижимая к груди дохлого рад-скорпиона. Время шло, но сил встать не было. Когда дыхание выровнялось, Джон, превозмогая боль и усталость, сел на колени. Голова болела и кружилась от дыма. Ещё один рывок – и вот он уже на ногах. Шатаясь, он побрёл к атомобилю.


Свежий воздух вдали от пожара придал сил. Опираясь на крыло «Хайвеймена», он добрался до багажника. В мутном потоке сознания Джона мелькали мысли: «Где-то здесь валялась бутылка со старым виски… Ага, вот она. Довоенный Джек Дэниэлс, ещё нераспечатанный». Он припас его на годовщину свадьбы, но сейчас им придётся пожертвовать.


Джон отрезал хвост от ошмётков тельца рад-скорпиона и выбросил труп в кусты. На ржавом капоте он покромсал жало на небольшие кусочки, откупорил виски и запихнул их через горлышко в бутылку. Взболтав содержимое, Джон склонился над умирающей девочкой и приложил сосуд к её губам.


Колуэлл поил ребёнка противоядием каждые полчаса. Он не знал, доживёт ли она до следующего приёма антидота. Поначалу её самочувствие улучшилось, но через час рвота усилилась, а температура снова подскочила. Джон перевернул её на бок, чтобы она не захлебнулась, и менял компрессы, когда те высыхали. Запасы воды подходили к концу, но он не считал капли.


К ночи девочке стало совсем плохо. Она практически не дышала и лишь изредка тихо постанывала. Снятый с радиатора «Хайвеймена» датчик температуры, который старик приложил ко лбу ребёнка, выводил на экран неутешительную цифру в 106 градусов по Фаренгейту. Если он не найдёт быстрый способ сбить температуру, девочка не доживёт до ночи.


«Что же делать… Чёрт возьми, Колуэлл, ты не медик» — клял он себя, сжав зубы и упёршись кулаком в лоб. – «Ты не медик, но ты чёртов инженер. Докажи, что не зря просиживал штаны в МИТе, сделай уже что-нибудь. Нужно достать что-то холодное, но откуда его взять посреди долбанной пустыни!»


От злости старик ударил кулаком по приборной панели «Крайслиса». Экран «Хайвеймена» моргнул, и на нём появилось сообщение: «Система охлаждения исправна и готова к работе». Джон уставился на монитор.


— Дьявол, вот оно! – закричал он, подпрыгнув на сиденье. – Я идиот!


Вооружившись несколькими гаечными ключами и мотками трубок, Джон полез под капот. Он резал и кромсал, стягивал резиновые кишки и металлические трубы хомутами. Отсоединял клеммы, а где не мог – рвал провода. По локоть в машинном масле, он напоминал безумного хирурга, который делал полевую операцию.


Через некоторое время девочка лежала, укутанная сотней пластиковых капилляров, а над ней висел снятый с ходовых двигателей вентилятор, наспех прикрученный к крыше проволокой. Джон завёл атомоход. Пропустив несколько сообщений о неполадках, он нажал на педаль.


Чем сильнее грелся ядерный реактор под капотом, тем эффективнее работала система охлаждения. Джон постепенно увеличивал нагрузку. Ходовые электродвигатели были отключены: чтобы обмануть компьютер, Колуэлл замкнул контакты. Через несколько минут по трубкам вокруг ребёнка начал струиться прохладный фреон, а лопасти над головой создавали движение воздуха. Сам того не зная, «Хайвеймен» спасал дитя. Нужно было погонять атомоход в таком режиме хотя бы несколько часов, чтобы организм девочки взял ситуацию под контроль.


Проблема была лишь в том, что реактор нагревался сильнее и сильнее, так как вся система охлаждения была пущена в обход двигательного отсека. Каждая секунда работы атомобиля без хладагента увеличивала шансы на выживание девочки, но сокращала жизнь «Крайслиса». Компьютер «Хайвеймена» просто сошёл с ума: несмотря на то, что все вентиляторы функционировали при максимальной нагрузке, температура реактора продолжала расти. Когда сработали аварийные термостаты, компьютер попытался отключить реактор, но смог лишь вывести очередное сообщение об ошибке: предусмотрительно снятое реле лежало в кармане у Колуэлла.


На приборной панели начала мигать лампа перегрева. Джон помнил инструкцию: в ней нарисованный человечек выпрыгивает из атомобиля, а на следующем кадре убегает от ядерного грибка. Странник перешёл ту черту, когда реактор не просто работал на износ, но мог в любой миг начать разрушаться.


«Ещё десять минут, – как мантру шептал Джон сам себе, – нужно дать ей чуть-чуть времени. Держись… Держись!»

Когда он отпустил педаль, капот дымился. Пахло расплавленной проводкой. Бортовой компьютер перестал тратить время на вывод сообщений о повреждениях и просто горел алым значком радиации. Затухающее гудение переходящего в спящий режим реактора сопровождалось потрескиванием остывающего металла.


Джон повернулся к девочке и склонился над ней. Покрытая трубками грудь размерено вздымалась, дыхание было ровным. Ребёнок тихо спал. Откинувшись на спинку водительского сиденья, Странник последовал её примеру.


* * *


То, что изначально Убежище разрабатывалось под проживание нескольких сотен человек, имело свои плюсы и минусы. Запасов еды и медикаментов было достаточно, но поддержание в работоспособном состоянии даже основных систем требовало огромного количества сил и времени. Впрочем, чего-чего, а последнего у них было в избытке.


Они довольно быстро смирились с мыслью, что планета сгорела в пламени ядерной войны. В конце концов, не так уж много связывало их со старым миром: они находили утешение друг в друге и в библиотеке Убежища. Гораздо больше угнетало абсолютное отсутствие информации о том, что творится на поверхности. Сгинувшее правление института решило сэкономить на внешних датчиках, поэтому Джон и Мэри словно находились в футляре: они были слепы и глухи к внешнему миру. Единственной оставшейся ниточкой было радио. Но оно издавало только треск помех.


— Тебе не кажется, что самое время подумать о семье? – спросила его Мэри, передавая отвёртку. От неожиданного вопроса Джон выронил плату, которую собирался установить в вычислительный центр.


— Я думал, что ты не хотела детей. Довольно странное время для того, чтобы вить гнёздышко на обломках погибшей цивилизации, не считаешь?


— Знаешь, это было до того, как я осталась последней женщиной на Земле.


— У нас нет уверенности в этом. Возможно, где-то есть ещё выжившие…


— Не будь занудой. Точной информации об этом нет и, вероятно, никогда уже не будет. Нужно отталкиваться от того, что кроме нас никого не осталось. А в этом случае нам ничего не остаётся делать, как выживать, плодиться и размножаться.


— Аминь. Но через несколько поколений кровосмешения начнётся генетическая рецессия. А запасы пищи кончатся ещё раньше…


— Рано или поздно нам придётся выйти. Но если это сделают наши дети, то у них гораздо больше шансов выжить во внешнем мире.


— К тому моменту, когда уровень радиации снизится, мы уже будем слишком стары. Если мы научим их всему, что знаем, у них будет больше шансов найти других людей. Наверняка же есть другие Убежища… Да, в этом есть смысл.


— Выходить наружу сейчас – самоубийство. А сидеть просто так, сложа руки – бессмысленно.


— Согласен. А ведь ещё несколько лет назад ты хотела посвятить себя науке, с насмешкой смотрела на молодых мамаш!


— Если мы не возьмёмся за дело, очень скоро наукой заниматься будет просто некому.


Fallout Other,Fallout,Фоллаут,,фэндомы,рассказ,Истории,Пыль и Ржавчина,Highwayman,Конкурсы Fallout


* * *



Джон кормил её разведённым сухим молоком и вяленым мясом. Поев немного, она проваливалась в пучину беспамятства. Слабость от сильного отравления давала о себе знать. Старик следил за девочкой, хотя опасность миновала: ей просто необходимо было время на восстановление. Дитя дремало тихо, лишь иногда посапывая. А в это время Дасти Колуэлл ремонтировал «Хайвеймен».


Тяга от трактора встала почти без переделок. А вот с реактором пришлось повозиться. Остатки хладагента в рубашке охлаждения выкипели, серьёзно повредив её. Повезло, что не пострадала внутренняя оболочка ядерного котла: в этом случае были бы утечки радиации. Вооружившись сваркой, он начал латать свой старый атомобиль.


Вечером третьего дня Джон приладил последнюю трубку. Облегчённо вздохнув, он захлопнул огромный капот. Девочка сидела на заднем диване и удивлённо осматривалась по сторонам, прижимая к груди ветхое одеяльце.


Джон обошёл машину сбоку и открыл дверь. Ребёнок испуганно натянул одеяло на голову.


— Не бойся меня. Я друг. Всё позади. – тихо сказал Колуэлл, протягивая к ней руку.


Она осторожно опустила ветошь чуть ниже глаз.


Старик разжал кисть. На ладони лежал леденец. Девочка перевела взгляд на конфету, затем – снова на Колуэлла. Он поднёс сладость ближе, но ребёнок отшатнулся, упершись спиной в дверь. Судя по всему, дитя войны никогда не видело сладостей.


Джон взял конфету двумя пальцами. Луч солнца за спиной мужчины заставил прозрачный леденец вспыхнуть жёлтым огоньком. Девочка завороженно смотрела на этот кусочек заставшего сахара. Старик открыл рот и медленно положил его на язык, после чего сделал довольное лицо, причмокивая.


— М-м, вкусно! – сказал он и достал ещё одну конфету, которую снова протянул девочке.


Та, не сводя глаз со старика, вытащила из-под тряпок руку и быстрым движением схватила леденец, отправив его в рот. Глаза ребёнка расширились от неведомого ранее вкуса.


— М-м-м! – раздалось из-под одеяла. Через секунду оттуда снова высунулась рука. Протянутая ладошка явно требовала добавки. Контакт был налажен.


 . . . .... - ' V V . : ■ ... \ м . • •:. ... . ’■ • *. *,Fallout Other,Fallout,Фоллаут,,фэндомы,рассказ,Истории,Пыль и Ржавчина,Highwayman,Конкурсы Fallout


* * *


— Ты уверена, что нам стоит это делать? – Джон стоял перед панелью управления герметичными дверями Убежища. – Мы абсолютно ничего не знаем о том, что творится снаружи.


— У нас нет выбора. Если я не забеременела за эти три года, то не смогу и потом. Состариться и сдохнуть в этом склепе я не хочу. Надо хотя бы попытаться найти других выживших.


— Но уровень радиации над нами может быть смертельным.


— У нас есть защитные костюмы.


— Если бомбы взорвались у нас над головой, они нам не сильно помогут. Я считаю, что нам надо остаться и подождать.


— Сколько? Ещё пять лет, десять, двадцать? Джон, я не знаю, что творится наверху, но готова ручаться, что там сейчас не Диснейленд. Пока мы ещё молоды и сильны, нужно попытаться выбраться отсюда. Я не заставляю тебя идти со мной, можешь оставаться в Убежище. Если я увижу, что снаружи находиться нельзя, вернусь.


— Я не отпущу тебя…


— Тебе придётся привязать меня!


— …одну. Лучше сдохнуть наверху с тобой, чем жить под землёй без тебя.


— Спасибо, Джон. Без твоих рук и светлой головы шансы мои невелики.


— Нужно хорошенько подумать, что мы возьмём с собой…


— Я уже собрала два рюкзака.


— Чёрт возьми, Мэри, ты ведь знала, что я пойду с тобой при любом раскладе?


— Конечно знала, Джон.


— Значит, всё готово? Карты, консервы, аптечка?


— С собой. А также фальшфейеры, верёвка, рации, пять фляг с водой, спички и всё остальное с последней страницы «Вестника скаута» — кстати, его я тоже с собой захватила.


— У нас есть какое-нибудь оружие?


— Я нашла пистолет и полную обойму. Вроде бы здесь должна быть оружейная, но её, кажется, пустили под ускоритель частиц.


— Неплохо, хотя я бы предпочёл винтовку.


— Ты думаешь, наверху ещё осталось хоть что-то живое?


— Не знаю, но хочу встретиться с этим живым не безоружным.


Они некоторое время постояли молча перед дверью убежища, напоминавшей гигантскую шестерню. Потом Джон вздохнул.


— Нет смысла больше тянуть. Здравствуй, новый мир! – и нажал большую кнопку.


Fallout Other,Fallout,Фоллаут,,фэндомы,рассказ,Истории,Пыль и Ржавчина,Highwayman,Конкурсы Fallout


Продолжение, если оно кому-то нужно, следует. Мысли и впечатления, как обычно, приветствуются =)

Развернуть

Fallout Other Fallout фэндомы рассказ story Пыль и Ржавчина Highwayman Конкурсы Fallout 

Пыль и Ржавчина.

В рамках конкурса решил достать из закромов свой рассказ по оригинальной дилогии фоллаута и поделиться им с населением Джоя. Не знаю, зайдёт или не зайдёт, но я буду крайне доволен, если его хотя бы кто-то осилит и оставит фидбек. Ну, без долгих предисловий...

Fallout Other,Fallout,фаллаут приколы,фэндомы,рассказ,Истории,Пыль и Ржавчина,Highwayman,Конкурсы Fallout


Геккон на этот раз попался старый и жёсткий. Джон запил жареное мясо водой из фляги, закидал кострище песком и пошёл к машине. Грязно-серый «Крайслис Хайвеймен» стоял среди Пустоши. Три из четырёх фар были разбиты, радиаторная решётка оскалилась кривыми обломками металла. Массивные плавники заканчивались треснувшими стоп-сигналами, крышка багажника давно потерялась в странствиях. На огромном капоте красовался шильд с рекламным слоганом: «Ничто не остановит Хайвеймен».


Джон провёл рукой по шершавому кузову. Ржавый металл раскалился под палящим солнцем. Лет двадцать назад на эту развалину не позарились бы даже собиратели металлолома. Сейчас у Джона были все основания предполагать, что перед ним самая работоспособная машина на североамериканском континенте. Он сел за руль «Хайвеймена», хлопнул скрипящей дверью и повернул в замке ключ зажигания. Спящий ядерный реактор перешёл в активный режим, загудела система охлаждения. Бортовой компьютер вывел на экран основные показатели. Хозяин машины быстро пробежался взглядом по столбцу зелёных чисел и остался ими доволен. Если продолжать ездить в обычном режиме, топлива ему хватит лет на десять. А это значительно больше того срока, который рассчитывал прожить Джон. Он нажал на педаль, и атомобиль ожил.


* * *


— Здесь свободно?


— Что?! – от прикосновения чужой руки Джон Колуэлл моментально проснулся. – Я сдам лабы на следующей неделе, мистер Клауд…

Джон надел свалившиеся на стол очки и замолк на полуслове. Вместо пожилого профессора перед ним стояла студентка. Она сделала вид, будто не услышала предыдущий вскрик.


— Через пару минут звонок. Ты не против, если я сяду рядом?


Джон окинул взглядом полупустую аудиторию и промямлил:


— Да, почему бы и нет…


Незнакомка бросила сумку с учебниками под ноги и села рядом. Рыжая грива кучерявых волос дополняла симпатичное курносое лицо в веснушках. Даже строгая институтская форма не могла скрыть спортивную фигуру и внушительную грудь. Впрочем, это было неважно – наличие любой девушки на кафедре прикладной физики было чем-то из ряда вон выходящим. Шанс же того, что она подсядет к Джону, по его подсчётам, стремился к нулю. Однако…


— Ты читал последние работы Оппенгеймера младшего? Он очень убедительно выступает в защиту мирного атома, – словно продолжила прерванный разговор студентка.


— Я… конечно… то есть… вы ко мне обращаетесь? – мысли в голове Джона играли в чехарду, перескакивая от ядерной физики к взаимоотношениям полов.


— Естественно, к тебе! Мне показалось, ты умник, а не один из этих плейбоев с экономики.


— Простите?


— Мэри. Мэри Олсон, – рыжая протянула Джону руку. – Я училась на международной экономике, но тамошние тупицы вконец достали меня. Их интересуют только две вещи: курс доллара и то, что у меня под юбкой. Трём из них я дала шанс, но как можно спать с человеком, который не знает, что такое горизонт событий?


Джон уставился на Мэри, как на инопланетянина. Разум, который на раз-два решал тригонометрические уравнения, пасовал перед самоуверенной девушкой, увлекающейся наукой. «Э, ребята, – говорил мозг Джона, – давайте тут без меня. Про это я в книжках не читал».


— Колуэлл… Джон… Дасти, — выдавил он, наконец, – то есть Джон Дасти Колуэлл. Думаю, у нас вам понравится. Тут, знаете, не лазят девушкам под, кхм…


— Не будь занудой, Джон. Я не одна из тих поехавших на сексуальных приставаниях и вовсе не против покувыркаться в постели. Просто моим подружкам важно, чтобы у парня был мустанг; мне – чтобы ай-кью больше, чем у моей морской свинки. А у меня довольно сообразительная морская свинка! – хихикнула она и подмигнула Джону.


Тот захотел вставить остроумный комментарий и даже открыл рот, но, к сожалению, на этом дело застопорилось.


— …возвращаясь к теме горизонта событий. Вы знаете… я в целом считаю, что Хокинг лучше Скорца описывает эту тему… — сказал он первое, что пришло в голову. И тут же пожалел, посчитав, что сморозил чушь.


Джон украдкой взглянул на собеседницу — та слушала его затаив дыхание. Глаза Мэри блестели.


— Ну, во-первых, — выдохнул Джон. – Оппенгеймер берёт за основу морально устаревшую математическую модель теории относительности, от которой даже Эйнштейн в итоге отказался. А тот же доктор Клауд экспериментально установил, что скорость света…


Fallout Other,Fallout,фаллаут приколы,фэндомы,рассказ,Истории,Пыль и Ржавчина,Highwayman,Конкурсы Fallout


* * *


Старый атомобиль нёсся по пустынному шоссе сгинувшей Аризоны, поднимая за собой клубы радиоактивной пыли. Водитель устало глядел на дорогу сквозь паутину трещин на лобовом стекле и прислушивался к попискиванию счётчика Гейгера. Когда-то, до Войны, прибор вмонтировали в приборную панель атомобиля для того, чтобы следить за утечками реактора. Сейчас счётчик больше помогал отслеживать внешний уровень радиации и миновать встречные очаги.


Джон достал из бардачка выцветший бумажный атлас. Благодаря потрёпанной книжке ему удавалось огибать города задолго до того, как писк счётчика становился чаще и громче. Однако чёртова уйма уничтоженных ракетами военных объектов не была отмечена на картах. Наткнёшься на такой – и ночью в туалет сможешь ходить без фонарика. Дни твои будут сочтены. Старик Джон не боялся смерти, но не стремился к ней. В мире пыльных бурь, жажды и радиации выживание входит в привычку, становится образом жизни.


Коллуэл почесал колючую грязную бороду, и продолжил рассматривать атлас, изредка поглядывая на дорогу. «В этом районе не было крупных населённых пунктов. Можно попытать счастье здесь. Вдруг, кто-нибудь выжил… Так, в 6-14 ничего». Вытащив из-за уха карандаш, он поставил крест в один из квадратов, на которые был расчерчен атлас. Весь северо-западный угол карты походил на большое кладбище.


Fallout Other,Fallout,фаллаут приколы,фэндомы,рассказ,Истории,Пыль и Ржавчина,Highwayman,Конкурсы Fallout



* * *

Дверь женского общежития отворилась с предательским скрипом.


— Тихо ты! – шикнула Мэри то ли на неё, то ли на Джона. – Если разбудишь мисс Бичем, она выгонит тебя взашей!


Они тихонько прокрались по длинному коридору мимо посапывающей на стуле консьержки и, дойдя до комнаты №117, скользнули внутрь. Джон потянулся к выключателю, но подруга перехватила его руку на полпути. Он удивлённо взглянул на укутанную сумраком девушку.


— Мы же пришли сюда заниматься теорией вероятности. – он сам не понял, был это вопрос или утверждение. – Завтра экзамен.


— Заниматься будем обязательно, только учебники нам на этот раз не понадобятся…


Колуэлл почувствовал, что пальцы девушки расстёгивают пряжку его ремня. Перехватив инициативу, он поцеловал Мэри, подхватил на руки и понёс к кушетке.


— Какова вероятность того, что мы завтра сдадим теорию вероятности? – она смеялась и тёрлась об него, словно кошка.


— С нашим графиком «занятий» — невелика, – усмехнулся он. – Но если мне суждено сделать выбор между ночью с тобой и дипломом инженера, боюсь, у алтаря науки нет шансов…


— Ерунда! Ты знаешь тервер лучше преподавателя, а я… у нас впереди вся ночь. Перерывы каждый час: будешь читать мне конспекты, а я выкурю пару сигарет – и по новой, до утра!


— Чертовка! – пробурчал Джон, не отвлекаясь от застёжки лифа. – Мы же договорились, что оба бросим!


— Я удивляюсь тебе, Джон Колуэлл. Ты способен собрать осцилограф из старого радиоприёмника, но при этом не можешь справиться с бюстгальтером! – лукавая улыбка Мэри блестела в ночном сумраке.


— Не уходи от темы!


Бюстгальтер отлетел в сторону, и грудь, слегка колыхаясь, сама легла в ладони.


— Хорошо, хорошо, дорогой, раз обещала, больше никаких сигарет. Мэри Олсон держит своё слово… Ах!


Через два часа они сделали перерыв, но им было не до лекций.


— Чёрт, это было классно. Выбирая между тобой и курением, я не прогадала.


— Сколько мы с тобой вместе? Год, два?


— Я познакомилась с тобой на первом курсе… Третий год, получается.


— Как быстро летит время. Будто ещё вчера слушал ту лекцию профессора Клауда. Слушай, рыжая, а чего мы ждём? Давай поженимся?


— Джей, кроме тебя, мне не нужен ни один оболтус в целом мире, но под венец до тридцати пойду, только если мир перевернётся кверху дном, я получу на завтрашнем экзамене балл выше твоего или произойдёт какое-нибудь другое невероятное событие. Ну какая из меня жена: кроме физики и секса я ничем заниматься не умею, да и не хочу!


— Как по мне, так отличная! Ладно, будь по-твоему. Физика или секс?


Она обвила его бёдра ногами, и они слились в поцелуе.


На экзамене по Теории Вероятности не выспавшаяся, но счастливая Мэри Олсон с трудом наскребла на тройку. Джон Колуэлл был отправлен на пересдачу.


* * *


Fallout Other,Fallout,фаллаут приколы,фэндомы,рассказ,Истории,Пыль и Ржавчина,Highwayman,Конкурсы Fallout


Странник мчал сквозь небольшую рощицу из высохших, чахлых деревьев. Судя по всему, здесь когда-то был сад или фермерское хозяйство, но растительность не сумела приспособиться к новому климату. На грунтовой дороге иногда попадались пни, кустарники и камни. Мимо промелькнул полуразрушенный амбар с лежащим рядом остовом трактора, но Джон не обратил на них внимания: превратившееся в труху сено и кости скота его не интересовали. Он с тревогой вслушивался в писк счётчика Гейгера, который немного участился за последние полчаса.


Вдруг Хайвеймен подскочил на незамеченном ухабе, колёса оторвались от земли. Со скрежетом приземлившись, атомоход осел на левую сторону. Спереди появился нарастающий стук. Бортовой компьютер немного подумал и вывел сообщение: «подвеска повреждена».

Джон плюнул от досады и остановил хромающий "Крайслис". Выйдя из машины, он увидел печальную картину: левое колесо стояло под совершенно неестественным углом. Из недр багажных ящиков Странник достал домкрат. Подняв Хайвеймен достаточно высоко, Колуэлл полез оценивать поломку.


Мощный торсион подвески остался невредим, а вот верхний рычаг, на котором крепилось колесо, просто развалился от удара. У Джона была с собой портативная сварка, которая могла питаться от реактора Хайвеймена, но ржавые обломки рычага буквально распадались в труху. Как назло, подходящей железки он не припас.


В голове назойливой мухой летала идея, но Колуэлл никак не мог поймать её. Было ощущение, что он видел недавно решение этой проблемы, ещё до того, как она появилась. Только что, когда ехал мимо скрюченных стволов и заброшенной фермы… Точно! Ферма! Рядом с ней был вросший в землю трактор. В нём наверняка найдётся подходящая деталь, которую можно приварить на места оторванных креплений.


Старик выбрался из-под "Хайвеймена", достал из багажника огромный разводной ключ. Закинув его на плечо, он пошёл к амбару.

Джон протёр от пыли треснувшие очки. Когда путешествуешь по пустоши на своих двоих, а не под защитой скоростного металлического атомобиля, нужно быть готовым ко всему. Пустошь коварна и лишь на первый взгляд мертва: те существа, что пережили ядерное пекло, за несколько поколений смогли приспособиться к новому негостеприимному миру. Они стали в три раза больше и в десять – опаснее. Джону уже приходилось иметь дело с гигантскими насекомыми и животными-мутантами. В Пустоши охотник и жертва ежеминутно менялись ролями: не сожрёшь ты, так сожрут тебя.


Оглядываясь вокруг и держа наготове разводной ключ, старик приблизился к бурому от времени трактору. Судя по всему, его бросили задолго до войны, ещё когда жидкое топливо только начало дорожать. Впрочем, даже несмотря на десятилетия под открытым небом, металл был на удивление живым. Одна из мощных кованых тяг отлично подходила для ремонта "Хайвеймена". Джон накинул на головку стопорного болта ключ, потянул на себя. Как он и ожидал, за долгие годы болт прикипел к детали. Плюнув на обе ладони, Колуэлл всем весом навалился на ключ с другой стороны. Через секунду трактор сдался, болт с громким скрежетом повернулся на пару градусов. Внутри двигателя послышался странный шелест, будто древняя машина ожила от прикосновения человека. Джон моментально отшатнулся от ржавого остова. Из трещины в картере выбрался скорпион размером с кошку. Чёрный панцирь блестел на солнце, а огромный мясистый хвост с жалом на конце подрагивал и издавал стрёкот. Восемь пар алых глазок-бусинок уставились на человека. Членистоногое было готово в любой момент сделать выпад, но выжидало.


Джон на своей шкуре пробовал, насколько опасен яд даже относительно некрупных рад-скорпионов. А ещё он знал, что в гляделки у этой твари ему ни за что не выиграть. В какой-то книжке из курса общей биологии упоминалось: скорпионы паршиво видят, реагируют они больше на движение. Он медленно опустил левую руку к карману штанов, осторожно вытащил оттуда небольшой перочинный ножик и резко швырнул его. Приём удался, улетевший в канаву предмет отвлёк тварь, та бросилась в ту же сторону. Мужчина не растерялся и наотмашь ударил скорпиона тяжёлым разводным ключом. Панцирь членистоногого лопнул, забрызгав всё вокруг белёсыми внутренностями. Расплющенное паукообразное ещё некоторое время в агонии загребало лапами пыль, но скоро поджало их и затихло.

«Всё это очень плохо». – Проносилось в голове Странника. – «Пора было уходить отсюда, при том как можно скорей. Если встретишь детёныша рад-скорпиона, то поблизости наверняка будет ещё с десяток таких же, а то и сама мамаша. Скорее всего она не обрадуется, что я превратил одного из её малышей в отбивную».


Словно в подтверждение его мыслей из недр амбара послышался знакомый шелест, только гораздо более громкий.


«К чёрту трактор! Каждая секунда промедления смертельно опасна».


Нужно отходить обратно к атомоходу и уезжать отсюда, пусть даже на трёх колёсах. Судя по всему, он наткнулся на гнездо рад-скорпионов, а это не шутки.


Шелест перешёл в стрёкот. Колуэлл вскочил на ноги и бросился наутёк. За спиной раздавались щелчки взрослого рад-скорпиона, у странника не было ни малейшего желания встретиться с ним. Джон успел пробежать десяток футов, как вдруг услышал всхлип. Несмотря на опасность, он остановился как вкопанный. Стрёкот скорпиона, исходящий из руин, не прекращался. Галлюцинация? Снова этот звук! Нет, не этот, другой… но проклятые хвостатые пауки могут только шелестеть да скрежетать клешнями. Он уже слышал когда-то подобное, это…


«Плач! – осенило Джона, – это сдавленный детский плач!»


Ни секунды не раздумывая, старик развернулся на сто восемьдесят градусов и побежал обратно к амбару. При помощи ключа он раздвинул створки ворот и пробрался внутрь.


Там было жарко и темно. Глазам потребовалось некоторое время, чтобы привыкнуть к сумраку, и каждую секунду своей слепоты Джон ждал смертоносное жало. Однако сквозь полумрак начали проступать очертания предметов, а Колуэлл был ещё жив. Громкий стрёкот давил на мозг, отвлекал внимание. Преодолевая животный страх, человек двинулся вглубь амбара. Перед собой он держал разводной ключ.


Стены, бочки и ящики вокруг были покрыты молочно-белыми созревшими яйцами, внутри которых копошились многолапые детёныши. Скоро они вылупятся и им понадобится много еды…


Из разрушенной крыши на дальнюю стену падал луч солнца. Рассеянного света хватало, чтобы увидеть самку рад-скорпиона. По сравнению с ней недавно убитый малыш казался просто букашкой. Массивное тело было в длину футов шесть, а хвостом мамаша могла запросто достать до второго этажа. Каждая клешня исполинского членистоногого была способна расколоть голову человека.


Смертоносная грация порождения Пустоши гипнотизировала. Джон сам не заметил, как почти перестал дышать. Несколько секунд он разглядывал самку. Потом он снова услышал всхлип.


По бокам от рад-скорпиона в страшных, неестественных позах, лежали люди. Бледная кожа сильно натянута, лица искажены болью, глаза выпучены. Скорее всего, они были ещё живы, но парализованы. Спасти их надежды не было: самка накачала их ядом настолько, что никакое лекарство уже не поможет. Они пойдут на корм вылупившимся малышам.


Перед монстром лежала на спине девочка лет двенадцать. Она пыталась отползти от чудовища на локтях. Скорпион не пускал, держа её клешнёй за ноги. По щекам ребёнка текли слёзы, но она не кричала, а лишь тихо всхлипывала, в ужасе смотря на зависшее над ней жало. Самка не спеша, словно прицеливаясь, опускала хвост ниже и ниже.


Ядовитый шип коснулся бедра девочки одновременно с тем, как брошенный ключ лязгнул о панцирь чудовища. Джон не услышал крика, но дитя зажмурилось так, что он словно сам ощутил боль от укола и расползающегося по телу яда.


От неожиданного удара рад-скорпион отдёрнул хвост и выпустил девочку. Моментально развернувшись в сторону Джона, монстр попятился назад. Инструмент не нанёс паукообразному никаких заметных повреждений, но испугал порядочно.


План изначально был так себе. Джон привлёк внимание противника и бросился наутёк. Скорпион ринулся за ним. Нутром почувствовав приближение смерти, Колуэлл бросился влево. В дюйме от его плеча мелькнуло жало. Впереди он заметил одну из вертикальных несущих балок, на которой держалась кровля. Времени размышлять не было, от следующего выпада он спрятался за ней. Хвост скорпиона описал в воздухе дугу и с размаху воткнулся в трухлявое дерево. Джон отпрыгнул от столба, а самка дёрнула хвост, выдрав жало с куском древесины. Старик, спотыкаясь, отступал. Мамаша снова занесла хвост для удара, как вдруг подкосившаяся балка скрипнула и рухнула на членистоногое. Сверху грохнулось несколько листов железа. Это не убило чудовище, но чтобы выбраться из завала, ему необходимо некоторое время. Колуэлл уткнулся спиной во что-то твёрдое и машинально развернулся. Перед ним стояла закупоренная бочка. Между скорпионьих яиц едва читался выцветший оранжевый треугольник.


Джон не поверил своей удаче. Вытащив из-за голенища сапога длинный нож, он проткнул резервуар. Из него начала бить струйка с характерным запахом. Как он и предполагал, это оказалась топливо. Проделав в бочке ещё несколько дыр, он перевернул её и пинком отправил в сторону завала, из-под которого выбирался рад-скорпион. Странник вытащил из нагрудного кармана зажигалку, несколько раз чиркнул кремнем. Искра упала в лужу горючего у ног. Пламя побежало догонять бочку.


Завал моментально превратился в огромный костёр. Объятый пламенем Рад-скорпион вырвался из-под обломков и начал крутиться на месте, пытаясь найти выход из кольца огня. Он пищал и свистел от ожогов, скрежетал клешнями, но без толку. Тем временем огонь добрался до сухой соломы – через минуту заполыхал весь амбар. Закрывая лицо руками, Джон пробежал мимо корчащегося в муках скорпиона, взял на руки отключившуюся девочку и выбежал из горящего здания. Он слышал, как за его спиной оно обрушилось, похоронив под обломками и парализованных людей, и самку рад-скорпиона с её многочисленным выводком.


Fallout Other,Fallout,фаллаут приколы,фэндомы,рассказ,Истории,Пыль и Ржавчина,Highwayman,Конкурсы Fallout


* * *


— Профессор Клауд нас ненавидит, – пробурчала Мэри. Она сидела на чертёжном столе и болтала босыми ногами. – Он завидует тому, что у тебя молодая и красивая жена.


— Ерунда, с чего ты взяла? – ответил Джон, не отвлекаясь от показаний десятков приборов.


— А зачем он отправил нас сюда? Записывать пути нейтронов могут даже первокурсники. Дурацкий ускоритель частиц. Из-за этого эксперимента нам придётся торчать под землёй целых две недели! Почему он сам не пялится в эти мониторы сутки напролёт?


— Дорогая, пожалей старика: ему уже седьмой десяток. Даже просто спуститься сюда по лестнице, на глубину 150 метров, будет для него подвигом. А назад, боюсь, он уже не поднимется… Что такое? Мне казалось, тебе нравятся масштабные эксперименты.


— Вот именно: масштабные! А мы торчим здесь и черкаем в тетрадку циферки. Практического применения теориям Клауда нет никакого, мы с тобой просто работаем на очередную бестолковую статью этого хрыча.


— Зато нас укажут в соавторстве. Эта бестолковая статья может стать лучшей строчкой в библиографиях наших кандидатских работ.


— В моей-то уж точно, потому что пока это единственная там строчка. Да и то в перспективе.


— Отнесись к этому как к отпуску. Две недели вдали от мира, только мы вдвоём!


— Угу, ни в кино сходить, ни на пляж съездить. Хорошо ещё, что тут догадались оборудовать нормальный санузел.


— К слову, я на досуге покопался в архивах: оказывается, здесь когда-то было бомбоубежище! Похоже, Институт решил найти свою выгоду в правительственной программе и переоборудовал его в лабораторию. Это объясняет, откуда здесь столько закрытых помещений.


— Ха, а я-то думала, как это ректор смог раскошелиться на такой дворец-под-горой! Значит, хитрюга отстроился на деньги налогоплательщиков. Наверняка ещё и навариться сумел.


— Место действительно удачное. Мы так глубоко, что внешний мир почти не влияет на чистоту опытов по изучению движения частиц. Идеальный эксперимент! Что за чёрт?


— Гм? – Мэри отвлеклась от разглядывания своих пяток, спрыгнула на пол и подошла к компьютеру, за которым сидел Джон. Она ткнула пальцем в зелёный экран. – Откуда взялся этот скачок излучения только что?


— Понятия не имею. Все приборы словно взбесились.


Внезапно свет потух. Несколько секунд в лаборатории царила абсолютная тьма, после чего с характерными щелчками по очереди начали включаться светильники. Разом загудели лампы внутри заново загружающихся компьютеров.


— Что происходит? – обескуражено спросила Мэри.


— Мы только что перешли на резервное питание. — Джон старался как можно более трезво оценивать ситуацию. – Это значит, что внешний источник отрубился. Может быть, проблемы на электростанции?


— За секунду до этого был сильный выброс излучения, притом явно на поверхности.


— Совпадение? Неспрогнозированный выброс на солнце?


— Джей, чтобы приборы в этой пещере смогли засечь такой выброс, солнце должно быть на соседней улице.


— Ты права. Наверное, сбой… Нужно выбираться отсюда!


Он рванулся к выходу из комнаты, но жена схватила его за локоть.


— Постой! У меня сердце не на месте от всего этого. Давай дождёмся, когда компьютеры загрузятся, и ещё раз посмотрим на показания.

Через полчаса они молча смотрели на распечатанные графики.


— Этого не может быть, – прошептала девушка, – просто не может быть…


— Включи радио, – сипло отозвался Джон.


Супруга подошла ко встроенному в стену приёмнику и начала крутить реостат. Из динамиков доносились только помехи.


Джон включил какой-то архаичный прибор в дальнем углу зала и стучал по крупным клавишам терминала.


— Поверить не могу… значит, они всё-таки сделали это, Мэри. Они сбросили бомбы.


— Нам конец? – спросила она без дрожи в голосе.


— Пока нет. Похоже, война оживила это убежище. Если верить компьютеру, половина систем не работает – наверное, их просто демонтировали, чтобы установить здесь ускоритель. Главное, генераторы в порядке. Система очистки воздуха работает вполсилы, но она рассчитана на несколько сот человек. На нас двоих должно хватить с лихвой. Водяные фильтры попробуем запустить в ручном режиме… Нам повезло, что в момент взрыва дверь была закрыта.


— А что мы будем есть? Выходить сейчас наружу – самоубийство. Уровень остаточной радиации будет смертельным десятилетия…


— У нас достаточно еды с собой и чёртова уйма времени подумать, что делать дальше. Может быть, мы с тобой просто тронулись от сидения под землёй, и наверху всё в порядке. В этом случае через несколько дней нас хватятся и вытащат наружу, а в институтской газете появится сатирическая заметка про двух жертв холодной войны.


Мэри улыбнулась и обняла мужа. Он погладил её по рыжим волосам и заметил, что среди них теперь есть серебряные локоны.


Через несколько дней за ними никто не пришёл.


Fallout Other,Fallout,фаллаут приколы,фэндомы,рассказ,Истории,Пыль и Ржавчина,Highwayman,Конкурсы Fallout


* * *


Если вам понравилась эта графомания, то чуть позже выложу продолжение. Пост и так монструозный получился. Если дочитали до конца, буду очень рад любым отзывам.


Развернуть

авто капот Меркурий ford V8 

К - капот

 > i - . *4j H i w ¥ — — ™ ■ ^1,авто,капот,Меркурий,ford,V8


Развернуть

V8 Меркурий ретро авто ржавчина 

Ретро-выставка в Калуге и дорога домой

В конце прошлого поста Меркурий, like a boss, размял старые ржавые кости и доехал до Калуги. Сделав круг по поляне, мы нашли удобное место, где устроили логово Меркуриев. Оставив Кугуар на потребу публики, мы отправились бродить по территории, осматривая приехавшие экспонаты.


■рош
ж		
1		ж ~ &ия^,V8,Меркурий,ретро,авто,ржавчина


Было большое количество самой разнообразной техники — от крошечных горбатых запорожцев до огромных F-150


/ / ^	•
* •,V8,Меркурий,ретро,авто,ржавчина


Меня, конечно, в первую очередь интересовала старая автоамерика, но на выставке были авто на любой вкус.


Hitfljjjj
1mm
J iliK .1114,V8,Меркурий,ретро,авто,ржавчина


Много машин было знакомо — они постоянные выставки всех окрестных ретро-мероприятий. Но от этого встреча с ними была не менее приятной.


V8,Меркурий,ретро,авто,ржавчина


Даже на вполне ординарных машинах были милые глазу изюминки


V8,Меркурий,ретро,авто,ржавчина


А вот этот квадратный Сильверадо (или его брата-близнеца) частенько вижу в Москве, близ станции метро Тульская.


V8,Меркурий,ретро,авто,ржавчина


Однако хватит лирики - пришла пора раскачать тусовку богатырским рыком настоящего хищника! Ключ на старт, палец на кнопке стартера... И вместо привычного взрывного звука мы слышим скрежет зубцов стартера о металл. Шестерни вышли из зацепления, и вместо того, чтобы провернуть мотор электромотор лишь царапает венец. Поверхностный осмотр выявил неслабый люфт стартера.


Уг№
r^-ш
- • - '
• /д	ram v			W \ .<*		^ _ r "Y •.	ppy&i. \ J
	л__		1	L?	► r -v«	' Wjfo	
^igjb^ Ц* v *— j if ^ujLflp			IHJ	N	‘f .	► У Ж' kly . ^,'y 4	'Av‘.,V8,Меркурий,ретро,авто,ржавчина


Проблема невелика, лезем под машину, чтобы подтянуть крепёж. Однако несмотря на все наши усилия люфт стартера никуда не уходит — он продолжает болтаться меж мотором и коробкой как полено в проруби, чем немало нас обескураживает: механики мы, может, не самые одарённые, но закрутить пару болтов-то, вроде бы, способны. Однако практика говорит об обратном.

Внимательно изучив узел, посланный в подкапотное пространство делегат возвращается со снятым стартером и плохими новостями.


Настроение грозило упасть ниже уровня грунта. Мало того, что такая поломка грозила возвращением в Тулу на жёсткой сцепке, а не своим ходом (машину с АКПП с толкача не завести), так ещё и ставила крест на идее порычать на радость публике. Самое что обидное — у меня был в гараже запасной стартер, который я хотел захватить с собой, но в последний момент передумал. Закон подлости доказал, что работает не хуже гравитации. Уныние уже приготовилось накинуть на нас свои сети.


Однако фордоводы так просто не сдаются. Единственно верный вариант (кроме мародёрства других участников выставки) пришёл сам собой. Вооружившись мобильным интернетом и вновь призвав на помощь Гугл Всемогущий, мы задали электронному оракулу один-единственный вопрос: «где найти аргонную сварку в Калуге»?


Обдумав нашу просьбу, матричный бог выдал несколько телефонов. Первые звонки не добавили радости: в выходной день ни одного сварщика не было на месте. Однако нам поведали о легендарном аргонианине Аргонщике, что обитает где-то в дебрях N-ского гаражного кооператива на другом конце города. Точное месторасположение Мастера было скрыто от смертных — только достойный мог разыскать его в бетонных джунглях и получить помощь. Сложность этому и без того непростому делу добавляло то, что сделать это необходимо было очень быстро, так как ровно в три часа Мастер покидал свою келью и отправлялся медитировать, познавая тайны Вселенной. У нас было менее двух часов на то, чтобы найти Аргонщика.


Здесь нас очень выручил знакомый, который приехал на Автостраду на байке. Без лишних вопросов он согласился помочь нам в только что открытом квесте. Оседлав стального коня благородных американских кровей, мы рванули на поиски Мастера.

Путь наш был неблизок и тернист. Удалось нам и заплутать, и вновь найти путеводную звезду, встретить прекрасных дев-паломников и едва не отправиться за ними, но, в конце концов, мы преодолели все соблазны и трудности, нашли легендарную обитель аргонного кузнеца.



		
п		Гв1
		
~U Я ” V V fl tJ		V к	J vHT Bf - |г V 11 Я* >* i Л \ '• 11 •
If			^. ||tai£
			
[ •			
х| • I			V •
11 •			
			• II %« 1
ш • • щ л* I			мцм| ||
II ■ —'' f 1 И Д11"			1
1 ' U		V /,V8,Меркурий,ретро,авто,ржавчина


Мастер, узрев нас и деталь, склонил просветлённую главу, прищурил наполненные мудростью очи и молвил:


«У-у, ёпт...»


В эти несколько букв и звуков он вложил целый абзац смысла: «Вот это повреждения! Да уж, немало жизнь потрепала этого бедолагу. Попробую сделать, что могу, но за результат не ручаюсь.»


Взяв из рук повреждённый стартер, Мастер отнёс его в келью. Мы видели лишь пасы руками да яркий свет. Через некоторое время мудрец вернулся с исцелённой деталью. Взяв её и сделав в знак уважения символическое подношение Аргонщику, мы, окрылённые, помчали обратно.


' л

<
Г

^ -V 1 ч '* к.
:ч> '
V4.A 'I > .

1,V8,Меркурий,ретро,авто,ржавчина


По прибытию открылась ошибка — зря мы не захватили с собой болты. Потому как после сварки они отказывались лезть в предназначенные для них отверстия. Ни напильника, ни даже наждака под рукой не оказалось, но нас выручило то, что крепления были из алюминиевого сплава. Вооружившись перочинным ножом и некоторой долей терпения, мы убрали лишний металл и поставили стартер на его законное место.


Кугуар завёлся с полтычка, огласив окрестности благородным звуком пробудившегося виэйта. Рокот мотора сработал как сигнал для общего сбора, вокруг машины моментально столпилась куча народа. Он притягивал к себе людей лучше, чем овраг — леммингов. Виндзор хотелось видеть и слушать. Мне кажется, его бы там изнасиловали, не вращайся перед ним стальная мясорубка вентилятора.

А вот вам увлекательная игра — найдите на фотографии ниже Кугуар.


V8,Меркурий,ретро,авто,ржавчина


Однако день уже клонился к вечеру. Народ потихоньку стал разбредаться, да и усталость давала о себе знать. Пришла пора отправится в обратный путь.


Незадолго до отъезда обнаружили печаль — от старости надломилась ножка правого зеркала. Быстро демонтировать его не было возможности, потерять на ходу тоже не хотелось. На помощь, как всегда, пришла изолента.


V8,Меркурий,ретро,авто,ржавчина


Этот хотфикс, несмотря на хлипкий внешний вид, спокойно пережил поездку. Вообще количество мэдскилз-решений растёт день ото дня.


V8,Меркурий,ретро,авто,ржавчина


Распугивая экологов, мы вырулили на Калужское шоссе. Открытая пепельница стала идеальным креплением для телефона, выполняющего функцию навигатора. Его можно было запитать от расположенного в ней же прикуривателя... если бы он работал. Поэтому ограничились внешним аккумом.



ч. •,V8,Меркурий,ретро,авто,ржавчина


Сразу после Калуги заехали на заправку. С момента прошлой мы проехали 110-120 км, плюс неоднократно заводили машину на мероприятии и газовали на радость окружающих. На это ушло 28 литров бензина, из чего следует, что сейчас расход у нас около 20-22 литров на сотню. С учётом того, что зажигание выставлено на глаз, а карб интегрирован прямо из коробки, результат абсолютно ожидаемый. Думаю, после настройки с ИКСом и тестрайдов удастся добиться 16 литров, что вполне приемлемый результат для карбового 5-литрового мотора. Хотя вообще считать расход топлива на подобной машине — дурной тон, потому что тратит она его не на километры, а на удовольствие.


V8,Меркурий,ретро,авто,ржавчина


На такой дороге грех не проверить максималку. Аккуратно притапливаем педаль газа, посматривая смотрим на GPS. 




Если ускорить этот ролик в полтора-два раза, может даже показаться, что у Кугуара есть динамика! =D Лезем в мануалы, смотрим технические характеристики нашего Кота.


У нас, конечно, не стоковый задушенный экологией виндзор конца 70хх, а чуть более бодрый 302ой, но с родными головами и распредом спортивных характеристик от него ждать не стоит.


На самом деле остатки здравого смысла вынуждали нас не озорничать, поэтому разгоняться и тормозить старались плавно. С турбированными тойотами Меркурию, конечно, не соревноваться, но едет этот 40-летний рыдван интереснее многих современных тачек.

На отметке в 134 км/ч реализуем едва ли половину потенциала последней, повышающей передачи, но пока не рискуем разгоняться сильнее — всё-таки машина ещё проходит период обкатки.


V8,Меркурий,ретро,авто,ржавчина


Разогнавшись до 90 километров в час, отпускаешь педаль газа, обороты падают до холостых, но при этом машина не замедляется ни на йоту — словно космический линкор в безвоздушном пространстве, Меркурий продолжает мчать вперёд.


V8,Меркурий,ретро,авто,ржавчина


Очень порадовала тормозная система. Признаюсь, я ожидал, что они будут работать посредственно или не будут совсем. А тормоза вели себя очень неплохо для такого ископаемого, уверенно останавливая машину на скоростях за сотню. Самый главный их плюс заключался в том, что они были абсолютно прогнозируемыми.


Отдельно стоит отметить разницу между лакшери-автомобилем и холопскими повозками. Многие обладатели всяких там майбахов и прочих бентли гордятся тем, что у них полно места для пассажира, ради которого и разрабатываются эти автомобили. Достаточно посмотреть на фото ниже, чтобы всё встало на свои места:


V8,Меркурий,ретро,авто,ржавчина


Сразу становится понятно, что Кот — настоящий Форд Бояр. Тут можно не только вытянуть ноги, места хватит даже для стоящей на коленях профурсетки, удовлетворяющей пассажира орально — сиречь интересными разговорами. Подтверждает данную теорию и удобно расположенные на полу подстаканники:


V8,Меркурий,ретро,авто,ржавчина


Сами не заметили, как примчали в Тулу. Несмотря на колоссальную усталость (шли вторые сутки без сна и отдыха), нельзя было просто взять и запарковать Кота в гараж, не прохватив кружок-другой по городу. Дело немного осложнялось тем, что на город опустилась Тьма пришедшая со Средиземного моря, а переключатель света скончался ещё в прошлом тысячелетии. Но разве нас можно было испугать такой ерундой? Остановившись ненадолго, мы кинули провод от фар напрямую на аккумулятор, и глаза Кота вспыхнули дьявольским светом.


V8,Меркурий,ретро,авто,ржавчина


Вдосталь накатавшись, мы отправились в сторону гаража. Огромный Кугуар впритык разворачивался в не самом узком проезде.


V8,Меркурий,ретро,авто,ржавчина


Спасибо всем, кто осилил!


Развернуть