VN Дайджест Стенгазета лагеря Вечерний костёр(БЛ) Бесконечное лето Ru VN Визуальные новеллы фэндомы 

VN Дайджест №41

VN Дайджест,Стенгазета лагеря,Вечерний костёр (разное),Вечерний костёр(БЛ),Бесконечное лето,Ru VN,Русскоязычные визуальные новеллы,Отечественные визуальные новеллы,Визуальные новеллы,фэндомы


№41/12 -2017
20-26.03.2017


Застой в графомании, что это: лень, тупик или творческий кризис?
Анон. Ой, куда это я попал? Самоудаляюсь.
Славя похожая на Славю. Это странно.
Шурик и его очки.
Saber напевает: "... далеко не убежит, глубоко кинжал сидит".
Косплей. Бессмысленный и беспощадный.


Костер

DekatelioN. А без университетского курса квантовой механик Смешариков лучше и не трогать!
2pik. Как РКН-тян однажды проснулась в автобусе.
an22qw. Коммунизм откладывается. А сейчас -- дискотека!
peregarrett. Леруа -- место проклятое.
ЭмХа, или "Тот, кого нельзя называть".

Развернуть

VN Дайджест Стенгазета лагеря Вечерний костёр(БЛ) Бесконечное лето Ru VN Визуальные новеллы фэндомы 

VN Дайджест №40

S -J1- и -- i,VN Дайджест,Стенгазета лагеря,Вечерний костёр (разное),Вечерний костёр(БЛ),Бесконечное лето,Ru VN,Русскоязычные визуальные новеллы,Отечественные визуальные новеллы,Визуальные новеллы,фэндомы


№40/11-2017
13-19.03.17


Комикс о Мастере? Кто возьмется?
Гуцуми. Признак мастера, это когда подделывают твои работы.
Arclide. Вот и сказочке конец.
Пришла Леночка и всё заверте...
Графомания. Во все тяжкие...
Бас-профундо для Мику Хацуне.
Очки для Совы. А могли бы просто попросить.
Юля, ты зачем сожгла Совенок?
Говорим Леонзо, подразумеваем Ульянка.

Костер

Время хулиганить со спичками. Теперь и официально.
Pink Dildo. Абонемент в баню на один месяц.
М-21И. Может быть меня и не преследуют, но это не значит, что я не параноик.
Pink Dildo. Что тебе снится, крейсер Аврора?
Орика, галюцинация или реальность?
peregarrett. День св. П. Весь день хходил боком.
Arclide. С Леной на броне.
М-21И. Пеницилин, дрель и ершик. Не случайный набор.
LordofDOTA2. Завтра экзамен сдавать Йода учитель предложил мне
DekatelioN. Он и меня посчитал.
Двадцатьвторой. Это была прекрасная ночь!


Развернуть

VN Дайджест Стенгазета лагеря Вечерний костёр(БЛ) Бесконечное лето Ru VN Визуальные новеллы фэндомы 

VN Дайджест №39

VN Дайджест,Стенгазета лагеря,Вечерний костёр (разное),Вечерний костёр(БЛ),Бесконечное лето,Ru VN,Русскоязычные визуальные новеллы,Отечественные визуальные новеллы,Визуальные новеллы,фэндомы


№39/10 -2017
06-12.03.2017



an22qw. Коммунизм расскажет всё.
8 марта, всем цветы! Отказавшимся пиво!
Упаковываем Славю. Аккуратнее, эй!
Мастер Х. Всех ненавижу!
Вы когда-нибудь видели сову в трусах?
Алиса. Сенька, ну и патлы у тебя.
Чеширский кот Пират.
Пионерки в коробках. Рыжие, дымчатые и полосатые.
Сдует ли Лену вместе с зонтиком?


Костер

Huruma. Когда у нас -12, все переодеваются в шорты!
Kommunizm. Конец света уже наступил.
LordofDOTA2. Мне сказали бросить трубу.
chelovek_motylek. Да у меня 989 боев только на мышке... Клавиатуру я вообще не считаю.
peregarrett. Носил катану в лес. Принес пять сотовых телефонов, три кошелька и пару золотых сережек.
chelovek_motylek. Ношу новогоднюю шапочку до следующего НГ.
Мику. Сенечка, это всего лишь оболочка. А вот моё настоящее я, его увидишь только ты.
peregarrett, MontyFlakes. Что? Смазать шоколадом и запекать до корочки?

Развернуть

Фанфики(БЛ) Алиса(БЛ) Лена(БЛ) Женя(БЛ) Шурик(БЛ) Электроник(БЛ) Семен(БЛ) Ульяна(БЛ) и другие действующие лица(БЛ) Дубликат(БЛ) ...фэндомы Ru VN Визуальные новеллы Бесконечное лето 

Дубликат, часть 6

Глава 1 http://vn.reactor.cc/post/2956175
Глава 2 http://vn.reactor.cc/post/2967240
Глава 3 http://vn.reactor.cc/post/2986030
Глава 4 http://vn.reactor.cc/post/3004497

Продолжение.

V
Дебют

Из рабочей тетради Шурика Трофимова.

«Пятый день смены.
Необычные мысли, сны и явления.
1. Опять приснился сон про полигон и маленького человечка. Рассмотрел во сне этого «человечка» и вычеркиваю его из списка загадок. Человечек похож на недоделанного робота оставленного пионерами отдыхавшими здесь до нас. Видимо во сне реализовалось мое подсознательное желание видеть этого робота функционирующим.
2. Обнаружено нештатное потребление электроэнергии. Вчера вечером, перед уходом, были обесточены все электроприборы и отключены автоматы на щитке. Сегодня утром счётчик показал расход 2 квт-ч. электроэнергии. Сыроежкин ничего не смог пояснить по этому поводу, утверждает, что ничего не включал.
3. Когда вижу кого-либо из пионеров или персонала лагеря, включая вожатую, я могу сразу сказать микс это или копия. Что значат эти слова, применительно к человеку, я не знаю.
4. Регулярно вспоминается женское имя «Яна». Твердо уверен, что у меня нет знакомых с таким именем.
План работы в кружке кибернетики на день...»

Шурик еще раз перечитал написанное и кивнул.
— Сергей, на мне сегодня пайка, а ты собираешь излучатели и приемники ультразвука. Так?
Сыроежкин только пожал плечами, все было обговорено еще вчера.
— … и, Сергей, ты говоришь, что девочки хотели поучаствовать в испытаниях прибора.
— Да, Лена и Мику. Я сказал им, что если доктор не возражает, то мы не против.
— Хорошо, тогда мнением доктора сам поинтересуйся, пожалуйста. А то девочки начнут доктору рассказывать и что-нибудь напутают.
Сыроежкин молчал. Шурик поднял голову и увидел, что тот, весь подобравшись, как охотничья собака, внимательно смотрит сквозь открытую дверь на противоположную сторону аллеи. Шурик проследил за направлением взгляда напарника. Что-то невидимое, жужжа электромоторами и иногда задевая за кусты, скрывающие заброшенное здание напротив, двигалось со скоростью пешехода, по обочине главной аллеи от перекрестка в направлении ворот.
— Уйдет ведь! — Шурик услышал шепот и увидел, как Сыроежкин вслепую шарит рукой по столу.
— Сергей, нет! Лучше понаблюдаем. Если это пришло сюда один раз, то придет и еще. И, пожалуйста, вдруг это там, за кустами, октябренок балуется?
— Ох-х-х… Да. — Небольшой трансформатор выпал из разжавшейся кисти Сыроежкина обратно на стол, глухо стукнув при этом.
— Сергей. — Шурик поправил очки и строго посмотрел на Сыроежкина. — Но, предположим, мы действительно видели то, что видели. Тогда наш долг перед наукой, описать все это. И надо обязательно указать время. Сейчас девять часов двадцать семь минут.

— Сёмк.
— Да, Рыжик?
— Хорошо. Девочки теперь знают, что они не одни. Жалко, что мы все вместе собраться не можем. Только в Шлюзе, а там мы спим. — И тут мысль Ульянки перескочила. — Сём, а ты ведь не спишь в Шлюзе. Расскажи, что ты там делаешь?
— Страдаю, Уля.
Ну как рассказать обо всем в двух словах? Рассказать, как стараешься выскочить из автобуса первым и страхуешь девочек. Видишь, как они строятся и сам борешься с желанием встать в тот же строй. Как стараешься прикоснуться ко всем пионерам, как целуешь Ульянку. А когда автобусы глушат двигатели, то над остановкой воцаряется только шаркающий звук, усиленный многократным повторением. Это спящие пионеры начинают перемещаться к воротам. Как ты идешь параллельным курсом, держа Рыжика за руку, стараясь подстроиться под ее ковыляющую походку. Как строй втягивается в ворота и ты отпускаешь руку Ульяны, оставаясь снаружи. Как ты, на прощание, пожимаешь предплечье Мику, замыкающей строй, прощаясь, в ее лице, со всеми пионерами. И как, стараясь не заглядывать в ворота, возвращаешься к остановке и там дремлешь, время от времени приходя в себя от сырости и предутреннего холода, и проверяя: далеко ли до рассвета, на месте ли автобусы, не начали ли возвращаться пионеры? Убеждаешься, что все в порядке, подкидываешь еще пару сучьев в костерок и продолжаешь ждать, пребывая в полудреме. А вокруг тебя крутятся картины вероятностных миров, с твоим и твоих близких участием. Как иногда к костру подсаживается Яна, у которой последнее время все более и более муторно в ее электронно-нейтринной душе. Кошкоробот не жалуется, но в ней все больше и больше от человека, и блики костра на алюминиевом лице и щитке закрывающем фотоматрицы вполне заменяют выражения эмоций. «Почему папа меня не видит?» — Нарушает тишину Яна. Что ей ответить? «Не положено папе», — если только. И хочется прижать к себе эту тушку, бывшую когда-то алюминиевым бидоном. Когда-нибудь Яна научится плакать. А потом начинает светлеть небо и слышно, как в автобусах заводятся двигатели, и нужно идти к воротам Шлюза и встречать своих, всматриваться в лица и пытаться понять, не подменили ли человека там, на стадионе. За Артемом не уследил, и сейчас в лагере другой Артем. Хороший парнишка, но спящий. А вот Мику перехватить удалось, но утро тогда вышло сумасшедшее, пока искал среди всех Мику всех лагерей именно нашу, и потом брал за руку и вел ее, покорную, к своему автобусу, говоря ей, спящей в обоих смыслах, какую-то ворчливо-успокоительную чушь, пока отводил «приблудную» Мику к ее автобусу. Не знаю, от Алисы заразился что-ли, но бросить своих не могу. Как все это рассказать, когда вот уже виден забор лагеря, в просветы между деревьями?
— Страдаю, Уля. Из людей нельзя делать роботов, если уж вложили в них души. А я не могу взять и отключить все. А если бы мог — побоялся бы.
— Сём. — Ульяна подождала Семена, взяла его за руку, и к воротам они подошли уже вместе. — Я не хотела, чтобы ты огорчался, прости.
— Ты то тут причем, Рыжик? Не ты же это устроила.
Лагерь встретил Семена и Ульяну тишиной и безлюдьем. Даже на клубах висел замок.
Асфальт главной аллеи уже успел раскалиться и, в колыхающемся мареве, скорее угадывались, чем были ясно различимы вдалеке фигуры бегающих между спорткомплексом и пляжем пионеров.
— И где хлеб-соль, где встречающие? Ладно Лена с Алисой, но хоть один пионер должен бегать. Уж Шурик-то должен быть на месте.
— Сёмк, напомни мне. Когда я тебе последний раз говорила, что ты тормоз?
— В день нашего знакомства, да?
— У тебя еще и склероз. Сегодня открытие купального сезона же. Ты что, Ольгу не знаешь? Наверняка все на пляже сейчас. — И, подражая интонациям вожатой, Ульяна добавила. — Мероприятие общелагерное, никаких исключений!

«Мальчики, девочки, младший отряд! Все построились и по моей команде заходим в воду! О! Вот и физруки подошли! Семен, Ульяна! Вы почти не опоздали, поэтому я почти не буду вас ругать. Забирайте себе средний отряд и отпустите уже Алису купаться! Младший отряд! Стоять! Еще накупаетесь так, что из ушей вода побежит, а в первый раз заходим в воду по моей команде и ровно на две минуты. Кто не услышит команды на выход, тот завтра останется без купания!»
«С таким голосом можно охотиться без ружья. Птицы сами падать будут. Или деревья таким голосом можно валить. Как там героиню сказки звали? Перепилиха, кажется». — Женя сидела на опушке рощицы, отделяющей пляж от лодочной станции, и страдальчески морщилась. «Зачем звали, спрашивается? Слушать эти вопли? Или…» Женя подняла глаза, чтобы глянуть на противоположный край пляжа, перехватила взгляд Сыроежкина, вздрогнула и опять зарылась носом в книгу. Пошарила левой рукой в пакете, извлекла оттуда бутылку с минералкой и пластиковый складной стаканчик. Сделала пару глотков и перелистнула страницу. Вообще-то на пляже было неплохо: лезть в воду Женю никто не заставлял и общество не навязывал. Вообще, большинство делало вид что Жени не замечает. Только Лена и Саша кивнули, но подходить не стали, хотя, как раз против их общества Женя не возражала. И Сыроежкин еще притягивал взгляд. Не хотела на него смотреть, но каждый раз, как пересекались взгляды что-то так обмирало внутри, и было так, одновременно, страшно и приятно, что Женя даже начинала злиться на обоих кибернетиков, когда Шурик отвлекал Сыроежкина и тот не бросал взглядов на Женю.
Физруки отправили в воду средний отряд и воздух заполнился криками и девчоночьим визгом. «Что за люди? Зачем так кричать?», — опять недовольно поморщилась Женя.
Официальная часть открытия купального сезона завершилась. Вожатая, окунув младший отряд, уже увела октябрят на спортплощадку. Средний отряд оказался предоставленным самому себе и устроил кучу-малу, где-то на границе воды и суши. Старший отряд, за вычетом Жени и кибернетиков, но зато с добавкой Максима и обоих физруков, затеял игру в волейбол. Рядом с заведующей библиотекой шлепнулся мячик, обдав ее ноги песком. «Так, пора закругляться, — решила Женя, — вожатая ушла, и больше меня тут никто и ничто не держит». Книжка отправилась в пакет к бутылке с минералкой, а Женя поднялась, с неожиданной грацией..
— Уходишь? — Упустивший подачу Максим прибежал за мячиком. — А может, с нами поиграешь?
Максим ждал ответа, вопросительно смотрел на Женю своими голубыми глазами невинного ангелочка и улыбался. Это предложение было так неожиданно и так нахально, что Женя чуть было не согласилась, и только осознание того, что вот она будет играть, такая неуклюжая и некрасивая, а ее будет разглядывать Сыроежкин, заставило Женю отказаться. А потом уже всплыло и подозрение, что и приглашают-то, исключительно чтобы посмеяться над ее неуклюжестью. Но все равно, отказалась Женя гораздо мягче, чем могла бы.
— Не хочу пачкать форму. Так что, без меня.
Тут Женя вспомнила про загадочные журналы, про то, что хотела допросить Максима с пристрастием — где он нашел журналы, которые напечатают только через пять лет? Но решила пока не пугать младенца и только спросила, прощаясь.
— В библиотеку-то еще зайдешь?
— Обязательно.
Женя кивнула, и, мысленно улыбаясь, пошла к себе в домик. До обеда оставалось сорок минут и открывать библиотеку смысла не было, а вот план допроса юного пионера разработать стоило.

Письмо, забытое, лежало в кармане. Когда на пляже появились довольная Ульяна и, как обычно, замороченный своими думами Сенька, Алиса взяла, протянутый Ульяной, тетрадный листок в клеточку и, засунув его в нагрудный карман рубашки накинутой на плечи, побежала сразу к старшему отряду. «Всё! А этих пионеров сами купайте, а то я с ними намучилась!» Добежала до грибка, занятого отрядом, скинула, не глядя, рубашку и побежала в воду, откуда уже махала ладошкой Мику.
На кромке воды остановилась и обвела взглядом пляж. Ольга, с секундомером в руках и свистком в зубах, готовится дать октябрятам отмашку и разрешить им залезть в воду. Семен с Ульяной построили средних лицом к воде, Семен что-то говорит им, средние хохочут в ответ, потом Ульяна отбегает к воде, а Семен отходит к левому флангу шеренги и командует: «На старт! Внимание! Марш!» Отряд срывается с места, и пионеры с визгом и хохотом несутся к воде. Даже Катька забыла что считает себя взрослой и тоже бежит в воду с визгом и хохотом. Алиса на секунду ощутила острую зависть к малолетке: самой так же с хохотом пробежать — хочется, а стеснительно, а даже вспомнить, каково это — не получается. Потому что сохраненных воспоминаний у копии — кот наплакал. «Ну и черт с ним! Зато я живу, а она еще нет! Катька, я против тебя ничего не имею, и ты тоже проснешься, но я уже живу, а ты еще нет». Алиса опять повернулась к воде, погрозила кулаком Максиму, готовящемуся пустить ладошкой веер брызг в сторону Лены и, разбежавшись, покуда глубина позволяла бежать, в скольжении вошла в воду. «Хоть Сенька и физрук, а плаваю-то я получше его», — еще подумала, а дальше уже, красивым баттерфляем, пошла к буйкам, уже ни о чем больше не думая и не видя Максима, проводившего ее восхищенным взглядом.
Купание, пляжный волейбол, обед… так часов до трех письмо и пролежало в кармане не тронутое. И только после обеда, когда Алиса завалилась в домике на койку и потянула к себе тетрадку, сложенный вчетверо листок напомнил о себе. Алиса потянула его из кармана, развернула и некоторое время просто разглядывала буквы собственного почерка.

Привет… сестренка. Раз уж Ульяны так между собой общаются, и я к тебе во сне так же обратилась, то и буду обращаться так же. Насколько я себя (тебя) знаю, ты не будешь против. Кстати, это точно был сон? Потому что нашей Ульянке и Славе снилось тоже самое. Но что-то меня не туда понесло, начинаю сначала.
Привет, сестренка! Обе Ульяны и Сенька очень хорошо о тебе отзываются, вот я и решила написать. Очень бы хотелось познакомиться лично, но Сенька бьет себя пятками в грудь, морщит верхнюю губу и качает головой. "Я, — говорит, — не уверен, что это безопасно для вас. Что одна из вас не исчезнет в течение получаса. Вы не настолько друг от друга отличаетесь, чтобы безопасно сосуществовать в одном узле. Имею, — мол, — опыт". Приходится ему верить, а жаль. А мне кажется, что мы с тобой не отражения одного и того же человека, а самостоятельные люди, просто как двойняшки. Или потомки того самого человека. Ты, конечно, поопытнее меня будешь и вон как высоко прыгнула — в помощницы вожатой (шучу), но и я не хуже. Рассказала о твоей должности Славе, а та только улыбнулась и сказала, что сочувствует тебе. Не знаю, как вы себя чувствовали, когда проснулись, а мы трое: я, Ульянка и Славя, просто в какой-то эйфории сейчас. Все, одновременно и знакомое и новое, а, главное, не знаю как у других, но у меня это чувство свободы, когда я понимаю, что могу сама построить свою жизнь, а не крутиться внутри двух недель цикла. Да, Сенька расказал мне про активную фазу, но это же не окончательный приговор, Сенька же вырвался и Ульяна ваша, надеюсь, тоже. О наших делах не пишу, они, наверное, не очень отличаются от ваших. Ульяна сказала, что на ее место в отряде вы Максима выбираете, надо будет к нашему присмотреться. Только не селите его третьим, в домик к кибернетикам — пропадет парень.
Завидую вам и сержусь на Сеньку, что он к вам сбежал (про сержусь тоже шутка), потому что новый его двойник он пока так, ни рыба ни мясо. Но хоть Сенька и сбежал к вам, он проснулся именно у нас, я надеюсь, что в этом есть и моя доля, пусть я и не понимала что делаю. Так что тоже можешь мне завидовать.
Сестренка, я очень хочу рискнуть и тебя увидеть, и, если ты не против, дай знать. Хоть через ваших Сеньку с Ульянкой дай знать, они через цикл собрались опять к нам.
Алиса.
PS. Приготовь свои детские воспоминания. Мы обязательно должны их сравнить!

Из-за открытия купального сезона работа у кибернетиков сдвинулась на послеобеденное время. Ну и Оксана пришла, ей выделили место за верстаком в углу, где она тихо, никому не мешая, вырезала из коры свой прощальный подарок Василию, иногда спрашивая помощи или совета у Электроника.
Шурик, тот весь погрузился в пайку и отключился от внешнего мира. Очень уж ему хотелось, если не приступить к настройке, то хотя бы спаять электронную часть схемы. Поэтому он сидел спиной ко всем, время от времени бормотал что-то про себя, шипел, когда пальцы хватали раскаленные после облуживания выводы радиодеталей и концы проводов, да канифольный дым все больше и больше наполнял комнату.
Когда в помещении кружка стало есть глаза Электроник не выдержал. Открыл окно, распахнул дверь, выдернул из розетки паяльник и громко объявил: «Как ответственный за технику безопасности объявляю пятнадцатиминутный перерыв на проветривание. Просьба всем выйти на улицу. Шурик, тебя это тоже касается!» Так и вышли на крыльцо все трое: Шурик, с листом миллиметровки в руках, тут же убежавший на полюбившееся ему место за зданием клубов и Сергей с Оксаной, которые никуда не пошли, а присели тут же, на крылечке.
— Оксан, а ты почему не спишь? У младшего отряда же тихий час?
— Не хочу. Подарок важнее.
— А как же распорядок? — Сергей искренне недоумевал.
— Ну, распорядок, Сережа, это…
Когда пятнадцать минут истекли, и пунктуальный Шурик появился на крыльце клубов, Оксана и Сергей все еще увлеченно беседовали. И так и продолжили разговор до самого вечера. Электроник закончил монтировать приемники и излучатели на каркас установки, Оксана оставила почти готовый корпус корабля на верстаке, дождалась Сергея и пошла с ним по главной аллее в сторону площади, продолжая что-то объяснять, иногда забегая вперед и пятясь задом, чтобы видеть лицо Сергея. После ужина Электроник у себя в домике завалился на кровать, закинул руки за голову и улыбнулся.
«"Сережа, а давай я как-будто на тихом часе?" — Хорошо им, маленьким. Даже если вожатая и обратит внимание, то скажет, что маленькая же, какой с нее спрос? Никакого. Ну а, с другой стороны, когда ей еще чем-то заниматься? Распорядок просто не предусматривает, что девочка из младшего отряда будет заниматься судомоделизмом. А у Оксаны хорошо получается. Жаль, что она сейчас свой кораблик вырежет и уйдет, славная девочка, с ней как-то веселее работается. Но вот получается, что Оксана нарушила правила, чтобы сделать что-то новое. Никому же раньше она кораблики не вырезала? Наверное нет. И мальчику тому никто раньше корабликов не дарил. То есть, чтобы сделать что-то новое, нужно нарушить старые правила. Кстати, мы же должны были делать робота, вот и корпус для него уже готовый, и деталей куча, и в плане работы кружка у вожатой тоже робот записан. А Шурик сказал Ольге Дмитриевне, что план это не забор, чтобы вдоль него ходить. Надо будет еще поговорить с Шуриком на эту тему. Интересно, а к отношениям между людьми это можно применить?»

— Как сходили?
Сегодня за ужином у Леночки было настроение пообщаться, поэтому вопрос был задан с улыбкой и даже глядя в глаза.
— Замечательно. — Улыбнулся Семен, аккуратно перекладывая свой кусок рыбы на пустую тарелку. — Девочки, кто хочет рыбу, может не стесняться.
Лена кивнула Семену, пододвинув тарелку к себе.
— Ленка, тебе большое и даже огромное спасибо от тамошней Мику. — Ульяна включилась в беседу. — Она так и сказала: "А вашей Леночке передайте мою большую благодарность и даже огромное спасибо! Все так, как я и представляла, когда писала, и даже лучше!"
— Передавайте. — Лена с преувеличенно серьезным выражением лица протянула обе руки к Персуновым. — Передавайте, передавайте. Ребята, я конечно девушка угрюмая, но знаете, как я хочу попасть туда и посмотреть что там.
Ужин шел своим чередом. Электроник, неожиданно оказался за одним столом с тремя октябрятами из младшего отряда и о чем-то с ними оживленно беседовал. Судя по особенно мрачному выражению лица Жени, то, что Сергей отвлекается на кого-то ей явно не нравилось. Еще одна драма: Максим за одним столом с Сашей и Мику, и от их стола тоже доносится смех и оживленный разговор. Вот только недовольные взгляды на Максима кидают двое: Катя — что ожидаемо и Алиса. Нет, Максим тоже на Алису посматривает, вот они неожиданно пересеклись взглядами, покраснели и уткнулись в тарелки.
— Как интересно. Пока мы ходили туда и обратно Максим запал на пани Двачевскую?
— Ты иронизируешь, Сём. А вот Алиса подсчитала возраст своего тела и теперь комплексует по этому поводу.
— Рыжик, так большинству здесь под сорок, минимум.
— А кое-кому и сильно больше, — тихо произнесла Лена.
Подошла вожатая со стаканом чая в руках, присела четвертой за столик. Посмотрела на Семена с Ульяной, хотела что-то сказать, но передумала. Только кивнула, улыбнулась и молча ушла.
— Зря от рыбы отказался. Кажется повара научились готовить без указаний бабы Глаши.

Книжка не шла, Лена сидела на своей любимой лавочке, пыталась вчитаться и ничего не получалось. Вместо этого вспоминался разговор с Семеном и Ульяной за ужином и привет от чужой Мику: «Спасибо Мику, твою сказку я зачитаю до дыр», опять вспомнилась баба Глаша. Лена погрустнела: «Вот так умрешь, а через три дня о тебе уже никто и не помнит».
Уже стемнело. Семен, совершающий вечерний обход лагеря, на минутку подсел рядом.
— Лен, я все думал, что ты будешь делать, когда в библиотеке кончатся книги? И вот, кажется я дождался.
— Буду просить вас с Ульяной проводить меня в Шлюз и обратно. В тамошнюю библиотеку. Там, наверное, есть еще что-то.
— Знаешь, я не помню. На тот момент меня содержимое библиотеки интересовало слабо. Но можно еще пройтись по жилым корпусам… — Семен оборвал сам себя. — Лен, если пойти сейчас — там Второй. Ты выдержишь, но я не уверен, что тебе понравится увиденное. А через три дня он приедет сюда, и тебе не захочется покидать лагерь.
— Да, ты прав. Только, пожалуйста, не называй его больше Вторым. Я понимаю, что ничего обидного ты в это прозвище не вкладываешь, но не надо.
Семен глянул в глаза Лене, хотел что-то сказать, но только кивнул, дернулся, чтобы пожать предплечье, но не стал, а снова кивнул. Пожелал спокойной ночи и, махнув рукой пробегавшей мимо Ульяне, чтобы подождала, ушел к себе в спорткомплекс.
«Надо будет обязательно собраться: мне, физрукам, Алисе, может быть моему Семену. — Подумала Лена. — Собраться и поговорить о прошлом цикле. Алиса что-то знает, но молчит, несколько раз порывалась поговорить, но сама же передумывала. Персуновы тоже странно смотрели на ожоги на моих руках. А я ничего почти не помню, провал в памяти и словно обрывки сна. Но они же держали свои руки на моих плечах, отдавая мне свою силу, это точно. И я помню это, и они помнят. Сегодня Алиска на пляже положила свою ладонь мне на плечо, так мы обе вздрогнули!»
На площади появился Максим с горном под мышкой. Кивнул Лене, поставил горн на землю, повозился с металлической коробочкой, прикрепленной позавчера кибернетиками к одному из флагштоков. В громкоговорителях, развешанных на столбах, что-то зашипело, а потом зазвучал сигнал отбоя. Максим протрубил трижды, выключил усилитель, улыбнулся Лене, еще раз кивнул и убежал к домикам.
«Пора и мне умываться и спать». Лена закрыла книгу, глянула на название и вздохнула. «Завтра верну в библиотеку, незачем себя мучить».
Развернуть

Вечерний костёр(БЛ) Бесконечное лето Ru VN Визуальные новеллы фэндомы 

Хулиган со спичками

Вечерний костёр(БЛ),Бесконечное лето,Ru VN,Русскоязычные визуальные новеллы,Отечественные визуальные новеллы,Визуальные новеллы,фэндомы
Развернуть

VN Дайджест Стенгазета лагеря Вечерний костёр(БЛ) Бесконечное лето Ru VN Визуальные новеллы фэндомы 

VN Дайджест №38


VN Дайджест,Стенгазета лагеря,Вечерний костёр (разное),Вечерний костёр(БЛ),Бесконечное лето,Ru VN,Русскоязычные визуальные новеллы,Отечественные визуальные новеллы,Визуальные новеллы,фэндомы



№38/9-2017     27.02 - 05.03.2017


Юля и Лена. Миоз. А если это зарин?
Ульяна, около 30. Но это еще не точно.
Почтенная публика! Представляем вам бородатого пионера!
Славя. Ну и что что упругие и округлая. А сколиоз и переломы куда девать?
Joe_Hater. Без трусов, конечно, лучше.
Tenma. Запоздавшие с валентинками
Мастер Х. Достала меня ваша Лена!
НаблюдаюЗаТобой. Играет на баяне: "Раскинулось море широко..."


Костер.

Аня, с заглянутием!
Kommunizm. К жизни надо относиться философски, а не бегать за молодыми людьми от которых приятно
пахнет.
peregarrett с мечом во всем подобен peregarrett'у без меча...
М-21И. Инфантильнось. 22й Сенильная деменция
За БелАруссию грех не посраться.
Как запаролить ренегатов, или обрастаем историей.
GreenHell. Что-что там, про Ленатеории?
Леночка, Я косплею? Я косплею!..
Сильвия. Монти, ты пойдешь со мной?

Развернуть

Вечерний костёр(БЛ) Бесконечное лето Ru VN Визуальные новеллы фэндомы 

Хулиган со спичками

Вечерний костёр(БЛ),Бесконечное лето,Ru VN,Русскоязычные визуальные новеллы,Отечественные визуальные новеллы,Визуальные новеллы,фэндомы


Развернуть

VN Дайджест Стенгазета лагеря Вечерний костёр(БЛ) Бесконечное лето Ru VN Визуальные новеллы фэндомы 

VN Дайджест №37

VN Дайджест,Стенгазета лагеря,Вечерний костёр (разное),Вечерний костёр(БЛ),Бесконечное лето,Ru VN,Русскоязычные визуальные новеллы,Отечественные визуальные новеллы,Визуальные новеллы,фэндомы



№37/8-2017


20-26.02.2017

Темы недели: 23 февраля и продолжение самотеряющегося белья.

Здравствуйте, меня зовут Сильвия. А вас?
Что-то есть в языке Ницше и Гегеля...
Графомания, графомания...
Леночка, подарки бесценны.
Всем по карманной Ульянке
Юля. И рыбку съесть и на травке полежать.
Нить Ариадны. Розовая?


Костер.

an22qw. А теперь переводим на украинский  или вечный конфликт кита и кита.
Monica_Shy, Я? За Клинским?!
Леночка. А нормальных то и нету. И, наверное, это хорошо.
lapzar. Ульяна, это не ты потеряла?
М-21И. Как нарисовать сову...
Поночка. Наша чемпионка по шоппингу.
Кружок кинокритики.
Kommunizm. Майн Кампф мит Копфхорен!
peregarrett. А еще, плацкартный вагон подобен бутылке Клейна.
Скоро 8 марта. Все вспомнили что они тян?
GreenHell. В полку просветленных пополнение.

Развернуть

Фанфики(БЛ) Бесконечное лето Визуальные новеллы Лена(БЛ) Алиса(БЛ) Женя(БЛ) Шурик(БЛ) Электроник(БЛ) и другие действующие лица(БЛ) Дубликат(БЛ) ...фэндомы Ru VN 

Дубликат, часть 6

Глава 1 http://vn.reactor.cc/post/2956175
Глава 2 http://vn.reactor.cc/post/2967240
Глава 3 http://vn.reactor.cc/post/2986030

IV
Расстановка

Электроник был занят с самого утра. Настолько, что даже мысли о Жене отошли куда-то на задний план. Помочь Шурику в разработке принципиальной схемы (в основном надо было не мешать и слушать рассуждения Шурика, но пару раз тот похвалил Сергея за дельные мысли). Выпросить в музыкальном кружке вращающийся стул: «Сереженька, только обязательно позовите меня на испытания! Слышишь? Ты обещал!» И собрать вокруг стула каркас установки: круглая клетка из лыжных палок и гимнастических обручей, которые пришлось выпрашивать у Алисы. «И что? Робота делать не будете? Ну вы даете, вы не заболели там? Надо будет зайти и глянуть». Разработать конструкцию ультразвуковых излучателя и приемника (А что делать? Готовых то нет, а из всей литературы только пара подшивок журнала «Радио» в кружке, да десятка два разрозненных номеров «Моделиста-Конструктора» и «Юного техника» в библиотеке).
И, до самого обеда, Электроник, с поражающей окружающих энергией, носился по лагерю в поисках материалов; пилил, клепал, паял; прессовал из извести и сухих белил, а сначала надо было придумать — как прессовать, а потом обжигал керамические таблетки излучателя; забегал, не обращая ни на кого внимания, в библиотеку и там молча шел к стеллажу с журналами, перечитывал их на двадцать пятый раз, делал выписки и опять бежал в клуб.
Увлеченный любимой работой Электроник мог переплюнуть по энергичности и целеустремленности Ульянку, в ее лучшие годы.
Только иногда, в библиотеке, Сергей ловил спиной взгляд Жени сквозь стеллажи, замирал и оборачивался. Но Женя всегда успевала спрятать глаза в очередную книгу и лишь вздрагивала. Очень хотелось подойти, отодвинуть эту проклятую книгу и заглянуть заведующей библиотекой в глаза. Спросить: «Женька, ты что творишь? Со мной и с собой? С нами». Но не хватало смелости. Так и думалось: «А вдруг она не врет? Вдруг я, действительно, не интересен?» Сергей вздыхал и возвращался к своим журналам. Женя выныривала из-за книги и опять начинала гипнотизировать Сыроежкину спину, пока тот, не убегал в кружок, с очередной порцией знаний.
Наконец, ближе к обеду, сегодняшняя порция работы закончилась. Печатные платы травились в растворе и травиться им там до вечера, двадцать керамических излучателей остывали вместе с муфельной печью — нужно четыре штуки, но хорошо, если каждый третий заработает как надо. Принципиальная схема на листе оранжевой миллиметровки была пришпилена к дверце шкафа, поверх чертежа авиамодели, горка деталей извлеченных из ящика и выпаянных из некондиционных плат лежала на втором листе миллиметровки и сейчас Шурик раскладывал их по кучками: резисторы отдельно, транзисторы отдельно и так далее.
— Сергей, на сегодня, наверное, всё. Вечером я приду, платы из раствора достану и промою. — Шурик покачал рукой каркас установки, похожий на сегмент Шуховской башни, одобрительно кивнул. И, подтверждая собственные слова, повторил. — На сегодня всё. Ты свободен, а я — детали рассортирую до конца и тоже пойду.
Электроник еще раз сам пробежался глазами по плану работы, выходило так, что на сегодня, действительно, делать больше нечего.
— Шурик, а может я сам деталями займусь?
— Нет, иди-иди, а то мне еще подумать надо.
— Хорошо. Я на обед зайду за тобой.
— Да, спасибо. Пока.
Подумать, это святое. Нельзя никого отвлекать, когда он думает. Электроник вышел на крыльцо и на несколько секунд зажмурился от полуденного солнца. В библиотеку? Сейчас, когда голова, на время, освободилась от забот, очень захотелось увидеть Женю. «Я только возьму что-нибудь почитать», — не успел подумать Сергей, как уже оказался перед библиотекой. «А вдруг она о чем-нибудь меня спросит? Придумаю что-нибудь».
Не спросила. Вместо Жени, за столом-конторкой сидела Лена, в кресле у журнального столика, пристроился Максим и, похоже, Электроник прервал их беседу.
— П-привет. А где Женя?
— Попросила подменить ее до обеда. Ты что-то хотел взять? Возьми, я запишу. — Лена быстро глянула на кибернетика своими зелеными глазищами.
Пришлось взять, раз уж пришел, какой-то сборник фантастики. Лена записала книгу в формуляр и спросила.
— Сергей. Правда, что вы у себя машину для чтения памяти собираете? — И покраснев и опустив глаза, добавила. — Я бы хотела попробовать.
— Если доктор решит, что это безопасно, то — почему нет?
К счастью, неожиданное бегство Максима с воплем: «Ё-моё! На обед же надо сигналить, а я тут сижу!» — спасло Электроника от необходимости отвечать подробно.

Лена зашла в библиотеку без всякой глобальной цели. Просто взять что-нибудь почитать. Но зацепилась взглядом за Женю. Та грустила в углу зала, за своим столом-конторкой, чем-то напоминая нахохленную птицу под дождем. «Зря мы в автобусе тогда пошутили, — подумала Лена, — Сейчас бы Женя вовсю Сергея гоняла. Или нет, не сейчас. После обеда. Отсюда, до самого кружка. Тоже ничего хорошего, но не сидела бы так, с мутным взглядом. И Сергей не прятался бы от всех в работе». А потом еще, пока Женя записывала в формуляр книгу, выяснилось, что она, со вчерашнего дня сидит безвылазно в библиотеке, с перерывами только на еду и сон.
Понадобились все искусство убеждения и умение выдавать свои мысли за чужие желания, которыми обладала Лена, чтобы уговорить Женю просто сходить прогуляться по лагерю.
— Лена, а если кто-то придет…
— То я выдам ему нужное издание и заполню формуляр не хуже тебя.
— Я только…
— Хорошо-хорошо. Я подежурю. Только ты не долго.
До обеда оставалось еще около часа. Лена погасила верхний свет, погасила настольную лампу, отодвинула тяжелую портьеру у себя за спиной и впустила в библиотеку солнечные лучи. Взвесила в руке выбранную книжку, на пару дней чтения хватит. Бросила взгляд на библиотечные стеллажи. «А ведь рано или поздно книги кончатся. Все, что было здесь хорошего, я уже прочитала. Сейчас читаю средненькое. А потом?» Семен с Ульяной ушли сегодня утром и клятвенно обещали вернуться завтра часам к десяти. Может они еще что-то принесут? По крайней мере, та пьеса, что они принесли в прошлый раз была проглочена Леной за сутки, потом еще три раза перечитывалась, и породила массу карандашных рисунков-иллюстраций, самый доведенный до ума из которых, сейчас ехал обратно, как подарок автору пьесы. Та Мику обладала еще и литературным талантом. Интересно осознавать, что где-то есть очень похожие на тебя Лены, встретиться с которыми, по словам того же Семена, почти невозможно. Как там он сказал? «Останется только один!» Можно только во сне. Лена вспомнила обрывки сна, которым завершилась их с Алисой спасательная экспедиция. Сколько там Алис в одном месте оказалось? Три, минимум. Сон, сном, но волдыри на ладонях потом сходили до самого конца цикла. Лена грустно вздохнула и уселась на Женино место. Какая бы средненькая книга не была, но постепенно и она увлекла Лену, поэтому, когда минут через пятнадцать в дверь постучали, Лена вздрогнула от неожиданности.
— Привет. А ты сегодня за библиотекаря, что ли? — Максим удивленно разглядывал Лену, стоя в дверях.
— Наверное. Да. Подменяю Женю до обеда.
— А, ну тогда ладно. Я книжку возьму, можно? — И, не дожидаясь ответа, пошел шарить по стеллажам.
Дальше Лена уже не читала, а больше прислушивалась к звукам доносящимся из глубины зала. Что-то передвигали, что-то мягко падало, что-то шуршало, иногда невидимый Максим тихо чертыхался. Лена несколько раз порывалась вскочить и посмотреть на происходящую катастрофу, но всякий раз удерживала себя на месте. «Женя меня съест», — подумала обреченно, когда из-за стеллажей показался Максим, весь в пыли и с номерами «Знание-сила» в руках.
— Максим. — Лена подняла глаза на горниста. — Ты только что разгромил половину библиотеки ради пары журналов. Возьмешь их? Давай я запишу.
— Не, не половину. Четвертую часть в дальнем углу, куда никто не заглядывает. — Максим посмотрел на журналы, посмотрел на часы над дверью и устроился за столиком. — Я, наверное, их здесь почитаю.
Была бы тут Женя, не остался бы, конечно. А общество Лены было гораздо приятнее, тем более, сейчас пойдешь в домик, а тебе вожатая навстречу: «Максим, почему на площади бумажки? Это теперь твоя подотчетная территория. — Или. — Максим, почему бездельничаешь? Или занимайся, или марш со своим отрядом в лес, шишки и желуди для конкурса "Умелые руки" собирать!» Так что в библиотеке отсидеться выходило даже и спокойнее. Лена тоже против общества Максима не возражала, поэтому скоро тишину в библиотеке прерывало только шуршание страниц и шмыгающий нос нелегально искупавшегося вчера Максима.
— Лен, а можно спросить? — Максим решился начать разговор. — Скажи, вы нашего физрука давно знаете? Ты и Алиса.
— Давно. Не очень, но давно. — Запутанно ответила Лена. — С рождения. — Книжка была скучная, и разговаривать было интереснее. — А почему ты спросил?
— Тогда понятно. Да просто, даже Алиса никогда не будет взрослого, пусть и хорошо знакомого, человека Сенькой называть. И она всегда так пытается заботиться о Семене, а Ульяна видит это и только улыбается.
— Ты наблюдательный… — Лена думала, как закруглить разговор. В конце-концов Максим пока еще только кандидат в старший отряд, и разъяснять тонкости взаимоотношений Рыжих с Семеном постороннему человеку не хотелось. Но, кажется, Максим понял слова «с рождения» буквально, и сделал свои собственные выводы.

Шурик, отпустив Сыроежкина, закончил отбирать нужные детали, высыпал их в жестяную коробку из под леденцов и убрал в ящик стола. Посмотрел, как травятся платы, поболтал кюветой, чтобы перемешать раствор. «Ладно, азотная кислота, но хлорное железо шефы могли бы лагерю для кружка подарить. Сейчас бы полдня не теряли. Нет, потеряли бы, керамике все равно остывать до утра вместе с печью». Шурик запер клуб и, огибая здание, пошел на свое вчерашнее место. Прежде чем начинать зондировать собственный мозг, Шурику предстояло разобраться, что ему известно об этих своих сновидениях и голосе в голове, и записать данные самонаблюдения и самоанализа в рабочую тетрадь, чтобы иметь точку отсчета. Сыроежкин уже согласился быть вторым — контрольным экземпляром. Неплохо было бы, для статистики, набрать еще добровольцев, но Шурик опасался возможного риска. В любом случае, как настоящий ученый из любимых книг, Шурик твердо знал, что начнет с себя.
Председатель кружка кибернетики открыл личную рабочую тетрадь и на первой чистой странице написал: «Дневник самонаблюдения. Начат в четвертый день смены. Данные по предыдущим дням восстановлены по памяти». Перечитал. Получилось неплохо. Потом дописал в конце: «… по памяти и опросам очевидцев». Дальше следовал подзаголовок: «Необычные сны и мысли. Галлюцинации и явления». Далее следовало описать события первого дня. Шурик порылся в памяти: «Событие первое — сон в автобусе. Приснилось, что мне сорок лет и я еду в лагерь с пионерами. Почему-то называю пионеров "миксами" и "копиями". Событие второе — провал в памяти. Поздно вечером обнаружил себя стоящим на площади, спиной к лаборатории. Что делал в лаборатории не помню и восстановить свои действия не удалось». Шурик зачеркнул "лабораторию" и написал "кружок". Вроде бы всё. Но тут мысли Шурика перебили.
— Привет. А ты Сергея не видел?
Главный кибернетик вздрогнул от неожиданности и уронил карандаш. Поднял глаза. Перед Шуриком стояла девочка, лет, наверное, девяти, не больше. Светлые глаза, стрижка такая, что не понять, коротко стриженная перед тобой девочка, или обросший мальчик. Если бы не юбка, аккуратность в одежде и маленькие сережки-гвоздики в ушах. «Сергея? А! Это Сыроежкина что ли».
— Нет, занятия закончились и он ушел. Поищи его в библиотеке.
— Понятно. Если увидишь, то передай, пожалуйста, что его Оксана Зайцева искала.
И, не дожидаясь ответа, исчезла, нырнув куда-то в кусты.
Шурик повертел в руках карандаш. Синий «Картограф» сломался, после контакта с бетонной отмосткой, и теперь, чтобы его очинить для продолжения записей, нужно было возвращаться в клуб. Пришлось отклеивать спину от стены клуба, подниматься, отряхивать форму. «Здесь удивительно чисто. Ни копоти, ни глины, ни мазута. Отряхнулся и форма как новая. А чтобы найти грязь нужно специально постараться». Сигнал к обеду прервал размышления кибернетика, Шурик занес тетрадь в кружок и, встретив на крыльце пришедшего за ним Сыроежкина, отправился в столовую.

«Почему Алиса куксилась, что все, из цикла в цикл, одно и тоже? Может она просто видеть не умеет? Не знаю. И пионеры и природа, каждый цикл, но чуть-чуть разные. Вон, куст подсыхает, прошлый цикл зеленый стоял, а в этом — листья теряет. А здесь, за четыре дня, новую тропинку протоптали, интересно — приживется или нет? А уж люди как меняются... Это просто надо увидеть». — Лена шла из столовой к себе в домик и размышляла. «Я, наверное, порисую сейчас. Портрет Саши начну, а то сколько времени живем в одном домике, а так Саши у меня и нету».
Саши дома не оказалось. «Или возится с мелкими, или еще где-то, хоть у Мику в кружке». В этом цикле девочки сблизились раньше обычного. Купальный сезон официально открывался в четверг, а в следовании инструкциям Саша была чем-то похожа на Сережу Сыроежкина, так что на пляже ее точно не было. «В следующий раз», — Лене пришлось в очередной раз отложить мысль о Сашином портрете.
Взять этюдник и уплыть на остров? Причем, на малопосещаемый остров Длинный. Или уйти с этюдником на остановку и, в очередной раз, нарисовать дорогу, убегающую в поля? Лена взвесила в руке этюдник и поморщилась. Да и не очень то и хотелось. Может остаться в домике и изобразить ту сценку приручения стрекозы двумя маленькими девочками? И подарить Алисе? Лицо маленькой Алисы встало перед глазами как живое. Алиске понравится. Так, одна идея есть, и ладошка зачесалась — хороший признак. Значит результат будет удачный. А потом, без перехода Лена вспомнила, как в столовой Женя и Электроник постоянно бросали взгляды друг на друга, и как они вздрагивали, отводили глаза и зажимались, если этим взглядам случалось встретиться. Да, это оно. Лена быстро набросала сцену приручения стрекозы, чтобы поработать над ней после, когда время будет, а сама взяла карандаши, папку с бумагой, и направилась к Жене в библиотеку.
— А, это ты. Заходи.
Женя постепенно отходила от вчерашнего приступа черной меланхолии и встретила Лену почти приветливо.
— Я почитаю тут?
— Библиотека публичная. — Женя фыркнула на слове «публичная» и пожала плечами. — Читай.
Лена так и сделала, ну почти так. Выбрала книгу побольше, устроилась за одним из читательских столов так, чтобы Женя оказалась в нужном ракурсе, и, спрятав в раскрытой книге лист бумаги, начала делать зарисовки, стараясь поймать эмоции. Женя читала что-то своё, время от времени бросая взгляды за окно и на входную дверь, хмурилась, коротко поджимала губы и переворачивала очередную страницу. А после очередной страницы проскрипела, не глядя на Лену.
— Между прочим, можешь не прятаться. А если бы спросила разрешения, то и совсем хорошо было бы.
— Ой. — Лена покраснела.
— Рисуй если хочешь. Но, я не понимаю. — Женя, все так же не глядя на Лену, пожала плечами. — И, спасибо, что посидела тут вместо меня.
И еще на полчаса девочки погрузились в молчание, прерываемое шелестом бумаги и редкими вздохами. Да иногда, снаружи, доносились голоса пионеров: по Плану мероприятий у среднего отряда было сейчас свободное время, чем они и пользовались, устроив беготню по всему лагерю. «А ведь она ждет, что Сергей заглянет, — подумала Лена, — а тот боится и где-то прячется. Зря девочки посадили Сергея на моё место, и зря я на это согласилась. Нужно бы все рассказать, но не поверит, решит, что я Сергея выгораживаю. С ее то точки зрения все было так, как она увидела».
— Лена. А что за рукопись ты вчера у меня забыла? — Опять проскрипела Женя.
— Это. — Лена задумалась, как не соврать так, чтобы Женя не стала потом крутить пальцем у виска. — Это девочка одна, знакомая нашего физрука, сказку написала. И Семен попросил, чтобы я к ней иллюстрации сделала. — И, отвечая на висящий в воздухе вопрос, добавила. — Можешь взять почитать. Заходи вечером. Я Саше скажу, если меня не будет.

Женя, действительно, ждала Сыроежкина. Даже самой себе не сознавалась в этом, но ждала. Провожала взглядом пробегающих за окнами пионеров, прислушивалась, когда казалось что кто-то топчется на крыльце, вздрогнула, когда вдруг повернулась дверная ручка. «Ой!» — Ёкнуло внутри. Но, к счастью, это оказалась Лена. Или, может быть, к сожалению это оказалась Лена. Этого Женя даже под гипнозом не сказала бы. Лену Женя уже отнесла к числу безопасных, подвоха от нее не ждала, поэтому выгонять из библиотеки не стала, а разрешила остаться и посидеть-почитать. В общем-то каждый любитель посидеть-почитать был понятен Жене и не вызывал у ней ни агрессии, ни испуга. И даже то, что Лена, вместо чтения, занялась рисованием, Женю особо не раздражало. Так только, дала понять, что заметила, и всё. Только поначалу неприятно немного было оказаться в фокусе чужого внимания. Под конец даже разговорились немного, обсуждая разное.
— Женя, в субботу сбор отряда будет.
— Я не приду.
— Я, может, тоже. Я не об этом. Будем решать, принимать новенького или нет. В… — Лена чуть не ляпнула: «Вместо Ульяны». — Вот того, который горнист, Максима.
— Да мне, как-то, все равно. Если нужен мой голос можешь передать, что я — за.
Лена закончила рисовать и ушла, Женя ждала, что ей покажут, но Лена просто попрощалась, собрала бумагу и ушла. «Ну, значит, не больно-то и хотелось, значит мне и не нужно это видеть».
Женя, после ухода Лены, еще раз обвела глазами библиотеку, увидела журналы на полке с прочитанной и возвращенной литературой. «Интересно, кто брал?» — Подумала как хозяйка. Глянула в ящик с читательскими формулярами. Сверху, на коротенькой шеренге формуляров, стоящих в ящике друг за другом в алфавитном порядке, лежал свежий. «Родионов Максим, 14 лет, средний отряд». Над зачеркнутым словом «средний» рукой Лены было написано «старший». «Любит ли читать, я еще не знаю, но умеет, это точно», — проскрипела вслух заведующая библиотекой, чуть улыбаясь и пристраивая формуляр в общую шеренгу, между Персуновым Семеном и Тихоновой Еленой. Теперь осталось только вернуть журналы на место и можно запирать библиотеку на перерыв. Или не запирать — идти все равно некуда. Женя взяла журналы, подержала их в руках и положила обратно на полку. Потом взяла самый верхний и быстро пролистала его. Нет, все верно, вон и библиотечный штамп на месте. Но все же. Женя подошла к каталогу, выдвинула несколько ящичков и умело пробежалась по картотеке, потом проделала это еще раз, читая каждую карточку, вынимая карточки из ящичков и проверяя — не завалилась ли какая-нибудь карточка, выпав из общего ряда. Потом проделала тоже самое уже с каждым ящичком, а не только с теми где была периодика и издания на букву З. В каталоге библиотеки «Совенка» не числилось ни одного номера журнала «Знание-сила». Не смотря на библиотечный штамп на этих самых журналах. Женя вернулась к журналам, взяла с полки самый верхний, посмотрела на первую страницу обложки, потом перевернула и посмотрела на типографские данные «сдано в набор 06.09.1991». Женя глянула на календарик, притаившийся под оргстеклом, закрывающим ее стол. Согласно календарику на дворе стоял июнь 1987 года. «Кажется придется прийти на сбор отряда. Кажется придется спросить у новенького, где он берет журналы? Может он и книг хороших оттуда же натаскает?»

Саша, чуть-чуть разминувшаяся с Леной, сейчас сидела у себя в домике и с огромным удовольствием читала ту самую пионерскую сказку. Читала, возвращалась к началу, закрывала глаза и как живых представляла себе героинь: Анфису, Ларису, Жанну, Машу. Тем более, что и представлять особо не нужно. «Вон же они — живые. Ясно с кого их списывали. Нет, разница, конечно есть, так на то и сказка». Вот ни Святославы, ни Янки, ни Степана здесь не было. Святослава чуть походила на саму Сашу, но совсем чуть-чуть. «Янка… может быть, если бы Ульяна была помоложе лет на пять, то так она себя бы и вела. Степан? Не могу себе представить, неужели Семен был таким? Нет, в нем вовсю живет семнадцатилетний пионер, это не вооруженным глазом видно, но и двадцатипятилетний заместитель начальника лагеря тоже в нем». Саша опять вернулась к началу и посмотрела на первую страницу. «Как, когда Мику успела все это сочинить? Она же сама говорили в день приезда, когда знакомились, что она впервые в СССР, а ее папа с мамой сейчас едут на поезде из Владивостока в Москву, с остановками в крупных городах. Но вот же автор: Мику Хацуне, а вот посвящение: «Сенечке, которому… и Ульянке...», — и подпись японскими закорючками. То есть Мику знала Семена, когда тому было семнадцать? А самой Мику, получается, девять? Ничего не понимаю, надо будет спросить, для начала у Лены». Посмотрела на стену над Лениной кроватью, всю увешанную картинами. Портреты и пейзажи. «И когда успела?» Три портрета особенно притягивали взгляд. Женщина, похожая на Лену как родная мама, протягивает руки открытыми ладонями к зрителю, губы плотно сжаты, глаза чуть прищурены, как будто какую-то работу делает или спорит с кем-то, а если присмотреться, то такая бездна тоски и боли в этих прищуренных глазах… Второй портрет, парень похожий на Семена, наверное таким он и был, в семнадцать лет, только глаза не семнадцатилетние, а взрослые и какие-то уставшие, что ли, но понимаешь, что он сейчас улыбнется, этими уставшими глазами, и скажет: «Все ерунда, прорвемся!» Третий портрет, тот очень позитивный, на нем Семен и Ульяна, сидящие рядышком на крыльце этого самого домика, оба улыбаются, оба счастливы и, как раз и видно, что подросток из заместителя начальника лагеря никуда не делся.
В дверь постучали.
— Привет. — На пороге нарисовался Максим.
— Здравствуй! — Саша улыбнулась хорошему человеку.
Очень заразительно улыбнулась, так что Максим сразу разулыбался в ответ. И как-то даже и не пришлось маскировать смущение нахальством, а захотелось просто взять сразу и обратиться, к так приветливо улыбающейся девочке, со своей такой деликатной просьбой.
— Саш, ты не могла бы чуть поучить меня танцевать? К следующей дискотеке?
— Хочешь Алису удивить. — Саша не спрашивала, а просто констатировала факт. — Приходи в музыкальный кружок после ужина. С Мику я договорюсь.

Вторую половину дня Сыроежкин провел в компании милой девушки Оксаны. Показывал ей, как правильно держать нож; объяснял, когда режут от себя, а когда — к себе; ругался на нож, который она принесла, а потом объяснял, почему острый нож безопаснее тупого. «Ты, когда острым ножом режешь — рука просто идет за ножом и все, и не надо лишних усилий делать. Просто следи, чтобы пальцы напротив лезвия не оказались. А когда режешь тупым, то ты напрягаешься и у тебя нож обязательно сорвется и попадет по пальцам». Ну и все это перемежалось другими разговорами. «Вот знаешь, Сережа, мне кажется, ты ей нравишься. Если бы не нравился, она бы не стала тебя прогонять». «Эх, Оксана, твои бы слова, да богу, которого нет, в уши».
Потом искали вдвоем подходящий кусок коры и Оксана пыталась выстругать хоть что-то похожее на кораблик. «Не надоело? Ну, тогда пошли в клуб». Пошли в клуб, извинились перед Шуриком, за то что помешали, и заточили нож Оксане.
Потом опять искали кусок коры. «Стой. А теперь, прежде чем за нож браться, нарисуй, что ты хочешь. Да вот, хоть на мокром песке палочкой и нарисуй». «Вот так, да?» «Нет, смотри, как надо».
Потом разбирали проект Оксаны по косточкам. «А ты хочешь, чтобы он просто на полке стоял или, чтобы его еще и на воду спустить можно было?» И тут же: «Знаешь, напиши ему письмо, небольшое, чтобы упаковать можно было. В клубе была папиросная бумага, вот на ней завтра и напиши. Потом в полиэтилен запаяем и внутри корабля спрячем. Если все так, как ты говоришь, он обязательно полезет разбирать твой подарок. Там письмо и найдет. Может это сработает».
И снова взялись за ножи. «А почему ты все своими руками должна делать? Что значит, иначе цикл не переживет?»
А потом долгие разговоры. «Не знаю, Оксана, права ты или нет, но может, это мы уходим куда-то дальше, а вы здесь задерживаетесь».
И расстались уже перед самым ужином, договорившись о завтрашней встрече. «Знаешь Сережа… Нет, потом, в конце смены. До завтра!» — И убежала, прихватив с собой недоделанный кораблик. А Электроник еще посидел на берегу, улыбаясь и думая о том, какая это славная девочка и о ее словах, что он Жене нравится. Дождался горна и уже тогда встал, отряхнулся и пошел сперва в кружок за Шуриком, а оттуда на ужин.

Алиса оказалась в этом лагере помощницей вожатой исключительно из-за отсутствия альтернатив, и была она плохой помощницей вожатой, но какие-то привычки въелись и их уже не вытравить. Вот и сейчас, она перебирала в памяти прожитый день, анализировала свои ошибки, делала выводы и строила планы на завтра. «Что там со мной и лагерем происходило сегодня?»
Прощание с Персуновыми в пять утра. Алиса не утерпела и вскочила в такую рань, чтобы проводить своих самых близких людей, уходящих в утреннюю хмарь.
— Вы туда же, на то же место?
— Да Алис. Точка стабильная и еще долго продержится. Да не кисни, Рыжая. Завтра же придем назад!
Спать уже не хотелось, поэтому присела на крыльце спортзала, кутаясь в олимпийку. И в каком-то оцепенении провела час, пока не появилась Сашка, возобновившая свои утренние пробежки.
— Привет.
— Доброе утро, Алиса. Побежали со мной?
— Пф-ф. Я что, больная? Ты то почему одна? Катька отказалась?
— Да, не пойму я её что-то. Вчера просилась, а сегодня я за ней забежала, а та ни в какую. Еще и смотрит обиженно, и глаза красные, будто плакала. Ладно, побежала я.
И только легкие шлепки подошв о покрытие беговой дорожки еще слышны за спиной.
Чуть позже — Максим, который хотел спросить о чем-то, но так и не решился.
Еще чуть позже — линейка, слава богу, в этом цикле не военизированная.
— Алиса, а ты не в курсе, где наши физруки? Они предупредили, что появятся завтра, после завтрака, но о подробностях умолчали.
— Ольга Дмитриевна, помните, в первый день тут сестренка Ульянина отметилась, отдыхает тут недалеко. Вот, кажется ее навестить.
— Недалеко? Странно. До ближайших людей здесь километров триста. Ну ладно, Алиса, на субботу какие мероприятия запланировала?
Кибернетики затеяли что-то новое в своей берлоге. Надо будет убедиться, что это безопасно для окружающих.
И так обо всем дне. А еще, завтра открытие купального сезона и физруки на пляже были бы ох как уместны. «Надо будет на следующий цикл убедительно попросить их не уходить вдвоем. Стоп. Они же завтра к одиннадцати обещали вернуться, так что все нормально».
Алиса покосилась на бывшую Ульянкину кровать, занятую сейчас гитарой и одеждой. «Привыкаю постепенно, вот уже и ее кровать вещами занимаю, и бельем эту кровать застилать не стала. Но все равно вечерами тоскливо. Хорошо хоть Ульянка каждый вечер специально поболтать заходит. И хорошо, что она меня простила: "Алиса, если бы ты в тот раз промахнулась, то Семен прошел бы сквозь наш лагерь, мимо и дальше". А эта "сестренка" Ульянкина еще разбередила. Уговорить бы ее здесь остаться, так в ее лагере своя Алиса есть, той тогда совсем плохо будет. Хуже чем мне в прошлом цикле. А у меня уже какие-то просветы появились. Вроде Макса, того же. Правильно Мику про него сказала, что он тычется всюду с любопытством и дружелюбием, как молодой пес». Алиса улыбнулась: «Было бы ему, хоть на пару лет побольше».
Алиса посмотрела на гитару, но нет, настроения не было. «Ну, значит спать». Погасила свет и завернулась в простыню. Она уже знала, что ей приснится. Каждую ночь, с середины прошлого цикла Алисе обязательно снился один и тот же сон. Очень спокойный, ни куда не зовущий, не оставляющий после себя никаких эмоций, он просто снился. Начинался сон с того, что Алиса оказывалась заперта внутри зеркального шара — елочной игрушки. Постепенно размеры игрушки росли, стенки отдалялись, теряли четкость, горизонт становился все дальше и вдруг Алиса понимала, что она уже не внутри зеркального шара, а снаружи. А потом это шар начинал уменьшаться в размерах, горизонт опять приближался и оказывалось, что вокруг Алисы плавают, иногда соприкасаясь, а иногда слипаясь в устойчивые гроздья множество таких шаров. И внутри каждого спрятана своя Алиса, в чем-то абсолютно такая же, а в чем-то похожая только на саму себя. И можно перепрыгнуть со своего шара на соседний и проснуться уже там, рядом с двойником. И с двойником, при таком проникновении, ничего не случится. Вот только надо решиться прыгнуть. «Интересно, Ленке тоже самое сниться? — Еще успела подумать Алиса, перед тем как уснуть окончательно. — Она ведь та еще партизанка, будет молчать, пока совсем плохо не станет».
Развернуть

VN Дайджест Стенгазета лагеря Вечерний костёр(БЛ) Бесконечное лето Ru VN Визуальные новеллы фэндомы 

VN Дайджест №36




VN Дайджест,Стенгазета лагеря,Вечерний костёр (разное),Вечерний костёр(БЛ),Бесконечное лето,Ru VN,Русскоязычные визуальные новеллы,Отечественные визуальные новеллы,Визуальные новеллы,фэндомы



№36/7-2017

13-19.02.2017


Темы недели: самопадающие трусы и День СВ

Алиса, верни голову Лене!
Юля. Боль снимите, опухоль оставьте.
Лена в рекламе Colgate.
Мы говорим ArseniXC, подразумеваем шикарный фон.
Hikka-kun. Товарищ Веном, когда я говорю "рисуй" все рисуют.
Ульяна. Дилда, представляешь, он говорит: "Маленькая еще!" -- так обидно.
kk--. Сая - лоли? Не знал.
10000 пост в фендоме. И конечно это Лена.
Графомании быть? Узнаем через неделю.
chelovek_motylek. В живого человека? Дидлом? Может еще и цвет назовете?
AppleBeing. Мы славно поработали и славно отдохнем.
Pink Dildo. Три девицы под окном.
Миша, ах, что за клычок.
Анон. Радость, через силу.

Костер.

Леночка. Щасс спою!
Кабаныч, и тебе привет.
LordofDOTA2. Как поймать гадину?
Kommunizm. Угадайте теперь, в каком ухе у меня жужжит?
Pink Dildo. Настоял на своём.
chelovek_motylek. Чи хуа, чи ни хуа.

Развернуть