проза

Подписчиков: 0     Сообщений: 35     Рейтинг постов: -35.9

моё рассказ story проза песочница 

Моё знакомство с правдой

Почти у каждого из нас есть воспоминания из детства. Как хорошие, так и плохие. Они составляют некий фундамент, каркас нашей личности. Во многом именно благодаря этим воспоминаниям, как и воспитанию, мы стали теми, кто мы есть. Со своими причудами, заскоками и предпочтениями во всем – от еды до критериев выбора спутника\цы жизни и методов воспитания собственных детей. Я не берусь судить об этой данности как «хорошо» или «плохо». Я просто расскажу свою историю. Ни больше, ни меньше...
Для того чтобы лучше понять произошедшее со мной, стоит немного окунуться в историю моих родителей: ни мать, ни отец не были людьми, что называется, «голубых кровей». Бабушка пыталась воспитывать мою маму по правилам высшего света, но это не так уж легко было сделать в однокомнатной квартире, на периферии нашей необъятной. Отец мой рос в сельском районе в черте города – эдакая деревенька с частными домами и длинными, параллельными друг другу улицами. Дедушка мой (по отцовской линии) был человеком необычного склада ума и любил на досуге ремонтировать все, что работало неверно или ошибочно. Бабушка же была покладистого нрава и трудолюбива. До глубоких седин она возилась в огороде и держала дом в порядке.
Родители ни отца, ни матери не знали о том, как воспитывать детей. Бабушки и дедушки просто делали то, что умели, и в результате их действий, через определённый промежуток времени, их дети встретились. Свадьба, первенец, переезд в другой город, первая квартира. Потом на свет появился я. Судьбой мне было отведено почётное второе место среди отпрысков. И как это водится, я старался заслужить любовь родителей, как только мог. Мне казалось, что если буду следовать их советам, то стану тем, кем они смогут гордиться: слушал внимательно и кивал всякий раз, когда мама или папа говорили мне «Так делать не надо» или... Другого не помню, честно говоря. Слов похвалы в свой адрес я не слышал. Она выражалась только в улыбке или одобрительном кивке, когда я делал что-то, что родители считали верным. А верным они считали вещи не такие уж и сложные: чистоплотность, покорность, честность. В отличие от первого, с последним пунктом у меня никогда не было проблем. Я не стеснялся говорить правду, и это даже порой веселило взрослых.
– Такой непосредственный, – говорили они. Эта похвала воспитывала меня так же, как колокольчик воспитывал собаку Павлова: в какой-то момент в моей голове укоренилось понимание, что правда = награда. Осязаемая или словесная. Согласитесь, ни один ребёнок добровольно не слезет с этой иглы. Вот и я все повышал и повышал дозировки. Я мог открыто сказать о чем-то похабном или непотребном. Но так как я был юнцом с широкой и смазливой мордашкой, радикальная честность сходила мне с рук.
Любопытство и вытекающая из него наблюдательность давали мне большой массив данных: выпитая отцом втихомолку перед обедом рюмка, разбитая первым ребёнком ваза и прочие бытовые мелочи – обо всем этом я знал «правду». И да, моя жизнь ограничивалась только домом. По крайней мере, в тот период жизни. Я наблюдал за всем: как готовит мама, как делаются уроки, как наводится чистота в доме. Время от времени бывали у нас и гости, но детей в такие дни выгоняли с кухни в комнату. Скорее всего, поэтому в один из вечеров, когда отец был чем-то усердно занят, я поспешил к нему. На маленьком деревянном столике лежали пинцет, маленькие, с загнутыми концами ножницы, клей и кассета, из тех, что перематывали карандашами. Мой взгляд приковала вещь, доселе невиданная в стенах родного дома. Прозрачный пластик демонстрировал все внутренности диковины: миниатюрные бобины и плёнку. Я принялся рассматривать их внимательнее.
– Интересно? – спросил отец.
– Ага, – кивнул я. – А что ты делаешь?
– Ремонтирую.
– А что случилось?
– Да тут кое-кто, – он громко выругался, – взял у соседей кассету и порвал плёнку!
Его крик немного испугал меня, но любопытство взяло верх, и я продолжил наблюдать. Отец вытянул плёнку и ровно обрезал оторванные края. Затем он взял клей, буквально самую толику, и нанёс на один из кусочков ленты, торчащей из кассеты. Очень ровно он приладил сверху вторую полоску и начал активно дуть.
Я ткнул пальцем в маленький чёрный обрезок и поднёс его к глазам. Он был едва толще волоса, как мне казалось тогда, и шириной в две спички. Мастерство, с которым отец проделал все манипуляции, поразило меня. Он буквально «подковал блоху», хотя в те годы я и не знал о подобном выражении.
– Здорово! – не выдержал я.
– Пусть полежит, высохнет, – ответил отец. – Не трогай!
– Хорошо, – согласился я и отправился в другую комнату.
Чуть позже мы поужинали всей семьёй, каждый сходил в душ и мы легли спать. Наутро я увидел кассету уже в коробке с разноцветным рисунком и перечнем песен на обратной стороне.
«Значит, все получилось» – подумал я и с гордостью за папу пошёл заниматься своими делами, а именно играть. После обеда мама принялась готовить ужин, а я вернулся к прежнему занятию. За мной не надо было следить или проверять меня. Достаточно было создать круг из каких-либо предметов, и я уже в иной реальности, вернуть меня из которой мог только голос родителей.
– Открой дверь, я занята, – послышался мамин голос с кухни.
«Странно! – подумал я. – Ведь кухня прямо рядом с дверью, зачем отвлекать меня?»
Квартирка наша была скромная, и кухня, расположенная слева от входной двери, была и прихожей, и гостиной.
– Кто там? – спросил я, ожидая у двери и смотря на маму. Она стояла в лёгких домашних штанах, в фартуке, повязанном поверх какой-то старой выцветшей футболки, и с лопаткой в руке. Стальная часть кухонного инструмента блестела, что очень контрастировало с ручкой грязно коричневого цвета. Она была выполнена в простом стиле: параллелепипед со скруглёнными краями. Даже её конец, торчащий из-под мизинца, был скруглён.
– Соседка, – послышался приглушённый голос, и мама с улыбкой кивнула, что обозначало «молодец, спросил. Можешь открывать, одобряю». Я дёрнул дверь на себя. На пороге стояла девушка лет на пять старше меня.
– Привет. Взрослые дома?
– Да, привет, я занята немного, – сказала с кухни мама, находящаяся менее чем в паре метров от гостьи. – Заходи.
– Да я только кассету забрать, – смутилась девочка.
– Сейчас. – Мама указала на небольшой столик, стоящий под зеркалом возле верхней одежды, и обратилась ко мне: – Вон лежит, отдай, пожалуйста.
– Ага, – согласился я и сделал, что сказали.
– Все нормально? – спросила соседка и посмотрела на меня. Её чистые глаза будто разговаривали со мной без слов. Они шептали: «Скажи! Скажи, что все хорошо! Родители разорвут меня, если с кассетой что-нибудь случится!».
– Знаешь, – без церемоний начал я, – папа вчера полвечера чинил, там плёнка... пор...– Договорить я не смог. Резкая боль пронзила левое плечо, и у меня из глаз брызнули слезы.
– Все хорошо! – вклинилась мама и отвела меня от двери. – Что-то ещё?
– Нет, до свидания, – ответила девочка и убежала.
Мама выглянула на мгновение за порог. Её рука все ещё сжимала ту самую рукоять лопатки. Глядя на неё, на этот скруглённый конец, я быстро понял, что именно его я ощутил мягкими тканями плеча.
– Не надо другим рассказывать об этом, понял? – выпалила мать после того, как закрыла дверь.
– Угу, – кивнул я, утирая слезы.
– Иди, играй. На ужин котлеты.
Я молча ушёл в комнату с разрывающей плечо болью. Жгущая и тянущая, она быстро захватила руку и спину, а затем перешла в голову. Одно с другим там связалось само по себе. Все словесные похвалы мигом вылетели, оставив после себя лишь пустое пространство, молниеносно заполненное свежевыученным правилом.
Я не смел жаловаться, думая, сделал что-то неверное, допустил очень большую ошибку. Мне никто не объяснил, почему нельзя этого говорить, никто не спросил, больно ли мне. Я просто остался наедине с ощущениями и мыслями, что правда может причинить боль. Физическую боль.
Знаете, есть одна индийская притча: как-то турист, наигравшийся со слоном, спросил у дрессировщика:
– Почему вы привязываете таких сильных животных на такой колышек? – Он указал на деревяшку, которую без труда мог бы вырвать из земли любой взрослый.
– Слоны сильные, но не умные, – ответил дрессировщик. – Мы привязываем их на тот же колышек и на ту же верёвку, на которую привязывали в детстве. В то время слонята пытались вырваться, но сил ещё не хватало. Когда же слоны вырастают, – он поднял палец вверх, – они уже не хотят пытаться.
– А почему вы уверены, что взрослые слоны не будут вырывать колья? – спросил турист.
– Я уверен, потому что такого не было ни с одним слоном за все годы моей работы, – ответил дрессировщик.
Я вспомнил эту притчу, потому что сам подобен дрессированному слону. Ещё юнцом я получил травму, которая ассоциировалась у меня с правдой. Даже сейчас, спустя более 25 лет, даже зная механизм работы мозга, детской психики и бессознательного, я чувствую боль. Каждый раз, когда говорю правду, моё тело противится этому. Каждый день я ощущаю это физически, несмотря на то, что мышцы и суставы в полном порядке. Я понимаю, что мама не хотела делать мне больно, просто она бессознательно отреагировала на опасность: вероятную возможность потери денег, ибо этот кусок пластика в те времена был на вес золота. Один из древнейших механизмов, доставшийся нам ещё от животных – бей или беги. Он включается автоматически, без участия сознания, минуя логику, здравый смысл и аспекты воспитания. Благодаря этому механизму человечество ещё не вымерло. Но с другой стороны, именно из-за него появляются такие как я: патологические лжецы, для которых сказать правду все равно, что вырвать зуб без анестезии.
Я не оправдываю лжецов, плохих родителей, и уж тем паче не сетую на эволюционные механизмы. Также не призываю Вас верить каждому человеку и принимать что-то как данность. Я рассказал все это по одной простой причине: у всего есть история. У каждой привычки, у каждого болезненного ощущения и у каждой «причуды» есть свой источник. Я рассказал Вам о своём. А что знаете Вы о своих, собственных?
Развернуть

проза рассказ story песочница 

История одного человека

- а как ты вообще в психушку-то загремела?

- хотела покончить с собой.

- а как ты планировала это сделать?

- ну, у меня был целый план. Я решила, что жизнь лучше уже не станет, что впереди меня ждет только страдание и я хочу с этим покончить. Я составила план, записала заметку в телефоне со списком того, что нужно купить. Снотворное, антидепрессанты.. хотя антидепрессанты у меня тогда были. Сказала в аптеке, что несколько ночей не могу заснуть и мне нужно снотворное покрепче - и мне продали рецептурное снотворное без рецепта. Типа - "на, девочка, иди убей себя" [вот так порой - хочешь сделать добро, а получается..].

Потом я зашла в магазин, взяла там настойку и вышла, не расплатившись. Еще подумала - как удачно все складывается - словно судьба хочет, чтобы я умерла. Пакеты большие для мусора купила. И трусы еще чистые. Не хотела, чтобы меня в грязных нашли.. хотя я бы все равно, наверное, описалась.

План был такой - я хотела лечь в мешок для мусора, чтобы меня было проще выносить [!] и наглотаться снотворного с алкоголем и антидепрессантами..

А потом я стала писать другу. Потом мне позвонили из службы психологической поддержки наверное. Какая-то женщина. Уговаривала меня. А потом приехала скорая, когда я перестала отвечать.

Отвезли меня в больницу. А я еще думала, что домой еду.

Как я ошибалась..

Так я попала в больницу на полтора месяца.

Тяжело было маме все объяснить..

"Мама, ты только не переживай, но я в больнице. Да нет, ничего не случилось, все нормально, я в другой больнице. В психиатрической".

Но мне там даже понравилось, я потом туда даже еще раз поехала, добровольно.

Я там еще с шизофреником одним познакомилась, мы как бы "встречались" - ходили за руку по коридорам, он мне на полном серьезе рассказывал, что водит меня по другим измерениям, что он - ангел.. а я верила и мне это нравилось. Мне давали фенозепам, а от него постоянно так спать хотелось.. А еще мы в космос с ним летали..



- сейчас-то у тебя все хорошо?

- в плане?

- ну так, в принципе?

- ну, уже получше.

===666===

Увы, очень жаль, что у меня нет видеозаписи этого разговора, потому что данный текст записан мной практически по памяти, а она у меня, скажем прямо, так себе - в итоге получилось так, что я опустил огромное количество разных интересных мелочей и деталей, передав только общую суть. Где-то я, возможно, сам того не желая, что-то сочинил, хотя мне очень хотелось передать эту историю слово в слово.

But anyway.

Если у вас депрессия - не спешите уходить из жизни.

Рано или поздно Вы встретите своего человека и жить станет чуточку лучше. И вам, и этому человеку


тг: /thoughts1033
проза,рассказ,Истории,песочница
Развернуть

паста носки длиннопост проза песочница 

Из жизни носков.

Носки понимали - Животные не осмеливаются нападать на того, в ком есть Конечность Бога. Одухотворенные носки, в которых был заключен дух Бога - Нога - иногда подвергались, конечно, атакам животных - но никогда не погибали при этом и не получали серьезных ран и увечий.

А Билли.. боги оставили его. Или он оставил богов?
Как бы то ни было - он оказался в холодных землях Пола. Он не успел спрятаться за Диваном, и сейчас оказался в острых клыках Собаки, которая рвала на части его тело, оставляя зияющие раны, разбрасывая вокруг себя нитки и куски материи.

- Может быть, Боги еще заштопают его.. - испуганно прошептала Сэнди.
- Чушь! Мы - Покупные, а не Вязаные! Мы - не творение Богов этого мира, а значит - мы им не дороги! Первая же дырка - и нас просто выкинут в мусорное ведро, а потом - на Свалку, где мы будем гнить и разлагаться!

Сэнди испуганно сжалась.

- Боги любят нас. Они нас создали. Разве можно не любить свое Творение?
- Очнись, Сэнди! - прорычал Рик, - Боги лишь используют нас. Ты думаешь все эти дорогие вещи - мягкие тапки, кожаные ботинки - они создают для нас? Одевают нас в них? Да как бы не так! Они используют нас! Исполбзуют, пока мы молоды, а потом просто выкинут!
Сэнди - мы можем спастись, лишь бежав отсюда, скрывшись от Богов! Верь мне, Сэнди!

- Я.. я не могу. Я всю свою жизнь верила в Богов.. нет, Рик.. спасайся один. Может быть, хоть ты найдешь лучшую жизнь, где нет этой удушающей атмосферы людских ног..
***
На следующее утро я не смог найти свой носок с Риком из "Рика и Морти". Что с ним случилось - черт его знает. Может, лежит где-то за диваном, может, куда-то утащила собака.
Ну и ладно, давно пора было купить себе новые.
паста,носки,длиннопост,проза,песочница
Развернуть

текст story рассказ История проза песочница 

Юбилей

У каждого в голове, в её самом отдалённом участке, или в сердце, как принято считать у романтиков, имеется тайная комната. В ней хранятся наши идеалы. Всего. От носков до планет и галактик. Сложно сказать, как наполняется эта комната, и ещё сложнее сказать, у кого находятся ключи. Человеку лишь остаётся заглядывать в замочную скважину и украдкой наблюдать за тем, что греет сердце: планы на Новый год, домашний уют, семья, дни рождения. Последнее, пожалуй, самое встречаемое в жизни разочарование. В детстве, едва слетит с календаря лист, оповещающий о полугодовой отметке с прошлого дня рождения, мы начинали готовиться. Кто-то сознательно, кто-то нет. Предвкушение подарков, праздничной еды, компота или газированной воды, вплоть до видения погоды за окном в момент появления заветного торта со свечами – все вырисовывалось в голове, иногда и без нашего вмешательства. И от одной этой фантазии, мечты об идеальном дне, на душе становилось тепло.
Безусловно, возраст меняет нас. До мозга костей, как бы банально это ни звучало. Однако наша комната все помнит. Аккуратно, в чистоте и в строгом, алфавитном или датированном порядке она сохраняет каждый дорогой для нас момент. Среди прочего в душевном чулане можно найти и наше видение самих себя. Идеальных, на каждом этапе своей жизни.
Фрейд считал, что все проблемы человека из-за несоответствия трёх «Я»: идеальный, настоящий и видимый другими человек. Что же остаётся нам? Видеть себя идеальными? Этому неврозу название «нарциссизм». Изменить идеальное видение человека, каким мы хотим быть? Но бессознательное ничего не забывает. Меняться? С каждым днём по одному шагу, оставаясь при этом все тем же собой, собранным из атомов, зародившихся вместе с большим взрывом. Но и тут есть подвох: нужно найти золотую середину между терпимостью к самому себе и дисциплиной. Каждая чаша весов таит бесчисленные пороки: на одной – самобичевание за малейшую слабость, а на другой – бесхребетность, неспособность заставить себя даже почистить зубы перед сном.
Как бы там ни было, всегда будут люди, для которых видение себя и реальность будут бесконечно далеки друг от друга. Для них нет радости ни в чем. Хотя какая радость может быть у человека, встречающего собственный юбилей в одиночестве? Его волосы постепенно захватывает серебро, знаменитый бес уже скалится на рёбрах, а борозды, подаренные Хроносом, с каждым годом глубже врезаются в когда-то смазливое лицо. Вот он, пятидесятилетний старик, сидящий на кухне.
– С юбилеем тебя, – шепчет он пересохшими губами и поджигает свечу, одиноко стоящую, будто безымянная могила на пустыре, в купленном куске торта. Руки, покрытые шрамами, ссадинами и белеющими волосами, переворачивают экраном вверх телефон, стоящий на беззвучном режиме. Все те же, пришедшие ещё утром, два поздравительных сообщения ждут, когда адресат прочтёт их. Но отправителям без разницы, улыбнётся ли юбиляр добрым словам. Они всего лишь напускная заботливость, проделки маркетологов, считающих, что так они повышают лояльность к своим продуктам.
«Поздравляем Вас с днём рождения! Желаем крепкого здоровья и долгих лет жизни! Дарим Вам купон на 0,5% во всех наших магазинах. Будьте счастливы!»
– Кого вообще может порадовать такое поздравление? – утирает слезы виновник торжества, чувствующий себя стариком.
Он оглядывает стены своей квартиры, пристально изучает жирные пятна на обоях возле стола, дыру в скатерти, образовавшуюся после падения сигареты, и так и не исчезнувшую со временем чёрную окантовку по кругу. Темные, как горький шоколад, глаза всматриваются в окна, покрытые слоем пыли и окружённые темно-жёлтыми занавесками.
«А ведь когда я их покупал, они были белыми» – думает старик и переводит взгляд на плиту. Переключатели газа, конфорки, даже стоящий чайник – все будто покрыто янтарной плёнкой. Рядом, среди крошек и пепла, лежат чашка, тарелка и ложка. Эти проборы, ровно, как и стол, подставка для обуви, вешалка или раковина, никогда не видели своей пары или других людей. Только тускнеющее с каждым днём лицо человека, с угасающими изнутри темными глазами.
– Вот и пятый десяток... – Шепчет он. Слезы все так же душат, но губы и язык ещё способны сотрясать воздух словами, отгоняя от окружённой светом фигуры одиночество, скрипящее ногтями по стеклу. Огонь свечи, укрываемый от оконного сквозняка морщинистыми ладонями, продолжает дрожать, но теперь уже от тяжёлого, старческого дыхания. Единственным другом, отрадой, становится танцующее рядом с пальцами пламя, пусть и живёт оно всего пару минут.
– Вот и мой фитиль скоро догорит, – сетует юбиляр. – Короток наш век, малыш.
Говорят, некоторые чувствуют приход смерти. Знают день и точное время, когда их жизни придёт конец. Одиночество пестует априорное знание каждый день, вплоть до того момента, пока оно не станет эмпирическим опытом.
Свеча угасла через минуту, как и жизнь одиноко сидящего на деревянной табуретке старика. Глаза его закрылись, и непроглядная темнота заполонила все пространство…
***
Эйнштейн доказал, что время относительно. Но людям и раньше было известно, что одна минута на костре не равна по длительности минуте с любимым человеком. Восприятие. Именно оно создаёт призму, которая так причудливо, через простые и не очень формулы, объясняет процессы в макрокосме. Именно человеческое восприятие, а точнее, 3-4 килограмма мягкого, словно пластилин, серого вещества, способны превратить секунду в час или даже год. Быть может, нейробиологам эта способность покажется завораживающей, однако, если человек переживает трансцендентный опыт, для него каждая такая секунда – моральная мясорубка. Темнота, боль, непонимание и отчаяние годами напролёт наматывают струны души на сюрреалистические шестерёнки. Проснувшись от такого сна, человек не сразу понимает, что реально, а что нет. Сама суть его существования ставится под вопрос. Столпы восприятия рушатся, пока сознание перемалывает воспоминания. Отделить зерна от плевел все труднее с каждой секундой, ибо теперь время возвращает свой естественный ход.
– Тебя сбила машина, – обращается к нему медсестра дежурным тоном. – Сотрясение, перелом ребра и повреждение внутренних органов.
– Я... Жив? – выдавливает юноша пересохшими губами.
– Ну, если нет, то мне следует взять пару недель отпуска, – все так же индифферентно отвечает девушка и удаляется, шумно зевая на ходу.
Для полного физического восстановления юноше потребовался не один месяц. Но ни о каком душевном спокойствии не могло идти и речи. Как бы ни убеждали врачи, какие бы примеры ни приводили, молодой человек знал, что он видел не сон и не галлюцинацию. Все то, что он чувствовал, было правдой. Его жизнью.
– Смерть, – говорил он, – подарила мне второй шанс, показав, что со мной станет, если я не изменюсь.
И он изменился. Гедонизм во всех проявлениях стал самоцелью. Вещества, выпивка, отношения на одну ночь – все это было лишь первой ступенью.
– Я слишком молод и не так уж глуп, – парировал он все замечания, – чтобы так просто сдохнуть.
Разрушительный образ жизни, так почитаемый среди несформированных личностей, сменился следующим этапом – отрезвлением. Потом было паскетарианство, вегетарианство, сыроедение и контролируемые голодовки.
– Энергия, которую мы ищем в еде, есть и солнечном свете, просто наши тела разучились его принимать. – Юноша, сам того не понимания, повторял чужие слова, веруя в них. За фанатизмом, как это всегда бывает, скрывалось сомнение, и когда оно взяло верх, молодой человек вернулся к прежнему питанию.
– Теперь-то уж одумается, – с тёплой улыбкой смотрели на него родители. Но им было и невдомёк, какая заноза сидела у сына между полушарий. Она проникала все глубже, влияя постепенно на суждения и решения.
Как и у всякого бывшего наркомана или алкоголика, разочаровавшегося в фанатичной вере, но не желающего возвращаться на прежний путь, у юноши были свои варианты получения от жизни «кайфа». И в них едва ли вписывались работа, отношения, и уж тем паче семья.
Прыжки с парашютом, с тарзанки, с моста, с крыши давали нужную дозу адреналина лишь первый год. Затем и они приелись.
– Я хочу увидеть мир! – Щёлкнуло в голове, ещё не тронутой сединами, в один будничный вечер. На эту мысль натолкнула шедшая по телевизору передача. Затем реклама, кричащая из каждого утюга «будь собой» и «следуй за мечтой» укрепила намерение.
Потянулись месяцы изнуряющей работы в попытках накопить на первое путешествие.
– Я здесь только на полгода, – с высоко поднятым подбородком говорил новый работник всем, кто хотел с ним сблизиться. Цель, маячившая на горизонте, приковывала взгляд настолько, что больше ничего не имело значения. И этот день настал довольно быстро: юноша отправился изучать мир. Сначала недалеко, только в пределах своей страны. Но с каждым разом, уезжая все дальше, парню было все труднее возвращаться домой, в старый видавший виды подъезд, в квартиру, требующую вот уже второй десяток капитального ремонта, на опостылевшую работу.
– Путешествия расширяют горизонт, мама, – отвечал он на любое предложение задуматься о будущем. – Надо жить здесь и сейчас.
И он жил. Здесь и сейчас. Никаких долгих отношений, никакой постоянной работы. Случайные, мимолётные знакомства, путешествия, переезды – все эти вещи настолько глубоко захватили человека, что он и подумать не мог о чем-то ином. Стабильность? Она виделась стагнацией, застоем, постепенным увяданием, и ещё одним шагом к тому будущему, которое он увидел на больничной койке в неполные 18.
Солнечные дни сменялись дождливыми, а затем и морозными, один год сменял другой, пока юнец превращался в мужчину. Он похоронил сначала одного родителя, а потом и второго. Продал их старую «халупу» и взял маленькую квартирку, «чтобы было, где бросить кости на пару недель».
– Может, я добавлю, и мы возьмём другую квартиру, побольше? – робко интересовалась его девушка.
– Нет, – отвечал мужчина, – мне так удобнее. Я сам. Тема закрыта.
Как когда-то родители не понимали его мироощущения, так и он теперь не понимал чувств своей пассии. Ей хотелось прожить с ним остаток жизни, слиться с ним и свить небольшое гнездо, с одним или двумя птенцами. Но ни увещевания, ни ультиматумы не приносили плодов. Каждый раз, направляясь в его квартиру, дама намеревалась сделать что-то, что сблизит их, свяжет тонкой, красной нитью судьбы. И каждый раз она ехала домой несолоно хлебавши.
В таком ритме прошли ещё пять лет. За этот срок девушка стала женщиной и покинула так и не повзрослевшего мужчину. Путешествия для него стали труднее: мышцы дряхлели, а кошелёк худел. Мысли о гедонизме посещали все реже, тогда как желание устроиться в кровати и отдохнуть – все чаще. Воспоминания поблекли, скомкались в один большой, толстый, весом почти в 30 лет, блин. Кусок теста, состоящий из кратких моментов, отобрал все, что могло создать хоть какую-то крепкую связь.
Одним пасмурным утром неутомимый путешественник проснулся и отправился готовить завтрак. Там, на кухне, между первой и второй сигаретой, на сотовый телефон пришло сообщение. Дата, заставка, пожелтевшие обои, грязные окна и жирные пятна на стене вернули в мозг старые воспоминания.
– Значит, сегодня? Сегодня мне 50?
Газ на плите был потушен. Юбиляр сходил в магазин и купил кусок торта, которому предназначалось принять в себя только одну свечу. Именинник осмотрел пустую комнату: ни друга, ни семьи, ни собаки, даже ни одной фотографии.
– С юбилеем, – прошептал он. Чуть подрагивающие, стареющие на глазах, пальцы поднесли горящую спичку к свече, живущей, пока горит фитиль, окружённый твёрдым, но податливым цветным парафином. Впрочем, как и человек…
Конец.
Развернуть

проза story 

*** 


Однажды, стоя ночью на улице, обратил внимание на аптеку, освещаемую тусклым, бессмысленным светом фонаря. Подумалось, что так и за двадцать пять лет ничего не изменится, да и после смерти тоже. После ведь снова жизнь, и опять будет такая же ночь. И волны канала так же замёрзнут. И аптека останется на той же улице, освещаемая фонарём. 


*** 
Нескладная, неаккуратная пятилетняя Таня вывозилась в прибрежном песке. Осипла, глаза распухли, сопли пузырятся — она переживает одну из первых серьёзных, как ей сейчас кажется, потерь в своей жизни. Некому успокоить бедного ребёнка, рассказать о плотности, архимедовой силе и других свойствах жидкости. Да и не поймёт ещё, мала. 


*** 


Однажды я выплеснул из стакана красное вино, будто краску. День перестал быть будничным. Студень, стоявший в блюде на столе, я заставил колыхаться, будто волны океана. Батарея центрального отопления напомнила мне чешую рыбы, и мне пригрезилось, что кто-то зовет меня шепотом, одними губами. Я понял, что я уникален, потому что никто не сыграет ноктюрн на водосточных трубах так, как это делаю я.


*** 
Дорогая няня! Я в депрессии. Предлагаю поесть и выпить, только куда-то подевалась вся посуда. 

*** 
Возвращаясь в прошлое, я снова вспомнил собаку, которая носила в своём ошейнике записки моей любимой девушке. Красавица в белом платье не отвечала мне своим вниманием. Мучаясь и страдая, я уехал из родной деревни, но, спустя годы, вернулся вновь. Короток собачий век, нет больше в живых моего связного. Но что это? Я слышу знакомый лай. Сын той самой собаки напоминает мне о прошлой любви. Предаюсь воспоминаниям, но теперь мне нравится другая красавица в голубом платье. 

*** 
Маленькое крылатое насекомое, забавно стрекочущее крыльями, привлекает внимание окружающих драгоценным наростом на животе. Однажды это забавное существо решило прогуляться по пустырю и нашло там золотую монетку. После чего насекомое отправилось на местный рынок, чтобы приобрести на найденные средства большой чайник. 

*** 
Прогуливаясь по берегу моря, я заметил в туманной дымке парус одинокого корабля. Интересно, что заставляет этих людей отправляться в дальние страны из родного дома? Что заставляет их каждый раз бороться с волнами и ветром? Надо думать, все это не от хорошей жизни. И даже сейчас, когда море спокойно и ярко светит солнце, мне кажется, экипаж жаждет бури, чтобы в очередной раз обрести спокойствие, преодолев себя. 

*** 
Под раскидистым деревом расположилась самая известная и уважаемая ветеринарная клиника. Практикующий там врач пользует и домашних животных, включая крупный рогатый скот, и диких, даже очень опасных хищников. Доброта и скромность его не знает границ, репутация безупречна, он непререкаемый авторитет в своей области. 

*** 
Несовершеннолетние! Ни при каких обстоятельствах не прокладывайте свой путь к континенту, расположенному к югу от Средиземного и Красного морей, востоку от Атлантического океана и к западу от Индийского океана! Там вам повстречаются хищные хрящевые рыбы, самые крупные представители отряда приматов, а также громадные недружелюбные пресмыкающиеся! 

*** 
Годовалый телёнок пытается пройти по кем-то брошенной доске. Неустойчивая конструкция вибрирует, что может привести к гибели животного! 

*** 
В русских селениях есть представительницы особого вида женщин: такие женщины обладают обширными знаниями в дрессировке крупного ездового скота, они устойчивы к высокой температуре, что помогает оным спасать селян от возгораний построек. 

*** 
— А в нашей квартире, между прочим, проведена автономная газификация! 
— Зато у нас функционирует система непрерывного водоснабжения! 
— Все это ерунда, вот я живу в центре Москвы с видом на мавзолей, а вы — черт знает где. 

*** 
Проклятые насекомые сели на сладость от мамы. Вот и вся повесть.


Развернуть

проза книги писатель песочница 

В старый город пришёл Апрель. Из плаща сыпал снег и град. Вечерами пил морс и эль, ел чернику и виноград. Просыпался часам к пяти. Иногда – к четырём и трём. Был огромный как кит. И любил рисовать углём.

У Апреля был верный друг. Его имя, конечно, – Март. У него было тридцать штук (или сорок) игральных карт. Март любил бергамот и «Сплин», ездил в Лондон и Петербург. Он был рыжий как апельсин, разноцветный как летний луг. Вместе с ним приходил Февраль. Приносил арманьяк и сыр…

…до рассвета горел фонарь.

И Апрель выходил босым, завернувшись в короткий плащ. Допивал из бутылки эль. И чеканил футбольный мяч о большую сухую ель. Напевал ДДТ под нос и смотрел, как горит рассвет. Вспоминал, что конечен пост уже тысячи длинных лет. Небо цвета как карамель отражалось в потоках рек.

В старый город пришёл Апрель.
В старом городе выпал снег.

(Джек Абатуров)
проза,книги,писатель,песочница
Развернуть

проза тесст story рассказ книга киллеры Дэвилик песочница 

Дэвилик

Едва солнце пересекло линию горизонта, как последний этаж одной из лучших гостиниц Aria задыхалась от количества трупов на квадратный метр. Минутный танец смерти унес с собою пятнадцать жизней и десятки тысяч долларов. Картина, фарфоровая ваза, три телевизора, простреленный потолок, сломанные двери. Жнецу осталось последний раз взмахнуть косой, шестнадцатый, продолжал шуметь, изредка всхлипывать и издавать звуки больше похожие на заглушенный вой.

В направлении спальни размеренными шагами приближалась фигура в черном плаще, привыкшие пыльцы ритмично пробежались по рукояти пистолета. Сделанный на заказ прямиком из Германии, сплав дюралюминия и стали сжимали, кряхтя кожаные черные перчатки Brochillio. В наступившей тишине отчетливо была слышна музыка, доносившаяся из наушников убийцы.

Не дойдя до комнаты, мужчина направил пистолет на стенку – Сальво, тебе некуда бежать – рука сильнее сжала оружие.

-Ты ведь знаешь, что сейчас будет? Это USP-Tactical, сделанный по моему заказу, со своими особенностями, но если даже не учитывать это, то любая модель этого семейства с легкостью пробьет и две панельные стены.

Вслед за последующим шорохом появилась тучная фигура, капли пота вперемешку с кровью со лба застилали правый глаз. Грубые черта лица и не думали дрогнуть, под натиском страха смерти. Нет, Сальво не раз уже был лицом к лицу с ней, но если в прошлые разы она лишь ему улыбалась и исчезала, то теперь плотно ухватилась за его горло.
Развернуть

рассказы фантастика постапокалипсис своё много букаф текст сделал почти сам визуализация фэнтези песочница ...story Сам написал проза 

Карты. Кредиты. Плазмо-Пистолет.

vk.com/id 1754606,рассказы,Истории,фантастика,постапокалипсис,своё,Сам написал,много букв,много букаф,текст,проза,сделал почти сам,визуализация,фэнтези,песочница


Визуализация одного из героев рассказа. Художник – Александр Сначев



   Смолк вой сирены, извещая об окончании «Стеклянной бури». С улицы еще доносился странный шум: будто какой-то дурак решил смолоть мешок гальки в здоровенном блендере, но с каждой секундой этот звук становился все тише. Высокий, подтянутый бармен с полностью седыми волосами и изборожденными глубокими морщинами лицом, отошел от сделанной из крыла истребителя, на удивление чистой стойки. Потянул один из рычагов в стене, и вернулся на свое место. Противно заскрежетали тяжелые ставни, поднимаясь вверх, по мере их продвижения, через тщательно вымытые окна, в помещение медленно вплывали, потки грязно-багрового света. Толку от этого было не сильно много, скорее дань традиции, привычке местных, здесь закрытые окна означали опасность, большую угрозу, и отсутствие даже скудного, природного освещения мгновенно накаляло атмосферу до предела.

   Бар занимал  одно из помещений в четырехэтажном здании-крепости, и особо отличался тем, что имел свой вход с улицы. Называлось это заведение «Не буянь», его содержал ветеран космопехоты, бывалый ходок Рафо. Многие побаивались этого еще крепкого старика, чего только стоило то, что он уже больше пяти лет держал бар в одном из самых глухих и опасных рейдерских городов. Насильники, садисты, маньяки, грабители, работорговцы, каннибалы – вся дрянь, вся сволочь какую только носит земля, захаживала в«Не буянь», и вели себя в меру тихо и спокойно, словно предварительно им всем вкололи тройную дозу успокоительного. Кто-то считал, что причина в силе, опыте, и сноровке старика-бармена, способного голыми руками зашибить мутафага, а то и демона. Другие поговаривали, мол, Рафо действительно домешивает в выпивку разную химию. Третьи думали что «Не буянь» крышует некто очень страшный. Находились и те, кто трепался о магии, забытых Богах, и прочей ерунде. И, конечно же, истина по обыкновению оказалась далека от всех догадок и домыслов. В заведении Рафо всегда было уютно, столы тщательно вытерты, пол выметен и вымыт, стаканы и бокалы радовали глаз незамутненным блеском, а густые клубы сигаретного дыма быстро поднимались к потолку, затягиваясь исправной, мощной вентиляцией. Здесь всегда наливали холодное пиво, и клали в стакан с виски свежий лед. Еще с момента открытия местные поняли – сие заведение островок комфорта, столь редкого на этой планете. Будь ты хоть трижды три раза самый отъявленный негодяй, проведи больше месяца в пыльных руинах, снежных равнинах или жаркой пустыне, и будешь ценить уютный бар подороже многих вещей. Дальше выходил замкнутый круг, защищавший этот бар крепче любого щита: здешние безумцы любили чистый, красивый порядок сего заведения, и вели себя в нем спокойно опровергая правило «пьяный рейдер – опасный рейдер», и сами на корню пресекали любых буянов. Ну а кому понравиться, когда ты устал насиловать, грабить и убивать, и зашел в любимый бар пропустить бокальчик-другой пива в тишине, а рядом какое-то пьяное быдло портит весь кайф? М-да, так что именно уютность хранила «Не буянь» лучше, чем взвод наемников.

  Сейчас шли последние дни сезона частых «Стеклянных бурь», и многие уже поспешили покинуть город, в надежде вырвать пару дней у конкурентов. Поэтому, а еще, потому что только начало смеркаться, в баре было немноголюдно. В одном углу устало потягивала пиво освободившаяся смена вышибал из борделя, и за стойкой, рядом с ведущими на улицу дверями сидел низкорослый, крепкий мужчина со скользящим взглядом, одетый в недорогой, простой, но эффективный бронекостюм. Звали его Полутуз, редкий ходок в рейды, в основном зарабатывающий себе на жизнь игрой в карты и кости с честными сталкерами, что, кстати, неплохо у него получалось, и недавно он даже прикупил себе новый плазмо-пистолет. Жутко дорогая, высокотехнологичная, мощная и компактная игрушка, способная прожечь дыру в хорошо бронированном теле даже сквозь бетонную стену. Веский довод в любом споре. Полутуз жил припеваючи последние полгода, но совсем недавно влип в историю. Зарвавшись, или по глупости он сел играть с боевиками «Огненной крови» и само собой продулся, причем конкретно. «Огни» дали ему выбор: в течении суток принести полмиллиона кредитов или убить кого они скажут. Полутуз выбрал второе, и теперь ему предстояло отправить в мир иной молодого орка Рхама, сына единственного торговца оружием, в находящемся на отшибе городе рейдеров. Будучи игроком, он заранее подготовился и узнал, что Рхама уже пытались убить, но все заканчивалось провалом. Во-первых, парень всегда снаряжен самыми лучшими доспехами и оружием. Во-вторых, не нуждается в телохранителях, любой рейдер при первом признаке опасности кидался ему на выручку, торговец оружием щедро платил за услуги, а разве есть большее одолжение, чем спасение сына? Полутуз добрался до города, на месте все разузнал, проанализировал и составил план. Почти каждый день после обеда орк приходил в «Не буянь», тихий бар, где уже давно не было никаких происшествий. Полутуз дождался, когда большинство жителей покинет город, и сегодня он собирался, как только Рхам придет, разрядить в него всю обойму своего мощного ствола, выбежать на улицу, прыгнуть в припаркованный у входа вездеход и дать деру. Наглая, безумная затея, но любой игрок знает, что иногда необходимо идти ва-банк. В почти пустом баре, в ожидании орка, с хладнокровием профессионального картежника, Полутуз маленькими глоточками попивал травяной чай, незаметно держа одну руку рядом с плазмо-пистолетом.

   Открылась дверь с улицы, и в бар слегка пошатываясь и хихикая вбрела одетая в короткие шорты и распахнутый на голом теле бронежилет, покрытая пестрыми татуировками, высокая, красивая, девица с черным ирокезом и кибер-имплантом всей правой руки. Приветливо всем, улыбаясь от уха до уха, девушка прошла к стойке, встав рядом с Полутузом, и подмигнув ему, в ответ улыбнувшемуся. Из-за стойки послышался притворно неодобрительный голос:

 - Байт, ты опять нализалась, и не у меня в баре!? Последнее предупреждение, еще раз такое вытворишь – выпорю.

 - У-у-у, ты дедуля старый извращенец… Я с прошлой ночи Грому его мех чинила, имею право, и отметить – пьяненьким голосом сообщила девушка, переводя взгляд с бармена на Полутуза, внезапно она вскочила, захлопала в ладоши, и восторженным голосом провизжала – А-а-а, я вижу то, что вижу? Это же «Прожигатель М-43 В2», ограниченный выпуск, специально для старшего командного состава, редчайшее энергетическое оружие с двойной батареей, и необычайно продвинутой системой регулировки силы выстрела – сделав, жалостливое лицо, молитвенно сложив длинные ладони, она взмолилась – пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста, крепыш, дай посмотреть.

  Самолюбиво улыбаясь, Полутуз вытащил из кобуры дорогой ствол, и протянул его девушке, не забыв на всякий случай положить руку на висящую на поясе гранату. Но это казалось лишней предосторожностью, Байт восторженно вертела «Прожигателя», и на ее лице было больше восторга, чем у ребенка получившего самую дорогую игрушку. На несколько секунд от забавного зрелища взгляд Полутуза отвлек Руфо, рассмеявшись из-за стойки:

 - Хе-хе, Байт как дитя малое, мой совет тебе парень, угости девушку «Генератором», она обожает этот коктейль, а я его прекрасно готовлю.

   Полутуз послушался совета. Здоровый цинизм был присущ ему, как и многим игрокам. В конечном итоге он терял немного кредитов, но получал массу преимуществ. От мужчины в компании красивой девушки никто не ожидает подвоха – прекрасная маскировка, это раз. Еще ближе к выходу на улицу, чем крайнее место у стойки, располагался столик на двоих, и вместе с Байт можно его занять – это два. И три – если Рхам не объявиться, приятный вечер на сегодня обеспечен.

   Они заняли столик у выхода, девушка пила через трубочку из высокого стакана переливающийся всеми цветами «Генератор», а крепыш продолжал сёрбать чай. Полутуз заимел еще один повод для радости. Байт сама попросила его держать «Прожигателя» на столе, и тем самым, при возникновении потребности в нем, экономились драгоценные мгновения. Спустя полпачки сигарет, один чайничек чая и пять «Генераторов» красавица сидела у Полутуза на коленях, и делала недвусмысленные намеки игривым тоном, поглаживая то его, то дорогое оружие. В конце концов, крепыш решил уходить вместе с Байт к себе в номер, девушка встала и отошла «попудрить носик», он собирался докурить, дождаться ее и уходить, когда увидел, что открылась вторая дверь, и в бар входит Рхам. И на сей раз, орк был без бронекостюма, всего лишь в защитных штанах и простой белой футболке. Ни в коем случае нельзя упускать такую возможность, решил Полутуз, сдерживая под контролем эмоции, и молясь, лишь бы ничего не помешало. Выстрелить, выскочить на улицу, запрыгнуть в вездеход, и мчать, мчать прочь отсюда. Да, все получиться! Дождавшись пока Рхам подойдет к стойке, Полутуз вскочил, схватив со стола оружие, пятясь спиной к двери, замер прицеливаясь, и спустил курок… Но выстрела не последовало, лишь что-то глухо загудело в плазмо-пистолете. Картежника сковал паралич, он понял, что проиграл ва-банк.

   Хрипло засмеялся за стойкой Рафо, вытаскивая из кобуры, и направляя на Полутуза, тяжелый, крупнокалиберный револьвер, надежный и простой как дважды два:

 - Сосунок, неужели ты думал, что сможешь прибить сына последнего командира моего взвода, в моем баре?

  В сие же мгновение открылась дверь в туалет, и оттуда вышла абсолютно трезвая Байт, издевательски улыбаясь, она сказала:

 - Маленький крепыш-глупыш , мама не учила тебя никому не давать свое оружие в руки?

  Рывком, выйдя из оцепенения, Полутуз одним прыжком преодолел расстояние до двери, распахнул ее и получил мощный удар, в голову, мгновенно отправивший его в нокаут.

 - М-да… - презрительно процедил Рафо, видя как дежуривший у выхода огромный амбал закидывает себе на плечо бесчувственное тело неудавшегося убийцы.

 - Чур, если его наняла «Огненная кровь», «Прожигатель» мой, вам-то он все равно нахрен не нужен без главной детальки – сообщила Байт, демонстрируя всем маленькую запчасть, зажатую у нее между большим и указательным пальцем…


Развернуть

котэ story проза многа букаф Сам написал песочница 

Последний этаж 12-ти этажного дома. Окно было открыто. Ветер выдувал из комнаты душный воздух, нагретый солнцем за день. Я лежал на диване и смотрел в потолок. Мыслей не было, как это обычно бывает после работы. Где-то внизу за окном дети резвились на площадке. Я подумал о море, неважно каком, главное – море и песчаный пляж
– Привет.
Мысли были где-то далеко на пляже: загорать под вечерним солнцем, пить холодный лимонад.
– Я, наверное, отвлекаю.
– Нет, что вы, я просто мечтал о море.
– Мечтать, – это хорошо. Не каждому дано.
Я приподнялся и повернулся к окну. На подоконнике сидел кот. Обычный, серый с темными полосами. Таких по дворам много гуляет.
– Если я отвлекаю, – могу уйти, – сказал он.
– Да нет, вы мне не помешаете. Заходите.
Кот наклонил голову и удивленно посмотрел на меня. Я сел на диване. Кот спрыгнул на ковер, немого потоптался.
– Ковер такой мягкий, лапам щекотно, – он хихикнул. Я тоже улыбнулся.
Кот потряс поочередно передними и задними лапами, немного потоптался и сел, уставившись на меня.
– Вы уж извините, что так внезапно. Просто представители нашего вида редко разговаривают с другими. Это всегда плачевно заканчивается.
– Почему?
– Ну… собак, к примеру, бесят заумные разговоры. А с мышами разговаривать невозможно – их диалект вызывает приступы неконтролируемой ярости, – кот облизнул пару раз лапу.
– Ясно. То есть люди более приятные собеседники.
– Не всегда. Обычно все заканчивается «А-а-а-а!!! Говорящий кот!!» и все такое.
Я посмотрел в окно. В небе плыли облака. Солнце начинало заходить за многоэтажку напротив. Я вздохнул.
– А почему вы разговариваете со мной?
Кот посмотрел на меня, слегка наклонив голову.
– Вы мне показались интересным. Вчера вы шли с работы и засмотрелись на небо, что вы там увидели?
Я откинулся на спинку дивана пытаясь вспомнить свой вчерашний поток мыслей. Шеф урод. Секретарша с ногами. Секс. Толкучка в метро. Студентка в очках. Секс. Девка в мини-юбке на эскалаторе. Секс. Злобная кондукторша, давшая с сотни сдачу пятаками. Жестокий анальный секс. Грязный подъезд. Небо…
– Я подумал об арбузах.
Кот удивленно посмотрел на меня
– Арбузах?
– Ну да. Вспомнилось почему то, как я в детстве ел арбузы. Когда ты его ешь ложкой – понимаешь, что он только твой и больше никому не достанется. Это такой кайф. Мне дико захотелось арбуза.
– А что случилось потом?
– Я купил пива и чипсов и весь вечер смотрел телек.
Кот слегка был ошарашен моим ответом.
– А почему не купили арбуз?
– Дык ведь не сезон еще. Конец мая.
– А-а-а-а-а… Понятно.
Кот сидел в задумчивости. Я пошел в спальню, переоделся в домашнее. Потом зашел на кухню, взял пива. Вернулся в комнату. Кота не было. Я выглянул в окно. Солнце уже зашло за многоэтажку. Дети постепенно расходились с площадки, их места на качелях стали занимать подростки с пивом. Я вдохнул воздух. Пахло как-то, ну не знаю, по-вечернему и хреновыми сигаретами соседа снизу. Cел на диван, включил телек. 23 канала, а смотреть нечего. Я отхлебнул пива, выключил мозг и погрузился в мир современного телевидения.
***
– Привет.
Утро встретило меня на диване легким пивным похмельем. Кот сидел на окне, смотрел на меня.
– Дарова, – просипел я.
– Доброго утра не желаю, – усмехнулся кот.
– Спасибо.
Я сел на диван, сжав виски ладонями, попытался привести мысли в порядок.
– Если хочешь, я могу помочь.
– Ну давай.
Кот спрыгнул на ковер, потоптался немного. Хихикнул. Мягко запрыгнул на диван.
– Ложись на живот.
Я лег. Кот забрался ко мне на спину. Потоптавшись по спине, он лег в районе лопаток вдоль позвоночника. Начал мурлыкать и поочередно сдавливать когтями кожу в районе шеи. Попеременно левой и правой лапой. Вначале было неприятно, но потом по спине растеклось тепло от кошачьего тела. Мурлыканье вызывало какую-то приятную вибрацию по всему телу. Я расслабился. Стал дышать ровнее. Через десять минут кот спрыгнул с меня.
– Ну вот, готов к труду и обороне.
Я размял шею, голова не болела. Похмелья не было.
– Спасибо.
– Да не за что. Просто немного кошачьей терапии, – кот улыбнулся.
– Мне на работу надо.
– Понял. Можно я немного посижу у тебя на окне? Отсюда классный вид на двор.
– Сиди, я не возражаю.
Я пошел в душ. Когда вернулся – кота уже не было. Я оделся и поехал на работу.
***
Я сидел на скамейке в алее парка. Ел сэндвич с колбасой и запивал его лимонадом. Было жарко.
– Слушай, я тут подумал, – кот сидел справа от меня на скамейке и смотрел за птицами на дереве, – почему тебя не удивляет, что я с тобой разговариваю?
– Ну… Не знаю. Я когда-то читал, что если с вами происходят какие-то странные вещи, нужно воспринимать их спокойно. Ведь говорящий кот – вещь странная.
– Почему?
– Коты не умеют разговаривать.
– Это птицы не умеют разговаривать, а коты умеют.
– Вообще-то я не сомневаюсь в этом. Но ты для меня – вещь странная. Глюк. Причем очень навязчивый.
– Значит, глюк сегодня утром спас тебя от похмелья?
– Ну не знаю, что это было, но если я буду воспринимать тебя нормально, как должное, то ты, как глюк, исчезнешь.
Кот ошарашено смотрел на меня.
– Ахренеть! То есть вот так ты меня воспринимаешь? Вещь? Глюк? Ну ты и скотина…
Кот резко встал и перебрался от меня на другой конец лавки. Повернувшись ко мне спиной, он сел. Я сидел, смотрел за птицами на дереве. Кот сидел на другом конце лавки и сопел от злости. Мне стало стыдно. Я пододвинулся к коту ближе.
– Слушай. Извини, – кот повел правым ухом в мою сторону, но не повернулся, – я не хотел. Просто это необычно, когда с тобой начинает говорить… Тем более, когда он появляется из ниоткуда. Мне как здра… – я заметил, как встала дыбом шерсть на загривке кота, – как человеку… ну… может быть страшно. Для меня это необычно. Странно. Дико.
Дыхание кота стало ровнее, но напряжение в мускулах не спало. Я положил остатки сэндвича рядом с ним.
– Хочешь меня задобрить? – в голосе кота слышались нотки злобы.
– Нет. Я просто не знаю, как просить прощения у говорящего кота.
Я встал. И отправился на работу. На душе скребли кошки. Вечером я решил забрести в парк на ту аллею. На скамейке лежали нетронутыми остатки сэндвича. Кота не было. Я покормил сэндвичем птиц и отправился домой.
***
Субботнее утро встретило меня пасмурным небом. Я встал, открыл окно. Серые тучи предвещали минимум ливень. Я оставил одну створку окна открытой и пошел в душ. После душа, приготовив себе чай, я вернулся в комнату. Кот сидел на окне и смотрел во двор. Кот повел обоими ушами в мою сторону, но не обернулся. Я подошел к окну. Кот отодвинулся, уступая мне место. Я облокотился на подоконник. Отпил немного чаю.
– Извини за вчерашнее, – начал я, – просто брякнул, не подумав. Я действительно думал, что ты глюк, и что я схожу с ума.
Кот тяжело вздохнул. Я посмотрел на него, он смотрел во двор.
– Да я в принципе понимаю, многие реагируют на меня еще хуже. Просто мне показалось, что ты отличаешься от них.
– Извини, что не оправдал надежд.
– Да нет, все в порядке, я как то свыкся с этим.
Я посмотрел на небо, темно-фиолетовые тучи предвещали сильную грозу. Я отпил чай. В воздухе запахло озоном, стал подниматься ветер. Посмотрел на кота. Шерсть на его спине нервно подрагивала.
– Ты боишься грозы? – спросил я его.
Кот посмотрел на меня, в его глазах был страх.
– Очень.
– Оставайся у меня, только у меня кроме яичницы есть нечего.
– Знал бы ты, чем я питаюсь в обычные дни.
Кот спрыгнул на ковер, я закрыл окно. Мы прошли на кухню. По просьбе кота я размял хлебный мякиш с сырыми яйцами. Себе приготовил омлет. Пока я мыл посуду, кот куда-то исчез. Я сел на диван, включил телевизор. За окном сверкнула молния и ударил гром. По телевизору пошли помехи. За окном снова сверкнула молния. Я заметил кота в коридоре под тумбочкой. Его зеленые глаза горели от ужаса. Я вдруг вспомнил старый мультик про котенка Гава.
– Иди сюда, давай вместе бояться.
Кот медленно выбрался из под тумбочки. Ползком приблизился к дивану.
– Давай запрыгивай.
За окном загромыхало, кот быстро запрыгнул на диван и прижался ко мне своим левым боком. Он дрожал от страха. Я начал его гладить, чтобы успокоить.
– Почему ты не боишься? – голос кота дрожал.
–Ну, гроза-то снаружи дома, а я внутри него. Ничего страшного не случится.
За окном сверкнуло, раздался гром… И во всем районе погасло электричество. Я смотрел на затухающую точку на кинескопе телевизора..
– А вот теперь и мне страшно, – произошедшее меня выбило из колеи.
– Значит, теперь точно будем бояться вместе, – обреченно вздохнул кот
Я засмеялся. Прижал кота к себе. За окном снова засверкала молния.
***
После грозы выглянуло солнце. Электричество включили в 15.35, я смотрел сериал. Кот спал рядом со мной, свернувшись калачиком. Его хвост нервно дергался. Я немного погладил кота, чтобы он успокоился. Когда хвост кота перестал дергаться, я встал, переоделся и отправился в магазин. Не буду же я своего гостя кормить хлебным мякишем с яйцом.
В магазине было пустынно. Я прошелся по мясному отделу, посмотрел мясо. Дороговато. Пришлось идти в отдел с кормами для животных. Я стал рассматривать блестящие упаковки с едой. Определившись с выбором, телятина с бараниной, я положил упаковки с кормом в корзину.
– Даже не думай, я это есть не стану – голос шел из под прилавка.
Я наклонился, под прилавком сидел кот.
– Ты че тут делаешь?
– Смотрю, чтобы ты своими благими намерениями меня в могилу не свел.
– А чего такого?
– Чего? Во-первых, эту, в кавычках, еду делают хрен знает из чего! – тихо шипел на меня кот. – А во вторых – она просрочена.
Я посмотрел на дату. Просрочена, на 2 недели. Повернулся к коту.
– В третьих, выходи из магазина, кое-что покажу.
Мы стояли за зданием магазина, перед нами была помойка. Обычная помойка при магазине.
– И что?
– А ты не видишь?
Я еще раз посмотрел на помойку.
– Нет.
Кот посмотрел на меня.
– На помойке никого нет.
– В смысле?
– Животных, птиц, кошек, собак, крыс.
–То есть?
Кот вздохнул.
– Слушай, в этом районе это – самая пустынная помойка, потому что в ней все продукты настолько испорчены, что даже крысы их не едят.
– Ну естественно, это же помойка.
– Дело не в том, что это помойка, а дело в том какие продукты в нее попадают. Первый признак того, что с этим местом что то не так – это отсутствие крыс. Крысы всегда питаются на помойках. А тут их нет. Вывод, с этим магазином что-то не так.
Я посмотрел на кота, потом на помойку, потом на здание магазина.
– То есть о качестве магазина ты судишь по тому, есть ли на помойке магазина крысы?
– Мне это кажется логичным.
– Мне нет.
– Тогда я сегодня питаюсь на улице.
Я вздохнул.
– Твои предложения?
– Через пол квартала есть магазин. Там столько крыс на помойке, я считаю в том магазине отличные продукты.
– Я не могу себе позволить покупать продукты в том магазине, это слишком дорого для меня.
***
Спазм скрутил меня возле унитаза, меня стошнило.
– Что это было? – голос кота доносился из за закрытой двери в туалет.
Я отдышался.
– Докторская колбаса… – меня снова стошнило.
– Я понимаю, что это не к месту, но я же предупреждал!
Спазмы прекратились, я тяжело дышал.
– Ты там жив? – в голосе кота звучали нотки беспокойства.
– Вроде да.
– Ну, слава великому коту.
Я вышел из туалета. Шатаясь, пошел в комнату, рухнул на диван. Слабость в ногах, тошнота, озноб. Офигенно пивка попил с бутером. Кот сидел возле дивана.
– Может, ты поможешь? – спросил я его.
– Чем?
– Кошачьей терапией.
– Тут терапия бессильна. Тебе бы к врачу.
– От блин…
Кот вздохнул.
–А что ты хотел? Жрать еду из магазина, который даже крысы стороной обходят!
Я посмотрел на кота, он смотрел на меня с сочувствием. Голова кружилась. Я перевернулся на спину.
– Слушай, – я посмотрел на кота, – а что за великий кот?
– Чего?
– Ну ты сказал возле туалета «Слава великому коту», кто он?
– Тебе чего, спросить нечего?
– Просто интересно.
Кот запрыгнул на спинку дивана. Я смотрел на него, он на меня.
– Ну, великий кот – это прародитель всего рода кошачьего. Тот, с кого все началось.
– А кем он был? Саблезубым тигром?
– Нет. Он был обычным котом, ну не совсем обычным. Он имел силу сотворения. И с помощью нее он создал первых котов. Идеальных во всем: в силе, ловкости и уме. Но со временем он заметил, что эти коты возгордились собой и отвернулись от него.
Я смотрел в потолок, все кружилось, пот стекал со лба ручьями. Руки дрожали.
– Он понял, что ошибся в своем создании и попросил старших создателей помочь ему в решении проблемы. Они сказали ему: «Уничтожь свое творение и сделай его заново». Великий кот слишком сильно любил котов, которых он создал. Причинять им боль было противно его естеству. И тогда один из высших создателей сжалился над ним и подсказал великому коту, как поступить в такой ситуации. Он сказал ему: «Возьми от своего творения по одной идеальной частице, сделай в ней маленький изъян и вырасти из нее новое создание. Дай этому созданию имя.»
Слабость навалилась на меня, я стал засыпать. Кот продолжал свой рассказ.
– Так поступил великий кот, из одного идеального кота он создал множество других, со своими сильными и слабыми сторонами.
Мне снились какие-то странные вещи, говорящие тигры. Жирные крысы, марширующие возле помоек. Арбузы. Котенок Гав, который предлагал бояться вместе. Кот, смотрящий на меня печальными глазами. Все это кружилось, мелькало. Потом откуда-то прибежала собака, начала громко лаять. Я пытался пультом убавить громкость собаки, но она только увеличилась в размерах. Потом я куда-то бежал. Дорога привела меня к помойке. На помойке сидела большая крыса. В лапе она держала скипетр.
– Ну что? – спросила она меня. – Добавку будешь?
Поварешкой она зачерпнула содержимое помойки и протянула мне. От запаха меня чуть не стошнило.
– Странно, – сказала крыса, – а днем ты это уплетал за обе щеки.
Я провалился в яму. Рядом со мной сидел кот.
– Ты главное не пугайся, – сказал он мне, – это пройдет. Я поговорил с великим котом, гепарды нам помогут.
Над ямой нависла готова тигра. Я смотрел на тигра, он улыбался. Поднялся ветер. Я вылетел из ямы и полетел над лесом. От радости я закричал. Стая птиц с возмущенным щебетом разлетелась в стороны, когда я пролетел сквозь нее. Я сделал мертвую петлю и сильно ударился лбом об стену. Я лежал на спине. Перед глазами была темнота, я закрыл глаза и открыл, тьма не исчезала. Я пополз вперед и стукнулся головой обо что-то железное.
– Друг, ты поаккуратнее, – услышал я голос кота, – а то голову себе расшибешь.
Я подождал немного, в темноте проявилась комната, я лежал на полу возле батареи. С дивана я благополучно навернулся. Раздался звонок входной двери. Я попытался встать.
– Я волновался за тебя, ты кричал во сне. Бредил, говорил что-то о гепардах. Я испугался.
Я посмотрел на кота. Вторая попытка встать была успешнее. Я встал, облокотившись на подоконник. Звонок повторился. Я шатаясь пошел в коридор. Включил свет. Отпер дверь. На пороге стояла девушка в ночном халате и тапочках.
– У вас все в порядке? Я слышала крик и шум…
Я ничего не смог ответить, ноги подкосились, съехал по дверному косяку на пол.
– Молодой человек, что с вами?
– Ничего, просто колбаса была просрочена.
– Что?
– Спросите кота, он вам все объяснит.
Я улыбнулся и снова провалился в яму. На этот раз улыбающихся тигров не было.
***
– Значит, девушка не была моей галлюцинацией?
– Нет. Она была вполне реальна.
Я сидел на диване. Кот сидел рядом, прижавшись ко мне. Судя по всему, он был рад от того, что мне стало лучше. Я была рад, что он не исчез в своей обычной манере.
– Похоже на какой-то дешевый романтический фильм.
– Не понимаю о чем ты, – кот повернулся ко мне, – но я рад, что тебе полегчало.
Кот встал передними лапами мне на грудь и потерся о мой подбородок. Я погладил кота по голове.
– А она знает, что ты умеешь говорить?
– В твоей психике я уверен, а вот в ее нет.
Я улыбнулся и потрепал кота легонько за ухо. Мы вместе посмеялись его шутке.
– Ладно, есть будешь? – спросил я кота.
– Только если еду одобрят крысы.
– Пойдем… Что-нибудь сварганим, чтобы крысы одобрили.
Я встал и пошел на кухню. Меня еще слегка пошатывало. Кот следовал за мной, но не обгонял. Войдя на кухню, я заметил некоторые перемены в обстановке. Посуда разложена по полочкам. Плита вымыта. Вилки и ложки убраны в шкаф.
– Ох уж эти женщины…
– Чего? – кот с интересом смотрел на меня.
– Да нет, ничего, просто дела человеческие.
– А-а-а-а-а… Понял. Точнее не понял. Но постараюсь разобраться.
Я открыл холодильник. Кошачья еда красовалась на боковых полках.
– Ты в курсе, где это куплено было? – обратился я к коту.
– Ты путаешь заботу о здоровье и ясновиденье.
– Значит яйца с хлебным мякишем?
– Я не откажусь от курицы, – я посмотрел на кота, – в морозилке два куриных окорока лежат.
Я сварил один окорочек. Мясо отдал коту, предварительно остудив и смешав его с хлебным мякишем. Сам же налег на бульон. Кот ел быстро, но растягивая удовольствие от еды, урча время от времени. Я медленно пил бульон. Высшее наслаждение, скажу я вам. Особенно после докторской.
Развернуть

текст антихрист религия книга проза мистика песочница story 

Что такое Конец Света, про который нам твердят день за днем уже второе тысячелетие? Будет ли он ярким, как удар молнии, или же тусклым, как окно моей квартиры? И когда он будет, этот Конец Света? Ведь в череде бескрайних серых дней я могу легко его пропустить, не осознав, что вот Он – пришел. Он настал, и всякая дорога назад с этого момента закрыта. Интересно увидеть его. Взглянуть, потрогать, попробовать на вкус. Мысль о Конце Света несет в себе для каждого человека панический ужас, но мысль о его отдаленности от сегодняшнего момента успокаивает. Я думаю: это случится не сегодня и не завтра, а через много тысячелетий, так что это обойдет меня стороной.

И ведь, что интересно – у каждой религии этот Конец Света видится по-разному. Если бы я, например, был индусом, то я бы думал о Вселенной, как об одном Разумном Организме, который, как и положено каждому Разумному Организму (вроде меня), умирает и возрождается через равные промежутки времени. Когда он умирает – происходит коллапс Вселенной и наступает Конец Света. Правда для истинного оптимиста здесь есть весьма существенная зацепка – Разумный Организм вновь возродится, и Вселенная будет вновь существовать. Для атеиста – Вселенная – это материя, появившаяся в результате Большого Взрыва. Пока Вселенная расширяется – все хорошо, но через пару миллиардов лет пойдет обратный процесс и ХЛОП – она вновь сгруппируется в одну точку. Таков Конец Света для ученых. Каков же мой Конец Света? Я знаю Его имя – Апокалипсис.

Я стою у берега моря. Его волны омывают подошвы моих ботинок. Осенние порывы ветра играют складками моего плаща, а по левую сторону от меня кто-то стоит. Я знаю его, но не мог вспомнить кто он такой. Правой же рукой я нежно сжимаю ладонь девушки, но и ее имя я не могу отыскать в своей памяти. Я знаю лишь то, что невероятно влюблен в нее и сделаю все, что она мне скажет. Над нами ясное ночное небо, усыпанное звездами. По шоссе проезжают машины, направляясь из города и в город.

И волны моря окрасились красным. Где-то на горизонте сверкнула вспышка молнии. Наверное, надвигалась гроза. Две или три машины столкнулись, осветив ярким светом взрыва все вокруг. Из остановившегося автобуса вышли люди. Напуганные. Непонимающие.

А горизонт, словно становился ближе. Внезапно количество машин, выезжающих из города, стало резко возрастать. Мимо нас проходили люди с рюкзаками, пакетами, словно старающиеся взять с собою свой тесный, уютный, домашний мирок с телевизором и кофе по утрам. На всех лицах было написано только одно чувство – страх.

Ветер нарастал, достигая ураганной силы, и я с трудом оставался на месте, удерживаемый своими спутниками. Я посмотрел направо, - Она улыбалась мне, нежно, с легкой примесью безумия, и ее глаза, достигали всей глубины моего сердца, подымали оттуда самое сокровенное, самые мои тайные желания. Я вдруг почувствовал странный гул вокруг. Это были звуки чужих мыслей. Люди, окружающие нас, видимо тоже это заметили, и все еще стараясь что-то передать словами, потихоньку замолкали, оставляя место лишь мыслям. Я хотел что-то скрыть. То, о чем не имел права знать никто, кроме меня, но у меня ничего не получалось. Любой, кто имел такое желание, с непристойным любопытством слушал мои мысли и с отвращением глядел на меня, невзирая на содержание собственных мыслей. Вокруг нас вспыхнули ссоры, перерастающие в драку. Никто не понимал, что происходит. Кроме меня. Я знал.

Внезапно все стихло. Наступила глубокая тишина. В ней не было места звукам, как будто темнота ночи захватила их своей вуалью. Я повернул голову влево. «Помни», - сказала мне смутная тень моего спутника. – «Наши сердца – это деготь в обрамлении запекшейся крови. Не отступи перед этим». Его голос навевал сладкую боль. Он звучал красивым напевом, как будто слова из старой песни. Он заползал ко мне в душу, заставляя меня подчиниться и не прекословить.

А на небе одна за другой стали гаснуть звезды.
Развернуть
В этом разделе мы собираем самые смешные приколы (комиксы и картинки) по теме проза (+35 картинок, рейтинг -35.9 - проза)